Почтовая служба друзей по переписке - Сын Ён Пэк

«Правда? Давай! А когда?»

«Угу! Давай после обеда в мой выходной?»

«Хаён!»

«А?»

«Ты молодец!»

«Ты чего?»

«Говори себе это почаще и больше отдыхай! Наверняка себя даже не хвалишь».

На лице Хаён засияла улыбка. В следующем сообщении Ынчхэ упомянула, что как-нибудь заглянет в «Бюро сокровенных посланий». Запищала стиральная машина. Развесив постельное белье на сушилку, Хаён внезапно захотела написать подруге письмо и поблагодарить ее. Девушка сама себе удивлялась: уже почти полгода, как она подрабатывает в «Бюро сокровенных посланий», но так и не написала ни одного письма.

* * *

– Привет! А ты какими судьбами? У тебя же выходной, – удивился Сонхо. На нем был фартук цвета хаки и рубашка небесного оттенка с закатанными рукавами.

– Сегодня я твой посетитель. Хочу написать письмо.

– Посетитель, говоришь? А что тогда за фамильярности? Сон Ынчхэ небось хочешь написать?

– А ты откуда знаешь?

– Да она ж приходила на праздник. Все высматривала тебя.

Хаён молча выбрала открытку, на которой была изображена ручка. Девушка сомневалась, что сможет написать много, поэтому решила – лучше коротко, но искренне.

– Попробуй эту ручку. Она новая, думаю заказать партию таких. Как в руке ощущается?

– Да что я в этом понимаю? Ты тут начальник, тебе виднее!

– Ты же, как никто другой, обращаешь внимание на такие мелочи! – сказал Сонхо и положил ручку на стол.

Хотя Хаён всячески отказывалась, она все же сняла колпачок. Это была самая простая пластиковая ручка. Девушка расписала ее в черновой тетради, которая лежала рядом на столе: чернила были свежими, темно-зеленого цвета.

– Неплохая. На открытках тоже будет хорошо смотреться.

– Мне кажется, на бумаге поплотнее будет лучше всего. И по цене хороша, мне нравится!

Довольный ответом, Сонхо согласился и подошел к прилавку. Он взял переплетную косточку и стал усердно складывать конверты. Наблюдая за его аккуратными и четкими движениями, Хаён почувствовала, будто оказалась в старинной мастерской. Следуя примеру посетителя в галстуке-бабочке, она решила сначала написать текст на черновике. Раз в ее руках оказалась такая хорошая ручка, Хаён захотелось отправить красивую, аккуратно подписанную открытку. Впервые оказавшись не в роли сотрудника, девушка ощутила магазин совсем по-другому. Такая мысль вызвала у Хаён улыбку, и она принялась за работу.

В этот момент в магазин зашел кто-то знакомый. Это была Квон Ына, жена пекаря с первого этажа и управляющая агентством по недвижимости «Тыквенный ключ».

– Сонхо, на! Угощайся! – Ына протянула ему пакет с выпечкой.

– Ну зачем ты их носишь?

Сонхо рассмешил женщину своей игрой на публику. Перекинувшись парой фраз с владельцем магазина, Ына обратила внимание на Хаён, сидящую за столом.

– Я впервые вижу, как ты пишешь письмо.

– Вообще у Хаён сегодня выходной. Но, видишь, ей дома не сидится!

– Так вот в чем дело! Дорогая, а свидания? В твоем-то возрасте! – засмеялась Ына и села рядом.

Уже три-четыре встречи подряд Ына обращалась к Хаён «дорогая». Впрочем, сама девушка, кажется, не особо возражала.

Ына достала из сумки большой конверт для документов и продолжила:

– Сегодня я иду в Дом творчества, как-то раз там уже была. Хаён, не хочешь как-нибудь туда вместе сходить?

Не так давно Ына стала посещать уроки поэзии в Доме творчества. На днях в поиске вдохновения женщина полезла в шкаф и достала плетеную корзину с письмами двадцатилетней давности. Внутри было более пятидесяти штук.

– У меня вон какая кипа писем набралась. Мой недотепа-муж не посвятил мне ни одного, все они от симпатичных молодых людей. Но, немного покопавшись, я все-таки нашла и от него! Правда, одно.

– Наверное, оно вам очень дорого! Можно взглянуть?

– Конечно! На, читай! – Ына протянула Хаён плотную белую открытку с изображением ласточек, выполненных тушью. Несмотря на свою слегка шероховатую текстуру, на ощупь она была очень мягкой.

Я горжусь тобой!

Завтра закончу с тестом пораньше и приду к тебе. Спасибо за здорового малыша! Давай не будем особо переживать, а просто вырастим из него хорошего и порядочного человека. Знаешь, я тут подумал, если ребенок будет похож на тебя, то с его воспитанием у нас не возникнет особых проблем. Если же он унаследует что-то от меня – боюсь, нам придется нелегко. Но давай пока не будем загадывать?

Береги себя!

Хаён не смогла сдержать смех. Ына оказалась права, в этом письме не было ничего особенного. Почерк булочника был таким же простым, как и он сам, – без излишеств, но ровный. То же самое можно было сказать и о его выпечке: она всегда отличалась легким, сбалансированным вкусом – не слишком сладким, не слишком соленым.

– Скукота, скажи? Нет ничего интересного.

– Ну зачем вы так? Зато как искренне!

– За всю жизнь я дождалась от него письма всего один раз! Один! Да и то только после первых родов!

Ына сложила все обратно в корзину. Ей уже пора было идти на занятия, поэтому она поспешила к выходу.

– Жалко, что так получилось. Пришла к мужу, поругались, а сейчас уже пора идти.

Увидев, как гостья расстроилась, Сонхо перестал складывать конверты и спросил:

– А что там насчет поездки? Поговорила с мужем?

– А как же! Говорит: «Сама поезжай или с кем-то из родственников!»

– За тридцать лет работы один раз-то можно отдохнуть!

– И я про то же! – возмутилась Ына и вышла из магазина.

Сложив все конверты, Сонхо включил на компьютере песню Хаято Аоки «Дни». Это была любимая песня Хаён.

На мгновение она замерла, будто завороженная. Хаён представила, как исполнитель нежно перебирает струны гитары. Солнечный свет окутывает пространство вокруг, и оно наполняется теплом. Кончики его пальцев рождают легкую осеннюю мелодию, словно нежный шелест листьев. В голове Хаён возникла картина, как чайные листья неспешно оседают в чашке. Эта мелодия напоминала хорошо просохшую акварель, источающую свежий запах краски. Девушка могла слушать ее вечно.

Хаён ощутила спокойствие и наконец приступила к письму. Под мягкие звуки музыки она внезапно осознала одну важную вещь: простое присутствие кого-то рядом – это действительно бесценно. Ей было важно, чтобы в дружбе с кем-то ее не пытались поменять. Именно поэтому Хаён продолжала общаться с Сонхо. Они познакомились в университете. Он был на курс старше, но вскоре бросил учебу.

– Здорово, что взял тебя на работу!

– Ты чего это вдруг? – Хаён отложила ручку в сторону.

– Посетители легко идут с тобой на контакт. Ты не замечала?

– Ну да. Так всегда было.

– Значит, у тебя врожденный талант! – довольно сказал Сонхо.

Он всегда мог первым с кем-то заговорить, Хаён же,