Республика счастья - Ито Огава

* * *

О том, что фестиваль фейерверков в этом году состоится по расписанию, я узнала с восторгом. Значит, не зря я накануне мастерила куколку тэру-тэру и вывешивала ее за окно![43]

Все последние дни я смотрела на серое небо и молилась, чтобы погода не испортилась окончательно. Прошлым летом фейерверки отменили в последний момент из-за внезапных штормов. Как тогда расстроилась Кюпи-тян! Сколько уж раз я обещала ей, что мы пойдем любоваться фейерверками в наших самых роскошных юкатах! Не сомневаюсь, нынешняя новость будет для нее просто сенсацией.

Своей радостью я поделилась с госпожой Барбарой, и она предложила отвезти нас полюбоваться фейерверком из особенного места. В этот заветный уголок она отправлялась на каждый большой фейерверк, а теперь приглашает и нас с Кюпи-тян.

― Это дом моей подруги в Комати, — пояснила она. ― С террасы на ее крыше обзор просто фантастический!

Но для большей радости и общего удовольствия гости должны принести с собой что-нибудь поесть. И потому ближе к вечеру я принялась готовить онигири с мясными консервами. А Кюпи-тян принесет куриные котлетки от Мицуро. На самом деле мне хотелось, чтобы муж и отец присоединился к нам, но это было невозможно: именно в праздничные дни он слишком занят в кафе. Чтобы исполнить свое пожелание — добиться процветания в бизнесе! — он работает изо всех сил…

Закрыв магазин чуть раньше обычного, я поспешно переоделась в юкату и выбежала из дома.

Мадам Барбара сообщила по телефону, что заказывает ростбиф в мясной лавке перед вокзалом и при таком раскладе всем нам будет удобнее встретиться уже на месте, то есть в доме ее подруги.

Поймав такси, мы с Кюпи добрались по нужному адресу. «Большая вечеринка на маленькой крыше» была уже в самом разгаре. Едва мы поднялись наверх, как в вечернее небо с оглушительным свистом взмыла первая ракета. Вся публика на крыше закричала от радости. Мадам Барбара, прибывшая раньше нас, даже успела зарезервировать для Кюпи-тян «королевское» место в первом ряду, у самых перил.

Сама я, даром что живу в Камакуре, не ходила любоваться фейерверками уже лет десять, а то и больше. В последний раз, кажется, мы ходили с тетушкой Сусико, которая случайно в тот день навестила нас.

Как бы там ни было, с такого потрясающего места, как эта крыша, я не наблюдала фейерверки еще никогда.

Хозяйка крыши извинилась перед госпожой Барбарой за то, что с наших мест не видно, какие красивые букеты слагаются отражениями в воде. Но для нас это значения не имело. Во все глаза мы следили за каждой ракетой, что взмывала в воздух, разворачивалась цветком и, тускло мерцая, растворялась в вечернем небе.

Что ни говори, а любоваться фейерверками под открытым небом, потягивая пиво из банки, закусывая шашлычками якитори и солеными бобами эдомамэ, но при этом не толкаться ни с кем локтями — это большая редкость, чудо для глаз и настоящий пир для души.

Прекрасные цветы, распускающиеся огненными кольцами в ночных небесах, растворялись до обидного быстро, и мы распахивали глаза как можно шире, чтобы не упустить их мимолетные танцы ни на секунду.

Неожиданно я вспомнила о Такахико. Интересно, смотрит ли мальчуган сегодняшний фейерверк? Он говорил мне, что умеет отличать солнечный свет от ночной темноты. Так, может, он способен различить и огни фейерверка?

Восторгаясь чьей-либо проницательностью, люди часто говорят о так называемом третьем глазе. У Такахико не было третьего глаза, но его оптика была точнее: он смотрел на мир глазами души. Все люди и вещи, которые он различал по ту сторону тьмы, являлись ему в форме душ или духов…

Хотела бы я иметь такой дар!

Завороженная Кюпи-тян таращилась в небеса, не смея пошевелиться. Наверняка то был не первый салют в ее жизни, но если судить по ее мордашке, ничего подобного она не видала никогда в жизни. Казалось, эта девочка не отрывала глаз от неба, следя за всполохами фейерверков.

Домой мы возвращались по аллее Данкадзура втроем с госпожой Барбарой. Она шагала справа, я слева, а Кюпи-тян посередке держала нас за руки.

— Какая же красотища, скажи?

— Твои онигири с колбасным фаршем, Поппо-тян, были просто объеденье!

— На следующие фейерверки — только опять сюда!

Впечатления от вечера, понятно, у каждой были свои.

Пока мы шагали все вместе, рука в руке, я вспомнила волшебный фокус, которому меня научила госпожа Барбара минувшей зимой. А точнее, 31 декабря, когда мы с ней отправились в храм ударить в колокол в знак прощания с уходящим годом.

Для этого фокуса нужно просто закрыть глаза и повторять про себя: «Кира́-кира́… Кира́-кира́!»[44] — пока не увидишь, как во мраке твоего сердца, одна за другой, зажигаются звезды.

С тех пор я пользуюсь этим фокусом довольно часто. А когда-нибудь научу ему Кюпи-тян. А также всем остальным чудесам, какие только смогу передать ей — от всей души, без остатка.

* * *

Все эти летние каникулы Кюпи-тян и днюет, и ночует у меня. Сама она от такой кочевой жизни в восторге, но Мицуро-сан, похоже, сильно по ней скучает. А у меня, конечно, просто душа порхает от мысли, что и днем и ночью она рядом со мной.

Когда я живу одна, с утра могу и не завтракать, по настроению. Но с первоклашкой на шее расслабляться никак нельзя. Каждое утро я завариваю суп мисо, готовлю рис или жарю какой-нибудь омлет. А из риса, оставшегося после завтрака, в подражание Мицуро леплю онигири — на обед для себя и на полдник для Кюпи-тян.

На самом деле Кюпи-тян страшно занята. День за днем она понемногу выполняет домашку на лето, а также успевает поиграть с соседскими ребятами, пособирать букашек на склоне ближайшей горы или искупаться в школьном бассейне. И только в особо жаркие дни подменяет меня за прилавком «Цубаки», развлекаясь чтением книг, рисованием и оригами.

В прошлом году я наконец раскошелилась на новенький кондиционер, и с тех пор даже в самый разгар лета находиться в «Цубаки» вполне комфортно. Включаю охлаждение на максимум — и жара отступает. Конечно, не рай земной, но гораздо лучше, чем ничего.

В последнее время Кюпи-тян частенько дежурит в «Цубаки» одна. Поначалу я волновалась и старалась составить ей компанию. Но домашних хлопот вперемежку с работой накапливалось все больше, и в итоге я решила, что ей уже можно доверить магазин.

Меня она зовет, только если приходит клиент; все остальное время я занимаюсь другими