Ворота к морю - Джейн Джонсон

ее уклончивым ответам на вопросы об их приходах и уходах, о следах марихуаны в подвале и о мертвом теле в туннеле. Последнее так и сталось загадкой для властей, – правда, следствие признало скелет «историческим», хотя и не древним. Даже Рози, которая избежала формального допроса по делу об отравлении, поскольку Оливия не стала выдвигать обвинение, оказывается, ничего не знала о теле, которое все это время лежало там, в темноте. Однако с тех пор, как о найденном скелете стало известно, она сделалась очень суеверной и боится даже заходить в дом. Рози убеждена, что в Габриэля вселился дух мертвеца, кем бы он ни был. Ходит много историй о сорванном вторжении немецких войск, которые пытались высадиться под покровом темноты, но атака была героически отбита местными жителями. Меня удивляет, что относительно недавние события могут так сильно искажаться в памяти, – это вызывает сомнения в самой идее канонической истории. Думаю, впрочем, что дальнейшие расследования положат конец самым диким россказням, – а жаль.

Рози и ее семья больше не получают денег от Оливии – не только потому, что все секреты раскрыты, но и потому, что денег у моей кузины почти не осталось, а Спэрроу и так не бедствуют. Мы продали две небольшие картины с аукциона и выручили достаточно, чтобы погасить долги, но в основном живем на те скромные суммы, которые я зарабатываю преподаванием и живописью.

– Остальное пока не продавай, подожди, пока я умру, – советует Оливия. – Тогда они будут стоить гораздо дороже, особенно после того, как ты напишешь свою книгу.

Правда, на самом деле, нельзя сказать, что я пишу книгу: этим мастерством я не владею. Но молодой человек из аукционного дома познакомил меня с местной журналисткой по имени Лиза, и мы с ней вместе готовим подробный рассказ о тайнах и мистификациях в мире искусства, где особое внимание будет уделено «художнице OK» – с примерами ее творчества. Я подбираю материал, а Лиза пишет. Мы с ней стали настоящими подругами. Я и забыла, как это весело – заниматься совместным творческим проектом.

Мы с Редой находим для Оливии безопасное местечко у перил возле паба, потом Реда исчезает за дверью и возвращается с тремя маленькими стаканчиками виски.

– Чтобы повысить устойчивость к холоду.

– А я думала… – начинаю я, и он подмигивает.

– Уверен, Бог не будет против.

И тут начинается фейерверк – грандиозный шумный праздник ярких огней. Мы выпиваем виски, и Реда уносит стаканы обратно в паб. Вернувшись, он обнимает меня за талию, притягивает к себе и целует так страстно, что во мне взрывается еще один фейерверк.

– А ну, прекратите! – говорит Оливия, но я по голосу слышу, что она шутит. Мы с Редой заговорщически улыбаемся и отстраняемся друг от друга. Становимся по обе стороны от Оливии, вытягиваем шеи и смотрим, как фейерверки взрываются красочными цветами, оставляя за собой дымные узоры, похожие на своды собора на фоне ночного неба.

– Напоминает о войне, – говорит Оливия в промежутке между взрывами. – Это было самое счастливое время в моей жизни.

Она сжимает руку мне, а я ей. Мы смотрим на темную гавань, когда раздается очередной залп, в небе распускаются серебряные цветы, а затем осыпаются метеоритным дождем.

– И самое печальное, – шепчет она в ночную темноту.

Слова благодарности

«Ворота к морю» – это книга о семейных тайнах. Я задумала ее и начала писать еще до того, как из шкафа вывалились несколько наших семейных скелетов, и истории, которые мне рассказывали всю жизнь, предстали в ином свете. Поэтому я должна сказать спасибо своему неожиданно объявившемуся сводному брату Джею, который вдруг написал мне, – это был настоящий сюрприз. Я уверена, то, что Оливия говорит в конце книги, – правда: «Покопайся в истории любой семьи, и найдешь глубоко зарытые тайны».

За чудесные яркие воспоминания о Корнуолле времен войны я должна сказать спасибо моей матери Бренде и друзьям из деревни, особенно Джеку Гарду, Алану Джонсу и Артуру Брауну. Ни один из этих четверых не дожил до публикации книги, и мне грустно, что их мудрость, рассказы об озорных проделках и старые обычаи ушли вместе с ними.

Я должна также поблагодарить своего любимого мужа Абделя Бакрима и моих дорогих друзей Филиппа Макьюэна и Сару Макдональд за их поддержку во время работы над романом и за то, что читали все мои черновики; моего агента Дэнни Барора, издателя Ника Читама и редакторов – Мадлен О’Ши и Ниту Проновост; дизайнеров, команды по производству, продажам, маркетингу и рекламе. Говорят, чтобы вырастить ребенка, нужна целая деревня: так вот, для того, чтобы книга увидела свет, нужна целая община. Что бы я делала без вас всех?

Примечания

1

Перевод Г. Бена.

2

Смирение побеждает гордыню (лат.).

3

Ты мальчишка в юбке, Оливия! (фр.)

4

Дорогая (фр.).

5

Опасность (фр.).

6

Вражеские линии (фр.).

7

Ты идиот! (фр.)

8

Дорогой (фр.).

9

Трус, трус! (фр.)

10

Женские трусики в первой половине XX века представляли собой удобные панталоны до колен, часто с кружевами и оборками.

11

Что случилось? Что с вами? Вы ранены? (фр.)

12

Вы говорите по-французски! (фр.)

13

Это ваше? (фр.)

14

Вы замечательная художница (фр.).

15

Мейми, дочь фермера… (фр.)

16

Что с ней случилось? (фр.)

17

Ниппер Мартин и тот нацист… (фр.)

18

Далеки – вымышленная внеземная раса мутантов из британского научно-фантастического телесериала «Доктор Кто» (1963–1989; 2005 – н. в.).

19

Буря… гром (фр.).

20

Коровы (фр.).

21

Раненый (фр.).

22

Она играла со своей куклой (фр.).

23

Молитву (фр.).

24

Он обожает пилота, как настоящего героя (фр.).

25

Искать товары в других местах (фр.).

26

Девушки, Марж и Берил (фр.).