Запрещенные книги в Берлине - Дейзи Вуд

свернули в проулок, практически взбежали по ступенькам впечатляющего парадного входа с колоннами и распахнули двустворчатую дверь. Виолетта предъявила какой-то пропуск служащему посольства, шагнувшему им навстречу. Фрея протянула ему свой паспорт. Проверив оба документа, мужчина пустил их внутрь.

Виолетта выдохнула.

– Так, теперь я пойду, переговорю кое с кем, а ты подождешь. Поняла? – с этими словами девушка устремилась к большой двойной лестнице, возносившейся к обшитому панелями куполу, который и в соборе смотрелся бы уместно.

Поднявшись по левому пролету ступеней, они свернули в коридор слева. Дойдя почти до самого конца, Виолетта открыла какую-то дверь и втолкнула Фрею в небольшую пустую комнату с невероятно высоким потолком. В ее задней части находился письменный стол из махагона, лицом к нему в два ряда были расставлены стулья. А по обеим стенам напротив друг друга стояли диваны с обивкой из конского волоса. Усадив на один из них Фрею, Виолетта поставила у ее ног пишущую машинку и постояла с минуту, восстанавливая дыхание.

– Дай мне свой паспорт, – протянула она руку. – Я вернусь как только смогу. Ты не волнуйся. Эту дверь я запру, но исключительно для твоей безопасности.

Фрея кивнула, хоть и задалась вопросом: с чего бы вдруг ей опасаться за свою безопасность в посольстве? «Что будет, то будет». – Фрее стало вдруг все равно. Она закрыла глаза и, поддавшись жутчайшей усталости, забралась с ногами на толстые, непросаживающиеся подушки, положила на одну из них голову и заснула.

Виолетта появилась через несколько часов – со своим чемоданом и парочкой пледов, один из которых бросила Фрее.

– Переночуем здесь, а утром уедем в Англию, – сказала она, вернув Фрее паспорт. – Тебе придется поработать домашней прислугой – поначалу хотя бы. У моих родителей есть загородный дом, и им всегда требуются работники.

– Спасибо тебе, Виолетта, – поблагодарила Фрея. – Ты очень добра.

– Вовсе нет. Ты будешь отрабатывать свое содержание, – ответила англичанка, развязав шнурки и сбросив ботинки. – Но у тебя будет крыша над головой, пока ты не встанешь на ноги, и возможность выучить язык.

Свернув куртку и подложив ее себе под голову вместо подушки, Виолетта легла на диван и закрыла глаза.

А Фрея уже не сомкнула глаз. В один день ее жизнь изменилась кардинально и необратимо. Через несколько часов ей предстояло покинуть любимый город, чтобы больше никогда не вернуться назад. А когда квадрат неба за окном высоко в стене стал потихоньку светлеть, она села, подхватила свою куртку и ботинки и на цыпочках прошла к двери. В холле внизу царила тишина. Только охранник посапывал в кресле у главного входа. Прокравшись вниз, Фрея пошагала в заднюю часть здания в поиске более неприметного выхода. Наконец она нашла боковой выход на улицу через кухню и выскользнула в предрассветную дымку. Повсюду, даже в сточных канавах, были видны следы ночного разгула: осколки стекол, баннер со свастикой, втоптанный в грязную лужу, обугленные головешки. На обочине дороги распластался пьяный. Неподалеку пробирались домой мимо мусорных отходов еще несколько человек, и никто из них не обратил на Фрею внимания.

Она двинулась на север, к Бранденбургским воротам и Унтер-ден-Линден, сворачивавшую вправо – к Опернплац. Фрее надо было это увидеть: дымящиеся руины всего, что ей было дорого. Под ногами хлюпал илистый сажевый шлам, в воздухе пахло гарью. Никто больше не сторожил кострище, и Фрея смогла подойти прямо к нему и потыкать мыском туфли в почерневшие балки. Подняв голову, Фрея обвела глазами чердачные оконца юрфака.

«Интересно, заносчивой Магде удалось спастись? Жив ли еще Эгон?»

Она уже собралась уходить, как вдруг ее взгляд привлекло мимолетное движение: в сумеречном свете хлопали – под стать крыльям большого белого мотылька – страницы книги. Опустившись на колени, Фрея просунула руку сквозь решетку из обгорелого дерева и ухватила томик, каким-то чудом избежавший огня. Обожженный, но целый. Опознав сборник стихов Гейне, Фрея улыбнулась, поцеловала почерневшую обложку и убрала книгу в карман. Ингрид наблюдала за дочерью даже сейчас и желала ей поскорее оправиться.

– Я справлюсь! – приободрилась девушка.

Через несколько часов они с Виолеттой отбыли на железнодорожный вокзал. Сотрудников посольства повезли три одинаковых черных лимузина. В первом ехал со своей женой, личным секретарем, камердинером и телохранителем покинувший свой пост посол, сэр Хорас. Во втором Виолетта, Фрея и две секретарши, также возвращавшиеся в Лондон. А третий автомобиль, со слов Виолетты, был набит охранниками. Все они сели на поезд, направлявшийся в Нидерланды. Только на вокзале Фридрихштрассе, у реки Шпрее, группа разделилась. Сэр Хорас со своими приближенными поехал первым классом, секретарши вторым, а Виолетта с Фреей третьим. Фрея отдала спутнице деньги за билеты, оставшись практически без сбережений. Ни сэр Хорас, ни его жена никак не отметили ее присутствие. Секретарши тоже игнорировали девушку. Да ей и не нужно было их внимание. Откинувшись на спинку сиденья, Фрея закрыла глаза и долго не решалась их открыть – из страха выглянуть окно и увидеть в речной воде кофр, проплывающий мимо. Лишь когда поезд со скрипом, визгом и огромной струей пара отъехал от станции, она позволила плечам слегка расслабиться.

Потребовалось несколько часов, чтобы пересечь полого-волнистую местность Северной Германии. По дороге поезд сделал несколько остановок на станциях, где можно было купить черный хлеб, колбаски и кофе с молоком у женщин, задиравших свои подносы к окнам купе. Около полудня они прибыли к границе, где опять проверили их выездные бумаги. Когда Фрея предъявила свой новый паспорт в первый раз, на вокзале Фридрихштрассе, ее сердце ушло в пятки. Но проводник едва взглянул на него, прежде чем прокомпостировать ее билет и отдать документы ей в руки.

– Не смотри на них так испуганно, – пробормотала ей в этот раз Виолетта, когда в вагон зашли двое пограничников.

И, протянув им паспорт, Фрея заставила себя улыбнуться. Ей показалось, что пограничник изучал его вечность. Он даже несколько раз вскинул на нее глаза. Но наконец закрыл паспорт и вернул ей документ с вежливым кивком. А потом пограничники сошли, и поезд продолжил свой путь уже по ровному, заболоченному голландскому побережью к Хук-ван-Холланду и ночному кораблю, который должен был доставить их по Северному морю в Англию.

Большую часть пути Виолетта хранила молчание. В твидовом костюме и плаще, с шелковым платком на голове, она выглядела совсем по-другому. Радовалась ли она возвращению домой из Германии или горевала из-за разлуки с Леоном? Фрея так и не смогла понять.

Заняв свою каюту на корабле, девушки разделились. Виолетта решила вытянуть ноги на палубе и понаблюдать за тем, как судно выходило из