Этруски. От мифа к истории - Александр Иосифович Немировский

Этрусские тексты и рисунки характеризуют бога Аплу (Апулу), соответствующего хеттскому Апулунусу и Аполлону, фигурирующему у Гомера в качестве защитника города Трои в Малой Азии.

Видимо, во второй половине II тысячелетия до н. э. Аполлон почитался во всем эгейско-анатолийском регионе. Оттуда его культ был перенесен в Италию микенцами или тиррено-пеласгами.

Среди имен богов Загребского текста есть nethur (Нетун) [TLE 1, 7; 8, 3; 9], получающий жертвы вином и водой. Его имя мы находим и на модели гадательной печени из Пьяченцы, на желчном пузыре. Место Нетуна на модели этрусской печени согласуется с сообщением Плиния Старшего, что желчный пузырь был посвящен Нептуну [Рlin. N.Н. XI, 198]. Это дает основание отождествить этрусского Нетуна с римским Нептуном. И иконографически бородатый Нетун с трезубцем соответствует Нептуну [306, с. 285].

Пеласго-тирренское происхождение Нетуна-Нептуна выявляется наиболее очевидно из упоминания его вместе с персонажем Salacia (Салация) [Gell. XIII, 23]. Римские авторы терялись в догадках, пытаясь определить, кем была эта Салация. Одни считали ее богиней «продажных женщин», основываясь на сходстве ее имени со словом salacitas [Serv. Aen. I, 720]. Других привлекло сходство имени Салация с sal («соль»), и это давало возможность считать Салацию нимфой морских вод, спутницей бога морей Нептуна [Varro. L.L. V, 72]. К. Латте возводил имя Салация к глаголу salire («прыгать»), понимая ее как олицетворение «прыгучей силы» Нептуна, древнего бога источников [247, с. 55].

Ошибочность всех этимологий Салации заключается в том, что это имя, так же как и название жрецов-салиев, образовано от латинского слова. Мы же соотнесем Salacia с этрусским словом sal (тип жертвы) [65, с. 281 и сл.]. Нетун-Нептун получал жертву (sal), которая была истолкована не понимавшими этрусского языка римскими авторами как имя личное. Помимо тех доводов, которые мы привели ранее в пользу этого толкования, укажем на параллель с Lua (Луа). Ее паредром был Сатурн, как у Салации – Нептун. Но, сообщая о «матери Луа», Тит Ливий приводит любопытную подробность: ей приносили жертву, бросая оружие в огонь [Liv. XLV, 33, 2]. Это позволяет предположить, что сведения о Луа и Салации были почерпнуты из этрусских ритуальных текстов, в которых указывались виды жертвоприношений: Сатурну, как богу небесного огня, жертвы сжигались, а Нетуну, как божеству воды, совершалось возлияние, обозначаемое этрусским словом sal. Возлияние производилось и в других случаях, поэтому sal встречается в этрусских текстах и без упоминания Нетуна.

Много споров вызывает бог по имени Вертумн (Вортумн); Варрон называет его главным богом Этрурии [Varro. L.L. V, 46]. Латинские поэты производят его имя от глагола vertere («вертеть») и считают его божеством круговорота природы или времени [Prop. IV, 2, 11]. Храм Вертумна находился в Риме, на Авентине, но в древности этот бог почитался в этрусском городе Вольсиниях, и его статуя была перевезена в Рим в триумфальной процессии Фульвия Флакка [Prop. IV, 2, 3]. Во время праздника Вертумна 13 августа выносили изображение молодого человека в пурпурной тоге. Считалось, что это триумфатор Флакк [Fest. с. 209].

В то же время Тит Ливий упоминает богиню по имени Волтумна (Voltumna) в священной роще в Вольсиниях, где совещались представители двенадцати этрусских государств. Но Ливий ошибочно воспринял окончание «а» в качестве признака женского рода, тогда как это окончание имели многие этрусские мужские имена. Видимо, Вертумн и Волтумна – одно и то же божество [336, с. 252].

Труднее понять функции этого божества. Латинский эквивалент этрусского имени Вертумн-Волтумна мало может помочь. Правда, занимаясь этимологизацией, Проперций (судя по имени, потомок этрусских царей), видимо, учитывал и первоначальный этрусский характер божества. Бог круговорота природы должен был занимать одно из главных мест в этрусском пантеоне. Однако имя его в форме veltine мы находим лишь на одном из этрусских зеркал, что не отвечает положению Вертумна как главного бога. В этой связи следует обратить внимание на сходство теонима с названием города Вольсинии velznal. Не является ли Вертумн попросту эпитетом почитавшегося в Вольсиниях Тина? С этим предположением согласуется свидетельство Проперция о Вертумне как боге круговорота природы, как боге-юноше, изображавшемся в пурпурной тоге.

Судя по имеющимся в нашем распоряжении данным, видное место в этрусском пантеоне занимал бог Фуфлунс. Ему были выделены два участка на бронзовой модели печени из Пьяченцы [TLE 719 b, с]. Более десяти раз его имя присутствует в этрусских надписях на зеркалах, буллах, вотивных сосудах и черепицах [159, с. 125]. Особый интерес для понимания Фуфлунса представляет надпись на дне сосуда (середина V в. до н. э.), в которой мы находим теоним fufluns в сочетании со словами paxies («вакхический») и velclthi (название города Вульчи, в котором почиталось это божество) [TLE 336].

Как понять сопоставление этрусского Фуфлунса с греческим Вакхом-Дионисом? Вероятно, первоначально Фуфлунс был близок к Вакху некоторыми своими функциями. Отождествление произошло в V в. до н. э. в связи с распространением в Этрурии культа Диониса.

На зеркале середины V в. до н. э., хранящемся в музее Болоньи, Фуфлунс изображен рядом с богиней Menarva (Менрва), Artame(s) (Артаме), Esia (Есиа), Arianna (Арианна). Если две первые богини фигурируют в греческих мифах как Афина и Артемида, то об Есие и Арианне мы можем судить лишь по их явно негреческим основам – es, Harn(arin). Вторая основа широко представлена в топонимике эгейско-анатолийского региона и надежно истолковывается как «источник» [12, с. 93 и сл.]. Таким образом, рисунки и надписи зеркала из музея Болоньи дают основание считать, что Фуфлунс был героем мифов анатолийского или пеласгийского происхождения, отсутствующим в греческой мифологии. О том же говорит зеркало IV в. до н. э. из Кьюси (Берлинский музей), где среди «спутниц» Фуфлунса мы находим богиню Семелу и неизвестную греческой мифологии богиню Весуну.

О месте Фуфлунса-Вакха в этрусской религии говорит существование особой жреческой коллегии, ведавшей его культом. В надписи из Тускании упоминаются maru pachathuras cathsc [CIE 5720]. Согласно толкованию М. Кристофани и М. Мартелли, идет речь о «жреце вакхантов и Кафы» [159, с. 129]. В перечне должностей, занимаемых Ларсом Пуленой, была рахапа, т. е. вакхант [TLE 131, 5]. Сведения этрусской эпиграфики о почитании Фуфлунса-Вакха подкрепляются свидетельством Тита Ливия об Этрурии как очаге распространения вакханалий в Риме, которые историк сравнивает с чумой [Liv. XXIX, 9, 1].

Рядом с участком, отведенным богу Фуфлунсу, на модели печени из Пьяченцы был участок с именем бога Селва [TLE 719b]. Имя Селва встречается в надписях, покрывающих статуэтки обнаженных мужчин и юношей, а также женщин.

Согласно Катону Старшему [Cato. Agr. 83], римским женщинам запрещалось приносить жертвы