В долине бабочек - Александр Валерьевич Телёсов

– Хочешь, я раскину Таро? Они могут дать дополнительную информацию.

– Спасибо, мне этого достаточно. – Я решила не меньше трех раз в неделю спрашивать мать о чем-то из области эзотерики – если ей приятно, то почему нет? – Мама, я завтра прилетаю, и не одна.

– Как завтра? И не одна? А с кем?

– С Гектором!

– Мартин, Гектор… Да ты, кажется, решила наверстать там все упущения юности! – Она занервничала. – Кто он? Его нужно посчитать?

– Мама, он – собака. Ты же не против?

– Собака? Нет, лучше пусть собака. Жить с твоими мужчинами в одной квартире я пока не готова.

Мы засмеялись и попрощались.

Я шла с Гектором по берегу, море было таким спокойным, что мне даже показалось, будто оно замерзло. Облака и горы отражались в нем так ясно и четко, что я не удержалась – подняла камень и бросила в воду. Круги на поверхности нарушили идиллию. Это был мой последний день в Фетхие. И хотя тут со мной произошло много всякого, я все же была признательна этому городу за людей, которые тут жили, и за красоту. Смогла бы я преодолеть все трудности, если бы оказалась не в этом райском уголке, а в каком-нибудь некрасивом месте? Наверное, нет.

Кроме Филиппа и Алисы еще два человека должны были знать о том, что я улетаю, – это Зейнеп и Юсуф. Я написала им сообщение с предложением встретиться всем на ужине в девять вечера. У них к этому времени как раз должен был закончиться рабочий день. Зейнеп тут же ответила: «С радостью». Я пошла к себе: надо было собрать вещи, а затем поехать в Долину бабочек.

Глядя со стороны, могло показаться, что я владею шикарным гардеробом, но по факту весь он состоял из вещей Шарлотты. То, что принадлежало лично мне, было упаковано ровно за десять минут. Из вещей Гектора я взяла только миску, поводок и карандаш для бровей. Затем я решила навести порядок в доме. Поскольку вилла у Филиппа и Алисы была оплачена до конца месяца, то Шарлотте и Чарли, вполне возможно, придется жить в моем домике, а значит, тут должен царить идеальный порядок. Когда все было закончено, от Шарлотты пришло сообщение и ссылка на наши билеты. Мы улетали из Доломана в шесть утра бизнес-классом.

В 5:30 вечера я вышла в сад, именно на это время была запланирована наша поездка в Долину бабочек. Алиса выбежала из дома первой. Я едва сдержалась, чтобы не засмеяться. Одета она была как маленькая женщина: жилетка из искусственного меха, джинсы, грубые ботинки, большие черные очки и широкополая шляпа, на плече болталась сумочка. Затем вышел Филипп, он тоже казался чуть более нарядным, чем обычно, и в пиджаке.

– Алиса велела мне быть сегодня при параде, сказала, что это особенный день. – Филипп раскинул руки и покрутился.

– Мне такого не сказали, я бы тоже принарядилась…

– Варя, ты всегда красивая, в отличие от папы! – Алиса поправила накрашенным пальчиком очки на носу. – Поехали скорее.

Мы сели в машину, включили громкую музыку и поехали провожать солнце. В Филиппе мне нравилось все: как он переключал скорость своей широкой кистью, как держал руль, как на светофоре поправлял непослушную челку, глядя в зеркало заднего вида. Я была в той стадии влюбленности, когда в мужчине восхищает всё! За те несколько недель, что мы были знакомы, я видела его самым разным: и растяпой в заляпанной футболке, и любящим отцом, даже страстным любовником. А вот сейчас Филипп был обычным. Он просто вел машину, а я не могла перестать на него пялиться. Послышалась песня Кэти Перри, он сделал звук еще громче, и вместе с Алисой они стали петь и пританцовывать! Я не знала слов, но подпевала как могла. Мы затормозили на стоянке и вышли из машины.

– Вот это да! – Алиса подняла полы шляпы. – Я и не знала, что тут так красиво!

– Так, почему мне никто не сказал, что тут так высоко?

Мы подошли к обрыву, Филипп заглянул за край.

– Тут надо быть осторожнее.

– А бабочки где? – Алиса все же сняла шляпу, которая скрывала от нее всю красоту.

– Бабочек в долине нет, но тут такое дело… – Я стала импровизировать. – Если правильно себя настроить, то их можно почувствовать у себя в животе.

Мы спустились на несколько метров вниз, устроились на огромных камнях. Прямо под нами находилась пропасть, а перед глазами – невероятной красоты вид: море, облака и солнце, которое скоро должно было скрыться за горизонтом.

– Мы должны загадывать желания или что? – Филипп держался за куст, хотя сидел достаточно безопасно.

– Нет, как только солнце коснется воды, мы должны поблагодарить его за что-то от всей души.

– Папа, отпусти куст. Скала не упадет в море, правда. – Алиса повернулась ко мне. – Он очень боится высоты.

Филипп разжал пальцы и медленно положил руку на колено.

– У меня для вас есть новость, – сказала я. – Завтра мы с Гектором улетаем в Москву.

Алиса вскинула руки и прижала ко рту, словно услышала что-то ужасное.

– Как же так? А я? А папа? – Она толкнула его локтем в бок. – Скажи что-нибудь!

– Прозвучало неожиданно. Я думал, ты задержишься еще на какое-то время… – Он окончательно расслабился и перестал бояться. – Без вас с Гектором нам будет совсем скучно.

Если бы Филипп только знал, что именно из-за него я так спешила улететь. Я хоть и была влюблена и счастлива, но все же понимала, что в какой-то момент безответные чувства превратятся в страдания, а я дала себе слово больше не страдать.

– Ну, я и так задержалась в Турции. Приехала на две недели, а в итоге дожила тут почти до Нового года.

Солнце вот-вот должно было коснуться воды.

– Раз у нас есть еще пара минут до того, как солнце начнет погружаться в воду, то я тоже хочу поделиться новостью. – Филипп посмотрел на нас с улыбкой.

Я решила, что наконец-то он объявит, что они с Инной расстались.

– Со мной связались испанцы, они хотят экранизировать мою пьесу «Она и она», ничего в ней не меняя. Я дал согласие.

Алиса захлопала от радости.

– Варя, ты