Книжный остров мистера Фикри - Габриэль Зевин

— Что? — спрашивает Эй Джей.

— Красный, — говорит Майя. Она берет его руку и передвигает по странице так, чтобы палец показывал на «К-Р-А-С-Н-Ы-Й».

Хорошего человека найти нелегко. 1953 / Фланнери О’Коннор

Семейное путешествие оборачивается бедой. Любимый рассказ Эми. (А на первый взгляд, она такая белая и пушистая, да?) Наши с Эми вкусы не всегда сходятся, но тут я ее поддерживаю.

Когда она назвала «Хорошего человека» своим любимым рассказом, я понял, что в ее характере таятся странные и прекрасные черты, о которых я не догадывался, белые пятна, которые мне хотелось бы исследовать.

Люди скучно врут о политике, Боге и любви. Все, что нужно знать о человеке, мы узнаем из ответа на вопрос: «Какая твоя любимая книга?»

Э. Дж. Ф.

В начале августа, как раз перед тем, как пойти в садик, Майя в комплекте получает очки (круглая красная оправа) и ветрянку (круглые красные пупырышки). Эй Джей клянет мамашу, сказавшую, что прививку от ветрянки можно не делать, ибо этим советом она наслала на их дом настоящую чуму. На Майю жалко смотреть. На Эй Джея тоже жалко смотреть, потому что ему жалко смотреть на Майю. У девочки сыпь на лице, кондиционер сломался, и никто в доме не может нормально спать. Эй Джей приносит Майе смоченные ледяной водой полотенца, снимает белую кожицу с мандариновых долек, надевает ей на руки носки и дежурит у ее постели.

День третий, четыре утра, Майя засыпает. Эй Джей обессилен, но на месте ему не сидится. Он просил одну из продавщиц принести ему из подвала пару гранок. К сожалению, продавщица новенькая и вместо того чтобы выбрать книги из стопки «К ПРОЧТЕНИЮ», взяла их из пачки «В МАКУЛАТУРУ». Эй Джей не хочет оставлять Майю одну и потому решает почитать одну из старых забракованных гранок. Первым в стопке лежит подростковый фантастический роман, в котором главный герой рассказывает о своих приключениях с того света. Брр, думает Эй Джей. Два его самых нелюбимых момента (повествование от лица умершего и подростковая тематика) в одной книге. Эй Джей отбрасывает распечатку в сторону. Под ней обнаруживаются мемуары восьмидесятилетнего мужчины, который всю жизнь был холостяком и писал научные статьи для разных газет на Среднем Западе, а в семьдесят восемь вдруг женился. Его жена умерла через два года после свадьбы в возрасте восьмидесяти трех лет. «Увядший цвет» Леона Фридмана. Книга кажется Эй Джею смутно знакомой. Он открывает сигнальный экземпляр, и оттуда выпадает визитка: АМЕЛИЯ ЛОМАН, «НАЙТЛИ ПРЕСС». Да, теперь он вспомнил.

Разумеется, после той неловкой первой встречи они с Амелией Ломан виделись еще не раз. Время от времени они обмениваются теплыми письмами, и трижды в год она приезжает на остров, чтобы познакомить его с наиболее интересными предложениями «Найтли». Эй Джей раз десять беседовал с Амелией и недавно пришел к выводу, что она хорошо делает свою работу. Ориентируется не только в каталоге, но и вообще в литературе. Напористая и при этом ненавязчивая. И с Майей ладит: обязательно привозит девочке какую-нибудь книжку из детских серий «Найтли». Прежде всего Амелия Ломан профессионал, и это значит, что она ни разу не заговорила с Эй Джеем о том, как он обошелся с ней в день их знакомства. Господи, он вел себя безобразно. В качестве искупительной жертвы Эй Джей решает дать шанс «Увядшему цвету», хотя роман с такой фабулой совершенно не в его вкусе.

«Мне восемьдесят один, и с точки зрения статистики я должен был умереть четыре года и семь месяцев назад», — читает первую строчку Эй Джей.

В пять утра он закрывает книгу и поглаживает переплет.

Майя просыпается. Ей уже лучше.

— Почему ты плачешь?

— Я читал, — отвечает Эй Джей.

Амелия Ломан не узнает номер, но берет трубку с первого звонка.

— Амелия, здравствуйте. Это Эй Джей Фикри с острова Элис. Не ждал, что вы ответите.

— Еще бы, — смеется она, — я последний человек на планете, который до сих пор отвечает на телефонные звонки.

— Да, — говорит он, — очень может быть.

— Католическая церковь подумывает о том, чтобы причислить меня к лику святых.

— Святая Амелия, берущая трубку, — подхватывает Эй Джей.

Он никогда раньше не звонил ей, и она предполагает, что его отпугивала именно эта ее «отзывчивость».

— Встречаемся через две недели, как договаривались? Или у вас не получается? — спрашивает Амелия.

— Нет, я совсем по другому поводу. Вообще-то, я планировал просто оставить вам сообщение.

Амелия монотонным голосом произносит:

— Ваш звонок переадресован на голосовую почту Амелии Ломан. Пи-и.

— Э-э.

— Пи-и, — повторяет Амелия. — Ну же. Оставьте свое сообщение.

— Э-э, привет, Амелия. Это Эй Джей Фикри. Я только что дочитал книгу, которую вы мне посоветовали…

— Правда? Которую?

— Странно. Голосовая почта со мной разговаривает. Книга вышла несколько лет назад. «Увядший цвет» Леона Фридмана.

— Не сыпьте соль на рану, Эй Джей. Я считала ее лучшей в зимнем каталоге. Но за четыре года никто так и не захотел ее почитать. Эти мемуары мне очень нравились. И нравятся до сих пор! Но я специалист по проигранным делам.

— Возможно, дело в обложке, — смущается Эй Джей.

— Обложка никуда не годится. Ступни пожилых людей, цветы, — соглашается Амелия. — Можно подумать, кому-то приятно разглядывать старые сморщенные ступни, не говоря уже о том, чтобы покупать книгу, на которой они красуются. Переиздание в мягкой обложке не помогло — черно-белая гамма, больше цветов. Но обложки — это бедные падчерицы книгоиздания. Мы виним их во всех грехах.

— Не знаю, помните ли вы, но я получил от вас «Увядший цвет» в нашу первую встречу, — говорит Эй Джей.

Амелия отвечает не сразу.

— В самом деле? Да, может быть. Я тогда как раз начинала работать в «Найтли».

— Знаете, я не любитель литературных воспоминаний, но эти мемуары по-своему уникальны. Они мудрые и…

Когда Эй Джей говорит о том, что ему по-настоящему нравится, он чувствует себя голым.

— Продолжайте.

— Каждое слово в точку и на своем месте. В принципе, это самая щедрая похвала, какую от меня можно услышать. Жаль, что я только теперь прочитал эту книгу.

— У меня такое сплошь и рядом. Что же заставило вас к ней вернуться?

— Моя малышка заболела, и…

— Ах, бедная Майя! Надеюсь, ничего серьезного?

— Ветряная оспа. Сидел с Майей всю ночь, и эта гранка попалась мне под руку.

— Рада, что вы все-таки ее прочли, — говорит Амелия. — Я всем уши прожужжала о «Цвете», но никто не хотел его читать, кроме моей мамы, да и ту я с трудом уговорила.

— Некоторые книги долго ждут своего часа.

— Слабое утешение для мистера Фридмана, — говорит Амелия.

— Я закажу ящик «Цвета» в никуда не