Аяна. Путешествие к центру земли - Николай Болошнев

субботнего вечера и, возможно, ему нужна помощь, но побоялась подойти. Впрочем, мужчина вдруг резко повернулся на другой бок и захрапел, так что стало понятно, что о его здоровье можно не беспокоиться.

Аяна прошла дальше и, обнаружив на пляже относительно уединенное, тихое место, села на песок и открыла мороженое. Оно успело немного подтаять, поэтому девочка сначала аккуратно выпила жидкость из пакетика, а потом, пачкая пальцы, доела оставшуюся прохладную массу из сливок и шоколада.

Чуть в стороне противно кричали чайки, дерущиеся за рыбу и объедки шашлыков. Аяна лежала на песке и грелась в лучах солнца. Под расчистившимся синим небом Байкал казался теперь добрым другом, а не угрюмым стариком, как еще пару минут назад. Бескрайняя водная гладь ослепительно блестела, мягкие волны наползали на песок и уползали обратно. Аяна никогда не была на море, но ей казалось, что оно выглядит именно так. Хотелось искупаться, но вода еще слишком холодная. Хорошо, если прогреется хотя бы на пару недель в июле.

Над водой низко летела белая птица. Казалось, что никто из отдыхающих у озера не обращал на нее внимания. Аяна же, наоборот, застыла, завороженная грациозностью птичьего полета. Когда птица подлетела ближе, она смогла разглядеть, что это лебедь. Он бесшумно парил над Байкалом, плавно взмахивая крыльями в такт волнам. Поравнявшись с Аяной, лебедь вдруг повернул голову в ее сторону. Их разделяло несколько десятков метров, но девочка почувствовала, что птица пристально смотрит на нее. Аяне стало неуютно. Наверняка Анжилма уже ее заждалась. Может быть, даже отправилась искать. Аяна посмотрела на свои розовые электронные часики – с момента ее ухода прошло уже почти два часа. А ведь ей еще предстояло зайти за молоком к соседке! Аяна быстро вскочила на ноги, отряхнула песок с одежды, схватила сумку с бидоном и поспешила в сторону дома. Если она быстро найдет соседку и все у нее купит, возможно, получится избежать бабушкиного гнева. В конце концов, она всегда может сказать, что заблудилась по дороге.

Нужный дом никак не хотел показываться ей на глаза. Правая рука онемела от тяжести трещавшей по швам индийской сумки. Вдруг в зарослях смородины и рябины возник одноэтажный зеленый домик. Аяна осторожно приоткрыла калитку и вошла на участок. К дому вела тропинка, вымощенная разномастными плитами, камнями, предметами – словом, всем, что попалось под руку. В одном месте даже был закопан старый противень из духовки. Аяна направилась дальше вглубь сада. Здесь чахли низкие яблони, а сразу за ними начинались грядки. В конце участка было что-то вроде большого, криво сколоченного сарая.

«Там, наверное, живут козы», – подумала Аяна.

– Девочка, тебе чего? – окликнул вдруг ее голос из-за спины.

Аяна от неожиданности даже выронила бидон, он со звоном покатился по земле. Она обернулась – на скамейке, приделанной к задней стене дома, сидела босая женщина лет пятидесяти в грязных джинсах и темном свитере с горлом. На голове у нее был повязан мужской носовой платок. Женщина выглядела очень уставшей, Аяна подумала, что наверняка прервала ее дневной сон.

– Тебя за молоком, что ли, послали? – спросила хозяйка дома, не дождавшись ответа. – Поздно зашла, я уже все продала. Приходи завтра с утра пораньше.

«Похоже, взбучки все-таки не миновать…» – с грустью подумала Аяна. Она молча подняла бидон и собиралась было уйти, когда Надежда вновь окликнула ее.

– А ты чьих вообще будешь? Я тебя здесь раньше не видела. На лето к кому-то приехала?

– Да, к бабушке Анжилме. Это она меня к вам послала.

Женщина мигом очнулась от дневной дремоты.

– В смысле Анжилма? Та самая? – спросила она тихо. На лице ее застыло выражение удивления и испуга.

Аяна замялась, не зная, что ответить.

– Ну, которая живет здесь, неподалеку, у леса. У нее еще дом такой, то ли изба, то ли юрта, может, знаете?

– Знаю, конечно… Кто же Анжилму не знает. Погоди-ка чуток.

Надежда вскочила со скамейки, взяла у Аяны бидон и быстро юркнула в дом. Через пару минут она вернула его уже наполненным, а заодно протянула Аяне пакетик с десятком яиц и каким-то брусочком, завернутым в льняную тряпочку.

– Это масло, – сказала она. – Постарайся поскорее до дома донести, чтобы не растаяло.

Аяна удивилась такому внезапному появлению продуктов, но ничего не сказала. Она поблагодарила Надежду и протянула ей две сотенных купюры. Однако женщина отказалась брать деньги.

– Нет-нет-нет, ни в коем случае, – замотала она головой. – Это мой подарок Анжилме Сосоровне в знак уважения и благодарности за то, что вылечила моего Лешку. Он уже пять лет как не пьет, а ведь я почти отчаялась.

– Спасибо большое, обязательно передам…

Аяна неловко смяла и убрала в карман деньги, запихнула масло и яйца в сумку и медленно пошла домой, то и дело останавливаясь, чтобы перевести дыхание и расправить спину.

Когда девочка наконец вошла в юрту, она едва не рухнула на пол от усталости. Бабушка Анжилма, казалось, не обратила никакого внимания на состояние внучки. Правда, и ругать ее за долгое отсутствие не стала. Вопреки ожиданиям бабушка пребывала в приподнятом, почти веселом состоянии.

Не дав Аяне толком отдышаться, она тут же приказала сложить портящиеся продукты в погреб – небольшое строение, стоявшее во дворе. А после того как девочка все сделала, Анжилма слезла с сундука, подошла к ней и стала гладить ладонью ее руки и плечи. Бабушкины прикосновения казались неожиданно мягкими, даже щекочущими, словно она водила по коже пером. Через минуту Аяна почувствовала, что боль полностью ушла. Осталась легкая усталость, но теперь она была скорее приятной. Бабушка улыбнулась одними глазами и направила ее к кровати:

– Иди, внучка, полежи.

Аяна с трудом преодолела пять метров до кровати, медленно передвигая ватные ноги, упала на одеяло и почти сразу провалилась в сон.

Ей снился Дамдинцэрэн, она сидела на нем верхом, а он бил по воздуху копытами и мчался ввысь, на небо. Внизу стремительно таял поселок, превращался в темно-зеленую массу лес. Даже величественный Байкал становился все меньше, так что его можно было разглядеть почти целиком. Аяна пыталась докричаться до Дамдинцэрэна, но ветер слишком громко свистел, заглушая остальные звуки. Вскоре они прошли густые влажные облака и вышли на освещенный солнцем синий небесный простор.

Аяна проснулась. Солнечный луч, падавший из отверстия в крыше юрты, щекотал ей глаза. Бабушка Анжилма, заметив, что внучка ворочается в кровати, немедленно принялась командовать – Аяне предстояло разжечь печь и приготовить обед, затем наколоть дров на вечер и прополоть часть огорода.

Работа спорилась. Короткий сон, казалось, вернул Аяне силы и удвоил энергию, она делала все быстро и в охотку, так что закончила все даже раньше, чем предполагала.

* * *

После ужина Анжилма позвала внучку подышать свежим воздухом