Избранные произведения. Том 1. Саит Сакманов - Талгат Набиевич Галиуллин

– Саит Яруллович, вам бы держаться подальше от всех этих игр, жизнь – только одна ведь, – неожиданно для себя произнёс Мисхат и от осознания собственной наглости покраснел до кончиков ушей.

– Голова моя, головушка, долго ль мне тебя носить? – отшутился Сайт, тронутый заботой своего молодого друга, и потом добавил:

– Кажется, уже яйца курицу начали учить?

Мисхат покраснел ещё больше, хотя знал, что Саит-абый критику переносит плохо.

– Не принимайте близко к сердцу, я ведь просто люблю вас, – пролепетал Мисхат.

Саит на это только рукой махнул. Дескать, не стоит на этой теме зацикливаться. Мисхат и сам понял, что слишком много на себя взял: действительно, сам пришёл к нему за материальной поддержкой, а сам жить учит.

– Рамиль-абый просил пригласить вас персонально. И потом… вы не могли бы… оказать нашему застолью небольшую спонсорскую помощь, – запинаясь, выговорил Мисхат, покраснев, кажется, уже до кончиков пальцев на ногах.

– Так с этого и надо было начинать, хотя я и так соображаю, для чего вы меня зовёте, – сказал Сайт, поворчав для порядку и доставая из кармана внушительную пачку денег.

– Купи всё, что нужно. Во сколько?

– К трём. На четвёртый этаж. Я сам вас встречу.

Профессор Ватикана Сайту понравился: высокий, сухопарый, белокожий с узким продолговатым лицом, держится просто, непринуждённо, не то что некоторые наши учёные, важные, надутые, как индюки, ест всё подряд, без капризов, пригубляя время от времени рюмку с вином. Русский и ещё, говорят, пять-шесть языков знает почти в совершенстве.

Рамиль Валишин встретил Санта радостно, обнял как дорогого и долгожданного гостя. Он был в хорошем настроении, одет в тёмно-коричневый шерстяной костюм с синими крапинками, на ногах – чёрные лакированные туфли немного великоватые по размеру. Эти туфли, похоже, составляли особую гордость профессора истории, при каждом удобном случае он выставлял их напоказ: дескать, смотрите, мы тоже не лыком шиты, умеем одеваться по моде.

После того как немного поговорили о том о сём, отведали понемножку вина и закуски, заглянувший «на огонёк» профессор с соседней кафедры, погладив рукой лысую голову, поднял вверх два пальца, задавая таким образом тон предстоящей беседе:

– Профессор, существует мнение, что все империи рано или поздно распадаются. Подчиняется ли Россия этому общему правилу, или она остаётся последним динозавром на земном шаре?

Немецкий профессор, готовясь к ответу на этот сложный вопрос, надел очки и стал рыться во всех отделениях своей кожаной папки. Профессор Валишин, подшучивая, спросил:

– У вас есть готовый ответ, его, что ли, собираетесь нам зачитать?

– Нет, нет, господа, не пугайтесь, ничего читать не собираюсь. Просто очки помогают сосредоточиться. Говорят, в них умнее выглядишь. А кому не хочется казаться умнее, чем он есть на самом деле?

Профессор Геллер, по мнению Санта, отвечал основательно и довольно убедительно, будто заранее знал, что такой сложный вопрос может возникнуть, и тщательно к нему подготовился.

– Думаю, что Российская империя неприменно распадётся. На былом величии и обманных иллюзиях долго не продержаться. Попытаюсь обосновать свои доводы. Каждый вправе иметь своё мнение и оставаться при нём. Я не собираюсь менять ваше мировоззрение. Я просто выскажу своё личное мнение. История человечества помнит многие империи, достигшие огромного могущества и высокого уровня культуры, – продолжил профессор, – большинство из них, достигнув определённого уровня развития, дойдя до некой критической точки, не выдерживая собственного благополучия, начинают загнивать изнутри и распадаться. Число претендентов на власть увеличивается, начинаются распри, междоусобицы. Только этого и дожидавшиеся нищие соседи тут же набрасываются на этот масляный пирог, начинают растаскивать его в разные стороны, грабить и разорять, как голодные волки, взбесившиеся от вида беззащитной овцы. Таким образом, империя, существовавшая за счёт угнетения малых народов, распадается. Часто на её месте формируется другая этническая народность, менее развитая экономически и политически, образуется новое государство, более отсталое по сравнению с прежним.

– Можете привести какие-нибудь примеры?

– Примеры? Их бесчисленное множество. Например, современная Греция совершенно не похожа на своего великого предка – Элладу. Теперь это средней руки государство, живущее исключительно за счёт туристов, с среднего уровня культурой и совсем другим языком. Современная Италия не сможет достичь уровня древней Римской империи или Византии. Бедная Македония известна только как место рождения Александра Македонского. Египетские пирамиды, таинственные сфинксы, сохранившиеся до наших дней остатки культуры Древнего Египта – печальное напоминание о его былом величии. Можно ли считать преемниками огромного духовного богатства страны третьего мира, расположенные на территории, где процветала цивилизация инков и майя? Монголия, утопающая в грязи и нищете, – это пародия на великую империю Чингисхана, издевательство над её былым величием.

Тут профессор Ватикана немного передохнул, глотнул из рюмки вина и, оглядев своих сотрапезников, продолжил:

– Вспомните времена, когда Арабский халифат своей мощью сотрясал весь мир. Что осталось от него? Мелкие маломощные государства, полностью зависящие от Америки.

– Но Иран ещё не сдаётся, – бросил один из слушателей.

Проигнорировав эту реплику, профессор продолжал нанизывание цепочки примеров:

– Вспомните мощную Османскую империю тюрков. Пол-Европы плясало под её дудочку. А теперь Турция – одна из стран, пляшущих под дудочку США. Упомянутый вами мусульманский Ирак бомбят американские самолёты, вылетающие с территории Турции. Где же ваше мусульманское единоверие? Возьмём наши европейские дела, – профессор вновь отпил из рюмки, – здесь мы наблюдаем ту же убийственную закономерность разрушения империй. В Средние века расцветают и приходят в упадок Португалия, Испания. Наполеоновская Франция недолго сотрясала мир. Британская империя, владевшая огромной территорией, теперь небольшое островное государство. Внезапно вспыхнувший Третий рейх, также внезапно погас, как свечка. Значит, до сих пор на земле ещё не было вечной империи. Новое мощное государство возникает, растёт, развивается, достигает определённого уровня величия и исчезает. Московская империя тоже должна была исчезнуть после Февральской революции 1917 года. Ленин и большевики продлили жизнь русской державы на десятки лет.

– Правильно ли с научной точки зрения рассматривать СССР как непосредственного преемника царской империи?

– С научной точки зрения не знаю, – сказал Альфред Геллер, хитровато улыбнувшись, – но основные общественно-политические и экономические приёмы те же самые: захватничество, притеснение, эксплуатация, уничтожение национальных меньшинств, грабительство, шовинизм, национализм. СССР – это та же царская Россия, оборотная сторона той же медали. Эта империя зла тоже непременно распадётся.

– Давайте-ка дёрнем по одной за светлую память об СССР, – предложил Рамиль Валишин, порядком уставший от длинных речей.

Однако тема была слишком животрепещущая, и небольшая пауза не погасила интереса к ней.

– В результате так называемой перестройки Россия потеряла треть своей территории, но так и не отказалась от своих имперских, великодержавных замашек, политика притеснения малых народов по-прежнему в силе, – продолжил