Кит - Чхон Мёнгван

Торговец аккуратно сложил подсчитанные деньги и засунул их в кошелек на ремне.

— А если продавать не свежую рыбу, а сушеную? Она и портиться быстро не будет, и за один раз можно закупить большую партию, да и время на дорогу сократится, зря не надо будет ездить туда-сюда.

— Ты же ничего в этом не смыслишь, вот и болтаешь. Сушеная рыба дорогая, к тому же еще и выгода от продажи небольшая.

— Ну так мы сами можем купить рыбу и высушить, разве нет?

— Во дает! Тут с трудом успеваешь только разъезжать и продавать ее, а она говорит — сушить. Когда сушить-то? На сушку рыбы много времени требуется. И вообще, где этим заниматься? Ведь у нас и земли-то нет.

Торговец скрутил папироску, смочил языком край бумажки и заклеил.

— Если дело в том, кто будет сушить или вялить рыбу, так это могу делать я. А вы будете разъезжать и продавать. И потом, вокруг полно земли, что простаивает просто так. В чем проблема?

— Сколько бы свободной земли ни было, вся она своего хозяина имеет.

— Ну, тогда надо взять в аренду, делов-то!

Кымбок загорелась идеей и не могла остановиться. Сожитель принимал ее слова за болтовню несмышленой девчонки и лишь посмеивался, посасывая самокрутку и выпуская дым.

Проснувшись на следующее утро, торговец не обнаружил Кымбок рядом. Он искал ее весь день, обежал несколько раз весь рыбный рынок, пристань, берег моря, но так и не нашел. А когда к вечеру вернулся в гостиницу, Кымбок встретила его с радостной улыбкой.

— Где тебя носило целый день?

— Я взяла землю в аренду.

Она с гордостью рассказала, как долго ходила в окрестностях пристани в поисках подходящего места и как в конце концов ей удалось арендовать очень дешево маленький клочок земли. Торговец рассмеялся, всем своим видом показывая, насколько она поразила его своей выходкой. Однако на следующий же день Кымбок отправилась на берег, где вялили рыбу, смотрела и училась всем премудростям этого дела, купила сосновые жерди для шестов и перекладин, на которых вывешивается рыба. Торговец удивлялся замыслу Кымбок и, конечно, не очень-то верил ее словам, что можно будет продавать уже обработанную рыбу, однако ничего не мог поделать и только выдавал ей деньги по требованию. Она обладала силой убеждения, что обычно несвойственно девушкам ее возраста. И сила эта была проявлением особого таланта, каким обладала Кымбок.

Наконец в укромном месте на берегу моря, хорошо продуваемом ветрами, появилась сушильня — небольшая площадка, где в ряд стояли шесты с поперечными перекладинами, и сожитель закупил для молодой хозяйки треску, минтая, сайру и сардин. Он не успел толком понять, что происходит, как все накопленные за долгое время деньги оказались вложенными в дело, но устоять перед напором Кымбок не мог. Торговец выгрузил ей часть купленного у рыбаков свежего улова и укатил на своем трехколесном грузовичке продавать оставшийся товар, и, пока его не было, Кымбок сидела на берегу и чистила рыбу. Она соскабливала чешую, потрошила тушку, откладывая отдельно внутренности для приготовления рыбного соуса с пряностями. За время работы запахом рыбы пропиталось все ее тело, облепленное с ног до головы чешуей, и эти прозрачные пластинки сверкали и поблескивали на солнце. На все эти приготовления, начиная с чистки и заканчивая обвязкой рыбы по парам соломенной бечевкой и подвешиванием на перекладины, ушло целых два дня. После этого появились другие заботы. Кымбок дожидалась, когда сойдет утренняя роса, и вывешивала рыбу сушиться, а как только солнце опускалось в море, снимала обвязки рыб с сушильни, и так повторялось бесконечно. Кроме того, она все время поглядывала на небо, не пойдет ли ненароком дождь, и прилагала все усилия, чтобы роса не увлажнила рыбу. Еще ей приходилось гонять вороватых чаек, а также шныряющих в окрестностях бездомных кошек, любительниц полакомиться чужим добром. Пока умеренный ветер обдувал рыбу и солнечные лучи выпаривали из нее влагу, Кымбок не покидала хибарку, построенную как временное жилье тут же, на арендованной земле. Когда через несколько дней торговец вернулся с выручкой, объехав отдаленные от моря деревни и поселки, то обнаружил приятную глазу картину: на площадке аккуратно стояли шесты, а на них сушилась рыба, которая приобрела коричневатый оттенок и, распространяя аппетитный запах, доходила до нужной кондиции.

Начавшийся таким образом бизнес по производству и продаже вяленой и сушеной рыбы принес намного больше прибыли, чем они предполагали. Всю свою взрослую жизнь кочевавший из одной местности в другую, торговец стал мечтать о маленькой лавочке, чтобы обосноваться на рыбном рынке, и от этих мыслей улыбка не сходила с его лица. Однако Кымбок не удовлетворилась полученным результатом. Всю полученную прибыль она решила и дальше вкладывать в дело и тут же закупила еще больше рыбы и расширила площадку для сушильни. Вскоре готового продукта образовалось так много, что торговец, уже не в состоянии справиться один, вынужден был сдать часть товара хозяевам рыбной лавки на рынке. Вяленая рыба у Кымбок отличалась отменным качеством, поэтому за нее давали хорошие деньги.

Прошло немного времени, и торговец прекратил свои разъезды, чтобы помогать хозяйке. Случалось, рабочих рук не хватало, и тогда приходилось нанимать нескольких работников. Со временем стали вялить не только треску или минтай, но и разного рода другую морскую живность, такую, как кальмар, спинорог полосатый, морской карась, горбыль, сельдь. Постепенно производство расширилось до такой степени, что трудно было найти то, что они не обрабатывали. Ассортимент товара пополнили морские водоросли, анчоусы, креветки, трепанги, моллюски — все то, чем богато море. Кымбок и в способе вяления или сушки рыбы, как говорят, попадала в самую точку, выбирая необходимое. Одну рыбу она еще до вяления слегка подсушивала на огне или ошпаривала кипятком, другую сначала обсыпала солью или обмазывала соевым соусом и только затем вывешивала на шесты. Для этого закупались инвентарь и необходимое оборудование, для хранения готовой продукции требовался склад, и, кроме того, следовало построить отдельный домик, где они могли бы жить. А тем временем перекупщиков рыбы, которые приходили к ним за товаром, становилось все больше, и площадь для сушки постепенно увеличивалась. В итоге их «завод» стал представлять собой грандиозную сцену на берегу моря, на которой с одной стороны мужчины постоянно сколачивали и ставили шесты из сосновых стволов, а с другой — несколько десятков женщин обрабатывали сырье, и все это пространство было забито сушеной и вяленой рыбой.

К этому времени Кымбок уже достигла такого мастерства в деле обработки рыбы, что после небольшой чистки превращала закупленное сырье