Декабристы: История, судьба, биография - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

имения Ярополец[121]. Прадед по матери – фельдмаршал Пётр Салтыков, победитель Фридриха Великого при Кунерсдорфе. Сёстры: Софья, в замужестве Кругликова, с 1832-го графиня Чернышёва-Кругликова[122]; Александра, жена осуждённого по I разряду Никиты Муравьёва; Елизавета, в замужестве Черткова; Наталья, жена Николая Муравьёва (в прошлом участника тайных обществ, впоследствии генерала от инфантерии Н. Н. Муравьёва-Карского); Вера, в замужестве графиня Пален; Надежда, в замужестве княгиня Долгорукова. Двоюродный брат – осуждённый по I разряду Фёдор Вадковский.

Получил домашнее образование, затем учился в Московском учебном заведении для колонновожатых. В службу вступил в 1815 году колонновожатым в свиту по квартирмейстерской части. В 1817 году переведен эстандарт-юнкером в Кавалергардский полк; в 1818-м корнет; в 1819-м поручик; в 1821-м штаб-ротмистр; в 1824-м ротмистр. С 19 сентября 1825 года в отпуске.

В Северное общество принят в 1825 году (когда именно – не упомнит) корнетом Александром Муравьёвым.

Приказ об аресте подписан 17 декабря. Арестован в отцовском имении Тагино Орловской губернии. Доставлен в Петербург и помещён в Петропавловскую крепость.

Осуждён по VII разряду, приговорён в каторжные работы на два года; срок сокращён до года[123]. Отправлен из Петропавловской крепости в Читинский острог в феврале 1827 года.

Приметы: рост два аршина семь и три четверти вершка[124], лицо круглое, белое, глаза темно-карие, нос прямой, продолговатый, волосы темно-русые.

С июня 1828 года жил на поселении в Якутске, в одном доме с Александром Бестужевым. Через год определён рядовым в Нижегородский драгунский полк на Кавказ, затем переведён в 41-й егерский полк. В 1830 году ранен пулей в грудь навылет. В 1832 году произведён в унтер-офицеры, в 1833-м в прапорщики, в 1834 году произведён в подпоручики.

В 1834 году женился на Екатерине Алексеевне Тепловой, дочери сенатора. Их единственный сын Григорий, родившийся в 1836 году, прожил всего два года.

В 1837 году уволен в отставку подпоручиком. До 1841 года жил безвыездно под надзором в имении своей сестры, Софьи Чернышёвой-Кругликовой, Яропольце, близ Волоколамска.

По высочайшему дозволению в 1841 году поступил на службу в Орловское дворянское депутатское собрание с чином губернского секретаря; затем служил в канцелярии московского гражданского губернатора. После амнистии в 1856 году и восстановления в правах выехал с женой за границу. Умер в Риме в мае 1862 года[125].

Из показаний Захара Чернышёва на следствии:

«Я сознаюсь, что точно был принят в тайное общество корнетом Александром Муравьёвым в 1825 году, и он мне открыл, что цель оного была введение конституции».

Захар Чернышёв – добрый малый, немного избалованный богатством. Богатство-то и погубило его. И ещё родственные связи.

Невезение началось с того, что в одном полку с Захаром оказался его двоюродный брат Фёдор Вадковский. Он хоть и моложе, но энергичнее: словно плохой мальчишка, подчинил своему влиянию хорошего. Как потом напишет Захар Чернышёв в камере Петропавловской крепости: «Он в моих глазах порочил правительство и говорил, что он думает, как все благомыслящие люди». «Все благомыслящие» – это, например, Муравьёв-младший, который в конце концов и принял Захара в общество. Правда, в какое и зачем – не очень отчётливо понимали оба.

Из показаний Захара Чернышёва:

«Корнет Муравьёв, принимая меня, спросил у меня: „Хочешь ли ты быть нашим?“ На мой вопрос: „Что значит вашим?“ – он мне отвечал: „Мы составляем общество благомыслящих людей, хотим со временем ввести Конституцию в государство; есть люди, у которых она уже написана; со временем больше узнаешь“. Таким образом, я, дав ему слово, сделался членом».

«В моём же последнем свидании с Вадковским узнал я, что тайное общество разделялось на Северное и на Южное и что я принадлежал к Северному».

Степень вовлечённости Чернышёва в заговор невелика. Во всяком случае, он нисколько не виновнее тех кавалергардов – Васильчикова, Депрерадовича и других, – которые отделались переводом в армию. Тем не менее осуждён в каторгу, то есть лишён прав состояния. Ключевое слово тут – последнее. Именно состояние графов Чернышёвых, коего главным наследником являлся Захар, и стало причиной сурового приговора. Так, во всяком случае, считали современники. И прямо указывали виновника.

Подмосковное владение Чернышёвых Ярополец являлось майоратом, то есть нераздельным и наследуемым старшим в роде по нисходящей мужской линии. Таковым был до судебного приговора Захар. Приговор лишил его имущественных прав. Едва только он отправился на каторгу, в Сенат поступило прошение о признании майоратных прав за… – кем бы вы думали? За Чернышёвым Александром Ивановичем, генерал-адъютантом, следователем и ярым преследователем декабристов, кому молва приписывала повторную казнь сорвавшихся висельников. Современники не сомневались, что он-то и добился для Захара приговора, лишавшего его прав.

Однако в этом деле Чернышёву-генералу не повезло: он не смог доказать своё родство с Чернышёвыми-графами. В 1832 году, после смерти графа Григория Ивановича, Ярополецкий майорат вместе с графским титулом перешёл к Ивану Кругликову, мужу Софьи, старшей из сестёр Захара. В имении зятя (которое могло быть его собственным) Захар Чернышёв провёл несколько лет покойной жизни после тюрьмы, солдатчины и полного тревог служения на Кавказе.

Дело № 54

Удалённость от петербургских событий не спасала кавалергардов (да и не только их) от холодной ярости государевой. Свистунов уехал от греха подальше, в Москву; Ивашев и Чернышёв блаженствовали в семейственном кругу, в сотнях вёрст от обеих столиц – и всем им не удалось избежать заточения в казематы. Полковник Поливанов уже год как в отставке, женился, счастлив – но фельдъегерь мчится и за ним.

Иван Юрьевич Поливанов

Православный, но с Великого поста 1824 года на исповеди и у причастия не был.

Родился в 1798 или 1799 году.

Отец – Юрий Игнатьевич Поливанов, генерал-майор, умер в январе 1813 года от раны, полученной в бою с отступающими наполеоновскими войсками. Имя матери неизвестно, урождённая Свечина; умерла вскоре после вступления сына Юрия в службу. Братья: Александр, Михаил, Егор. Совместное с братом Александром имение в Малоярославецком уезде Калужской губернии (180 душ крепостных) заложено и обременено долгами.

В одиннадцатилетнем возрасте был отдан в пансион при Московском университете, но через три месяца взят оттуда; затем обучался в частном пансионе и дома. В 1814 году поступил эстандарт-юнкером в Кавалергардский полк; в 1815 году корнет, в 1817-м поручик, в 1819-м штаб-ротмистр, в 1822-м ротмистр. В декабре 1824 года по домашним обстоятельствам (в связи с женитьбой) уволен от службы с производством в полковники[126].

Арестован в Москве 28 декабря; доставлен в Петербург и заключён в Петропавловскую крепость.

Осуждён по VII разряду, приговорён в каторжные работы на два года, срок сокращён до года.

Приметы: рост два аршина семь с половиной вершков[127], лицо белое, продолговатое,