Мама, держи меня за капюшон! - Людмила Лаврова

что мама перестала плакать по ночам. Квартира у них была тогда еще маленькая, и Олег хорошо слышал, как мама ходит по ночам туда-сюда по коридору, потому что не может уснуть, а потом, сидя на кухне, плачет у папы на плече, мелкими глоточками отпивая воду из стакана. Олег так же пил воду – медленно и обстоятельно. Но не потому, что тосковал. А потому, что мама так делала.

Но если с Аськой Олег смирился, то появление в доме Ани стало для него настоящим испытанием. Ася была спокойной и не вредной. Аня же стала его тенью. Это раздражало и мешало. Даже во двор, чтобы посидеть с ребятами на детской площадке вечером, он и то не мог теперь выйти, чтобы не услышать за спиной:

– Олежка!

А ведь не маленькая уже. Шесть лет. Могла бы и понимать, что если говорят: «Брысь!» – то надо потеряться так, чтобы искали и не нашли!

Мама отношение Олега к Анюте видела и очень расстраивалась.

– Олежка, она же не виновата, что так все получилось? Что бабушка у нее заболела. Что не смогла больше заботиться о ней. Да и вообще, сестры должны быть вместе, понимаешь? Это неправильно, когда детей разделяют. Знала бы я раньше, что у Аси есть сестренка, Анюта давно была бы с нами. Ты бы видел, в каких условиях они с бабушкой жили! Страшно… Дом, конечно, еще крепкий, но удобств никаких, и ни садика, ни школы рядом. Детей нет. Одна Анюта. Ей даже поиграть не с кем было. Да и вообще, о чем я? Там же на сотню километров ни одного поселка! Глухомань.

– Мам, а где Анина мать?

– Понятия не имею. В розыск подали, но ответа до сих пор нет. Как оставила Анюту на свекровь свою, так и пропала. Сын! Я тебе все это потому рассказываю, что считаю взрослым. И надеюсь, что ты поймешь…

Взрослым… Ага! Куда там! Как младенец себя повел! Наорал на девчонку при ребятах, толкнул ее… Стыдоба!

Олег замотал головой и стукнул кулаком по спинке скамейки. Он сидел здесь уже почти час и все никак не мог решить, как и что делать дальше.

Хлесткий удар по щеке, еще один, и кулачки замолотили по его плечам и спине:

– Как ты мог?! Как мог?!

Ася ревела так, что на них стали оборачиваться редкие прохожие, и Олегу пришлось сгрести сестру в охапку и силой усадить рядом на скамейку.

– Тихо ты! Чего кричишь? Что случилось?

– Он еще и спрашивает! – Ася словно пружина взвилась над скамейкой, но Олег схватил ее за руку.

– Нормально объясни!

– Аня пропала! Мама ее звала, звала… А ее нет нигде! Мама к участковому побежала, а я тебя искать! Мне ребята рассказали, как ты толкнул ее во дворе и накричал. Зачем, Олег? Что она тебе плохого сделала?

Олегу показалось, что его стукнули чем-то очень тяжелым. Как пропала?! Куда? Зачем?!

Он попытался было встать, но ноги почему-то не держали.

– Ася, это я виноват…

– Конечно, ты! А кто же?! Она за тобой хвостом ходила! Братом тебя считала! Всем подряд рассказывала, какой ты умный и сильный! А ты?

Ася заплакала так горько и беспомощно, что Олегу стало ясно – он испортил все, что только можно было, и теперь исправить уже ничего не получится… Можно только попробовать найти все-таки Аню и попросить у нее прощения. И пусть большим и сильным он быть для нее перестал, но хоть домой вернет. А это сейчас главное.

Обретя внятную цель, Олег чуть пришел в себя. Хватит сидеть! Время идет! Он ухватил Асю за плечо и встряхнул хорошенько:

– Иди домой!

– Нет!

– Иди, я сказал! Ты маме нужна! И Аня, возможно, уже вернулась. А дома нет никого! Как она туда попадет? Пожалуйста, Ася!

– А если ее там нет? – Ася уже не ревела, а изредка всхлипывала, глядя на брата.

– Тогда я найду ее! Пойдем!

– Куда?

– Ты – домой! Я тебя до подъезда доведу. А я во двор. Мне к пацанам надо.

– К каким пацанам? Олег! Ты что, не понял, что я тебе сказала?

– Понял, конечно! Мне помощь нужна. Одному тут не справиться!

Ребята все так же сидели на лавочке у детской площадки, когда Олег подбежал к ним.

– Парни! Помощь нужна!

Тишина стала ему ответом. Кто-то отвернулся, кто-то смотрел с нескрываемым презрением. И только Толик, лучший друг Олега, сплюнул в сторону и процедил сквозь зубы:

– Чего тебе?

– Анька пропала.

– И? Ты же только что орал, что она тебе никто и звать никак? Радоваться должен! Мешать не будет.

– Не пори чушь! Я…

– А что ты? Мы все тебя слышали. За свои слова, Олежка, отвечать надо.

– Отвечу! Только потом. Парни, мне без вас не обойтись! А она, может, рядом где-то. Искать надо!

– Искать… – Толик протянул это так насмешливо, что Олег невольно поежился. – Ну и ищи! Мы тут при чем?

– Ни при чем. Ты прав. Это мои проблемы. Мне и разгребать…

Олег отвернулся и посмотрел на свои окна. Вон Аська маячит. Машет рукой. Значит, Аня еще не вернулась. Тогда он глянул на часы. Еще полтора часа, и будет совсем темно.

Пытаясь сообразить, где могла спрятаться Аня, Олег зашагал к выходу из двора, но тут его окликнули:

– Стой!

Толик, а за ним еще несколько человек шли следом.

– У меня времени нет.

– Знаем. Скоро совсем темно будет. Тут стройка рядом и тот дом заброшенный. Может, она там? Давайте, парни, вы на стройку, а мы с Олегом на заброшку. Поищем девчонку.

Олег ничего отвечать не стал. И так все понятно. Если пошли за ним, значит, совсем уж отсталым не считают. А с остальным после разобраться можно.

Толик молча бежал рядом, и Олегу оставалось только радоваться, что он теперь не один. Лезть в заброшенный дом в одиночку, да еще и в сумерках, было все-таки страшно.

– Ты чего на нее сорвался? – Толик остановился у ветхого забора, окружающего заброшенный дом, и посмотрел на Олега.

– Не знаю. Надоела. Приставучая такая. Ходит за мной все время.

– И что? Все мелкие такие. Мои тоже не слезали бы с меня, дай им волю. Разве это плохо? Когда у тебя кто-то есть? Ну брат или сестра?

– Хорошо, наверное. Просто…

– Да понял я. Напрягает. Так и сказал бы ей. Только не так, как ты это сделал, а спокойно.

– Думаешь, я не говорил?! – Олег сорвался. – Она слушать ничего не хочет! Олежка, Олежка…

– А к Аське она тоже