Девочки - Анжелика Николаевна Королёва

И была то тянучая, что, казалось, что её «прострелило» насквозь, то отпускало, то снова начинало тянуть, и немного припекало. Спина будто попала в тиски. Она вспомнила детство, как пришла с улицы, а дома мама и она маленькая, снимает одежду, садится у печки, греется. «Лёшка вроде без мучений умер», – подумала она.

– Мамочка, мамочка!

– Тихо ты, мелкий, не трогай маму, щас теть Люба придёт.

– Всё хорошо, не волнуйтесь, только дышать не могу. – Она сидела, как истукан.

– Мам, щас теть Люба прибежит, потерпи. – Они сели рядом, но, боясь что-то делать, только тихо гладили мамины руки.

* * *

– Надя, что, схватило опять? Как раньше?

Надя кивнула.

– Сильнее?

Она замотала головой: мол, нет. Люба, смерив давление, быстрыми и ловкими движениями набирала лекарство в шприц.

– Давление вроде ничего, но невралгия обострилась. Тебе нельзя волноваться! Ты ся так угробишь! Парней напугала вон. – Двигать она Надю не стала, только чуть повернула и поставила укол в бедро.

– Да, – промямлила Надя.

– Я тебе анальгин с димедролом поставила, ещё но-шпу на, выпей. Поспишь пару часиков – и будешь, как новенькая.

– Мальчишки, вы тут потише.

– Да мы…

– Они мне не мешают, пусть будут, – укладываясь с Любиной помощью на подушку, проговорила она.

– Она пока будет спать, потом я зайду на обратной дороге, у меня ещё два вызова. Если что, я сначала в Трунино буду, у баб Гали Ворошиловой, а потом у Шубиных, на Молодежке.

– Хорошо, теть Люб!

– Вы поели?

– Да.

– Сереж, а что там говорят, видел вроде кто-то отца?

– Видели, – начал тот, но осекся, – но вы у мамы спросите, она лучше расскажет.

– Потом. – Люба догадалась, что Сережка что-то скрывает, но пытать некогда. – Не оставляйте её одну, ага.

– Да не, что вы. Олежка, может, погулять сходит, а я тут.

– Ничё я не схожу, я с мамой буду!

Люба ушла, а они присели рядом с матерью и тихо слушали телевизор, хотя ничего путного по ящику не показывали. Потом Сережа переключил на другой канал, там шел какой-то детский фильм.

Примерно через пару часов Люба вернулась.

– Не вставала она?

– Люб, я проснулась только, – донеслось с тахты.

– Не говори ничего, лежи, давай, я тебе чайку заварю.

Надя всё же присела, осмотрелась. Мальчишки тут же окружили её.

– Мама, ты же не умрешь? – спросил Олежка и сел рядом.

– Ты чё, ишак?! – замахнулся на него старший брат.

– Не ссорьтесь. Не умру, сынок.

Она встала и пошла в туалет. Спину не тянуло и было уже не так больно, как накануне, но выдыхать по-прежнему тяжело.

– Надя, ты чего, я бы принесла.

– Ничё, на горшок ты тоже за меня пойдешь?

– Ну вот, ты уже и шутишь.

Когда она вернулась, Люба снова померила ей давление.

– Надя, а давление-то низковато теперь и пульс слабый. Давай, я тебе радиолы розовой накапаю, и чаек зеленый заварим?

– Любаня, ты в меня весь свой чемодан впихнуть хочешь?

– Это травы всё, Надь, не вредничай.

– Давай, в конце концов, ты же доктор.

– Вот именно! Перепугала сегодня всех. Видела бы ты Серёгу! Я зашла, на нем лица не было!

– Ой, Люб, да я же не просто так, не на ровном месте.

– Ну?! – Они присели к столу, Надя пила лекарство, Люба заваривала чай.

– Валет пришел, сказал, что видел сегодня, какого-то мужика бросили в ракитник.

– Господи!

– Вот и я про то.

Они замолчали. Люба начала робко:

– А если и правда это он?

– Люб, да ты что, да кому он нужен, убивать его!

– Почему ты решила, что убивать? Может он живой, Надя, звони в милицию, побежали туда. Чё ещё раздумывала-то? И вообще, человек же.

– Это не наше дело!

– Вот ничего себе.

В дверь колотили изо всех сил, мальчишки выбежали из зала.

– Да что за день-то сегодня?! – Надя пошла открывать. – Кто там? Идите в зал, быстро! – прикрикнула она на детей.

Она открыла дверь, там опять оказался Валет. «Повадился, придурок, ещё дубасит так!» – успела подумать она прежде, чем тот выпалил.

– Это Лёха, я туда сходил, не утерпел. Я ничё не трогал, тока пульс. Зажмурился он. – Сосед тяжело дышал.

– Т-ты уверен?

– Железяка! – Валет показал жест «рукой по горлу». – Лежит раскоряченный такой!

– Ладно, не уточняй, пройди. – Она показала на кухню.

Она прошла в зал, посмотрела на старшего сына, потом прикрыла глаза, выдохнула и взялась за сердце. Опять начинало тянуть.

– Мам, а что значит зажмурился? – спросил Олежка.

– Так, Сергей, – она открыла глаза, – идите к бабушке. Скажи, что я приду или позвоню соседям, пусть Олежка у неё побудет. Никуда там, слышь!

– Мам, к бабушке? А где папа?

– Хватит ныть, идите давайте, потом всё расскажу. Можешь ты подождать? – Она злилась.

– Могу, – согласился младший.

– Да я разберусь с ним, мам, давай пошли, мелочь!

– Я не мелочь, мам, скажи ему!

– Парни, давайте дуйте, – вмешалась Люба и закрыла за мальчишками дверь, – Валь, ты кому говорил об этом? – спросила Надя.

– Нет.

– Ясно. И не говори! Вообще никому! – Она усилила голос.

– Да понял, понял я! Могила!

– Будь дома, я в милицию буду звонить.

– Усёк. – Сосед отчалил.

– Люба, дай телефон, – тихо попросила она подругу.

– Надь, а ты сейчас сможешь?

– Не хочу тянуть, надоело. Дай телефон и уйди! В зал, что ли? Нет, останься.

– Надь, может, чаю?

– Нет, давай телефон!

Люба принесла аппарат.

– Алё, Посьву, милицию пожалста. Здравствуйте, это из Кошкино беспокоят. Вы можете приехать к нам? Кажется… моего мужа нашли у реки… мертвого… Сосед пришел, рассказал. Баринова. – Она отвечала на вопросы, которые ей задавали, говорила спокойно и даже немного отстраненно.

На том конце что-то спрашивали, она отвечала, потом положила трубку.

– Надь, давай, он уже остыл. – Подруга всё же протянула ей чашку с чаем.

Надя отхлебнула, поставила кружку на стол и набрала ещё один номер, по нефтянской связи.

– Ир, привет! Ничего не спрашивай, потом расскажу, срочно надо! Позови Егора к телефону, пожалуйста! Вопрос жизни и смерти!

– Понял, бегу! – только и успела проговорить она.

Ирка была для Нади лучшая кандидатура для гулянок и пьянок налево. Она частенько выручала её в разных амурных делах, выпивала и загуливала так же азартно и с такой же бешеной страстью, как Надя. Но в последнее время очень изменилась, образумилась, что ли, общались они меньше, да и Ирка собиралась замуж за Диминого одноклассника, который тоже недавно пришел из армии.

Они начали встречаться вместе – Надя с Димкой, а Ирка с Эльдаром. У них, похоже, была большая любовь, и Ирка, хотя и у неё тоже