Что делать, когда ты мёртв. Мифы и ритуалы загробной жизни от Осириса до Христа - Роберт Гарланд

его в специальную одежду, оставляющую открытым только лицо, официальное возложение трупа в месте, где его могут увидеть родственники и друзья, трапезу со скорбящими после погребения и так далее. Является ли это результатом заимствования или это универсальные маркеры человеческой идентичности? Достаточно сказать, что израэлиты заимствовали у жителей Месопотамии, римляне – у греков, мусульмане – у христиан, и почти все, в конечном счете, заимствовали у египтян[25].

Вместо того чтобы несколько механически переходить от одной культуры к другой (например, «Месопотамский взгляд на смерть и загробную жизнь», «Египетский взгляд на смерть и загробную жизнь», «Этрусский взгляд на загробную жизнь» и так далее), я решил придерживаться интегративного подхода, перемежая каждую главу с обсуждением взглядов и мыслей основных культур, о которых идет речь в этой книге, полагая, что такая стратегия позволит выявить идеи, которые иначе были бы менее очевидны. Конечно, такой подход в значительной степени игнорирует социально-исторический контекст, но, как в жизни, так и в смерти, нельзя иметь все и сразу, и я полагаю, что можно извлечь значительную пользу из указания на сходства, оставаясь при этом внимательным к различиям.

Несмотря на растущий научный интерес к психологии смерти и умирания, а также практик совладания с ними, сравнительных исследований, которые бы изучали древние системы верований так широко, как это попытался сделать я, очень мало. Сравнительная танатология существует как подраздел антропологии, но она в основном ограничивается современными культурами или сравнениями между тем, что есть у животных и у людей. В 1994 году, по оценкам, в США ежегодно преподавалось более 200 000 курсов по темам смерти и умирания на различных факультетах, включая педагогику, психологию, социологию, здравоохранение и человеческое развитие, и сегодня эта цифра наверняка больше[26]. Самым объемным исследованием загробной жизни является трехчастная «Божественная комедия» Данте Алигьери, завершенная незадолго до смерти автора в 1321 году и впервые напечатанная во Флоренции в 1472 году. Для христиан она стала авторитетным высказыванием о том, чего следует ожидать после смерти. Однако произведение, состоящее из 14 233 стихотворных строк, вряд ли можно назвать «экскурсией», а моя книга претендует именно на такое наименование. Данте также не дает никаких советов о том, как подготовиться к смерти, разве что косвенно призывает читателя избегать похоти, обжорства, жадности, гнева, ереси, насилия, мошенничества и вероломства. Я сделал все возможное, чтобы улучшить эту ситуацию.

От себя лично должен заметить, что мое местами пробивающееся легкомыслие не является проявлением неуважения к мертвым, к которым я, несомненно, скоро присоединюсь. Дело в том, что никто из нас не имеет ни малейшего представления о том, что же на самом деле такое этот «безвестный край, откуда нет возврата земным скитальцам»[27], как называет ее Гамлет в одноименной пьесе Шекспира, и любой, кто претендует на экспертные знания в этой области, как это делают многие, болезненно заблуждается. То, что мы себе представляем, всегда является продуктом нашего времени. Зайдите на сайт под названием Happy Science («Счастливая наука»), и вы узнаете, что все умершие будут доставлены к Зеркалу Истины, где их жизнь от начала до конца будет проецироваться на экран. По окончании просмотра они будут отправлены «в наиболее подходящее для обучения место в мире духов»[28]. От себя добавлю, что я не верю в вечную жизнь. Однако, будучи прирожденным скептиком, я готов к тому, что буду приятно – или, скорее всего, неприятно – удивлен.

Я прекрасно понимаю, что в небольшой книге невозможно привести многослойную совокупность обрядов и конкурирующих верований, сосуществовавших в древности и даже – несомненно, во многих случаях – в рамках одной семьи. По поводу загробной жизни философ и филолог Андре-Жан Фестюжьер заметил: «Чувства древних допускали бесконечное разнообразие»[29]. Я также беззастенчиво признаю, что мое исследование основано на культурных предположениях, которые отражают мои собственные представления о смерти.

Моя цель – выйти за рамки описательного и сравнительного анализа, исследуя цели погребальных практик и следствия соответствующих верований. Размышления о том, что ждет каждого из нас в полноте времени, с нездоровым любопытством, через трезвый взгляд древних, как мне кажется, способны углубить наше понимание жизни и наше стремление к жизни, и пускай избежать смерти мы не можем, но, по крайней мере, можем избежать страха смерти, как верно заметил философ-стоик Эпиктет (писавший в начале II века н. э.) – между прочим, освобожденный раб[30].

Проще говоря, я надеюсь оживить мертвых и просветить живых.

1. Как люди поверили в загробную жизнь

Что же есть сон, как не смерти холодной подобье?

– Овидий. Любовные элегии (Amores). 2.9.41[31]

Примириться со смертью нелегко. Американский антрополог Эрнест Беккер в книге «Отрицание смерти» писал: «Животные не знают, что смерть происходит, и продолжают спокойно пастись, пока другие падают рядом с ними. Знание о смерти носит рефлексивный и концептуальный характер, и животные избавлены от него»[32]. Последние исследования, однако, показывают, что некоторые животные имеют некоторое ограниченное представление о смерти. Мать-шимпанзе продолжает нести своего детеныша еще долго после его смерти, как и кит-касатка – своего. Слоны тоже неохотно бросают тело одного из членов своей группы. Но являются ли эти реакции выражением горя и утраты или просто результатом стресса и растерянности?

Подсчитано, что со времени последнего ледникового периода умерло более 100 000 000 000 000 человек, что подтверждает слова Корана: «Каждая душа вкусит смерть»[33]. Если гоминины[34] не знали эту неизбежную истину с самого начала, они, несомненно, знали ее по крайней мере на протяжении тысячелетий. «Высшие боги […] смерть и жизнь определили, не поведали смертного часа»[35], – читаем мы в шумерском эпическом тексте, известном как «Эпос о Гильгамеше», самая древняя из известных версий которого датируется началом III тысячелетия до н. э.[36] Как же должны вести себя люди, зная, что они обречены на смерть? Автор дает такой совет[37]:

Ты усердствуешь беспрестанно, но что получаешь в итоге?

Беспрестанно усердствуя, ты изнуряешь себя, истощаешь,

А ведь все, что ты делаешь, – лишь приближаешь конец свой,

Никто смерти не видит, никто лица ее не видит, но смерть все прекращает[38].

Самый распространенный эпитет, который греки применяли к своим богам, – athanatoi, что означает «бессмертный», тогда как сами люди – thnêtoi, «смертные». Однако не все боги в каждой системе верований бессмертны. Бытует мнение, что индуистские боги боялись смерти и преодолевали этот страх, лишь произнося мантру «Ом», наделяющую