Избранные произведения. Том 1. Саит Сакманов - Талгат Набиевич Галиуллин

дни нашего трагического знакомства. А я всё его оттягивала, сама себя обманывая, оправдываясь тем, что человек болен, не стоит беспокоить, всё ждала чего-то. Думала, вот поправится человек и уйдёт, само собой всё решится. А ты поправился, но связь наша продолжалась, ты приходил, оставался ночевать. Потом… – Аниса запнулась, покраснела, как маков цвет, плотно сжала влажные губы.

– Ну, и что потом?

– Сам знаешь.

– Ну что, Анисочка, ласточка моя, что же случилось потом? – нетерпеливо затеребил её Сайт.

– Что? Я влюбилась в тебя, превратилась в твою тень. Знаешь, почему я не приняла твоё предложение утром, когда мы пили чай? Дело не только в том, найдётся Фарида или нет. До встречи с тобой у меня был человек. В эти дни он был в отпуске в Чехии, поэтому не появлялся. Вчера он приехал, позвонил мне на работу, сегодня придёт сюда.

Голос Анисы понизился до шёпота, на лицо легла печаль. Чувствовалось, что она испытывает душевные муки и в то же время пытается сбросить их с себя, ждёт помощи и поддержки.

Сайт, неожиданно, сам не зная почему, громко рассмеялся, испуганно вздрогнув от собственного голоса, ему показалось, что швы на его ранах треснули и расползаются.

Аниса оставила без внимания эту его реакцию и продолжила:

– Если даже я вырву этого человека из сердца, мне кажется, всё равно совесть будет меня преследовать. Мне очень тяжело. Порой голова трещит от мысли, что зря я тебя встретила.

Видя мучительные сомнения Анисы, Саит тоже стал серьёзным.

– Аниса, я тебя не неволю. Ты человек свободный. С кем захочешь, с тем и будешь жить. В нашей стране законы шариата не соблюдаются, к сожалению. По некоторым своим наблюдениям я понял, чувствовал, что у тебя кто-то есть. Мне попадались на глаза, хотя и припрятанные, мужские носки, домашние тапочки, мужское бельё. Я успокаивал себя, думая, что это вещи твоего бывшего мужа. Ясно же, что мужчины не оставят в покое такую симпатичную женщину.

Аниса немного успокоилась.

– Самое трудное на свете – хранить тайну от близкого человека, – вздохнула она.

– Я и сам догадался, что машина, квартира, мебель – всё это скорее всего плоды любви, одинокая женщина с ребёнком на руках едва ли сама одолела такие расходы.

Аниса внезапно вскочила со своего места, её молочно-розовое личико покрылось красными пятнами.

– Так что же по-твоему, я женщина, которую можно купить за деньги, за мебель. Ты не думаешь, как сильно ты меня оскорбляешь?

Теперь уже для Санта настала очередь краснеть.

– Извини, извини Анисочка! Временами мой язык мне не подчиняется, распускается сам по себе. Ты ведь знаешь, как серьёзно я к тебе отношусь, как глубоки мои намерения, мои чувства.

Но Аниса уже взяла себя в руки, красные пятна на лице стали понемногу бледнеть.

– Если ты думаешь, что перечисленные тобой вещи заработаны моим телом, то ошибаешься, – сказала она сердито, – у меня был законный муж, и многие вещи мы приобрели вместе, да и мама моя всё ещё не оставляет меня без поддержки. Да в конце концов я и сама не последний человек. Школу закончила с золотой медалью, институт – с красным дипломом, устроилась на престижную, хорошо оплачиваемую работу…

Сайт, как нашкодивший мальчишка, слушал молодую женщину, виновато потупив голову, ругая себя последними словами и думая: «Вот ведь, язык мой – враг мой».

Неизвестно, чем бы закончилась эта ссора, если бы не раздался требовательный звонок в дверь. Только что метавшая гром и молнии Аниса враз сникла, с тревогой посмотрела то на дверь, то на Санта и произнесла упавшим голосом:

– Ну вот, он и явился этот человек, надо идти открывать дверь.

Ренал Абдуллович, уверенный, что он всегда желанный гость в этом доме, по-хозяйски смело нажал на звонок, не подозревая, что он сильно отстал от событий последних дней, ступив в прихожую, по привычке заключил Анису в объятия и стал искать её губы. Но Аниса резко увернулась и его поцелуй пришёлся где-то сбоку, на щёку. Тогда Ренал Абдуллович бросил взгляд в комнату и заметил мужчину, сидящего на диване с журналом.

– Ба, да у нас, оказывается, гость, – воскликнул он, заходя в зал прямо в туфлях, и в этот момент его обострившиеся глаза, память и что-то почуявшее сердце узнали Санта.

– Сакманов, что ли?.. Да, да он самый, только что это он тут делает, в наших краях?

– Да, это я, – сказал Сайт, приподнимаясь с места, – а кто у кого в гостях, нам как раз предстоит выяснить.

Ренал Абдуллович немного помедлил, соображая, как ему вести себя с соперником и, как принято, протянул руку. Саит решил пока не мелочиться и тоже поздоровался за руку. Мужчины, посмотрев друг на друга, каждый из них как бы оценивая свой шанс, продолжая стоять друг против друга, оба искали глазами Анису, того единственного человека, который мог стать в данный момент арбитром между ними. От хозяйки уже и след простыл. Она, как бы давая понять, что не собирается разрешать никакие споры, дескать, разбирайтесь сами, меня не впутывайте, ушла в комнату Ильдара.

Замминистра на правах законного хозяина жестом пригласил Санта присесть и первым взял слово:

– Ну, что, товарищ бизнесмен, какие дела ты проворачиваешь сейчас? В тот раз обе стороны, кажется, остались довольны нашими торговыми операциями. Правда, большинство товаров, полученных от вас на бартер, до сих пор, не найдя применения, пылятся на складе. Да ладно. Это дело прошлое.

– Наша фирма к вам претензий не имеет, – сказал Саит просто ради того, чтобы что-то сказать. – Надеюсь, и впредь будем помогать друг другу.

– Ну помощь ведь каждый понимает по-своему. Например, хозяйка вот этой квартиры ни в чьей помощи не нуждалась. Но, говорят, стоит оставить дом без присмотра, как сразу в него забирается вор, – сказал Ренал Абдуллович, не скрывая своей неприязни к факту пребывания Санта в этом доме.

– Ну зачем же так круто ставить вопрос. Думаю, чуть позже прояснится, кто здесь вор, а кто хозяин. Нам предстоит очень серьёзный разговор.

– И что, обе стороны достойны таких переговоров?

Саит решил пропустить мимо ушей эту грубость и продолжил:

– Итак, вкратце объясню суть дела. Ваша сотрудница Аниса Асылбаева попала в беду, оголтелые бандиты взяли её в заложники. Пока вы на курорте приводили в порядок свою печень, я её тут спас от верной смерти. Сам я был ранен и, как говорится, долг платежом красен, Аниса протянула мне руку помощи, оставила у себя, помогла встать на ноги, лечила и ухаживала за мной.