Особенный - Владимир Александрович Дараган

Гога и Магога стали сбивчиво объяснять, что Михалыч их направил охранять периметр института, наводить страх на прохожих и прочих злоумышленников. А пришли они сюда, чтобы напиться, потому как на улице жарко и душно.

— А чем вас не устраивала поилка в вестибюле? — спросила Наташа.

Молодцы объяснили, что вода в поилке невкусная, а у них в холодильнике стоят бутылки воды с газом.

— То есть вы вдвоем оставили вверенный вам пост? — начала сердиться Наташа.

— Натуля, не ругайся, — сказал один молодец, прижимая бутылку к груди и пятясь к двери. — Мы знаем, что Зойку похитили и понимаем ответственность.

Если вы видели оскалившуюся кошку с безумными глазами, то можете представить, какое стало выражение лица у Наташи.

— Слушайте, салаги, — сказала, нет, не сказала, а прошипела Наташа. — Не Натуля, а Наталья Николаевна, не Зойка, а Зоя Александровна. Ваш командир — Цепа, я ему доложу о вашем поведении. Кстати, где он?

Молодцы смутились, пробормотали, что Цепу Михалыч отправил на Ленинский проспект, чтобы с полицией проверить там уличные камеры. И что они сейчас бегут на пост и будут там стоять до трех часов дня, пока их не сменят.

— Ладно, пошли вон, — неожиданно миролюбиво сказала Наташа и обратилась ко мне, когда за молодцами закрылась дверь:

— Убедился, с кем приходится работать Михалычу? Гнать их надо к чертовой матери! Ладно, тут все равно никакие мысли в голову не приходят. Пойдем на улицу, на Банном есть сквер, я там посижу, покурю, подумаю и мы все спокойно обсудим.

На улице не было ни жарко, ни душно, а просто тепло. Дул восточный ветер, принося лесные запахи из Сокольников и Лосиного острова. Наташа закурила, сделала пару затяжек и выбросила сигарету в урну.

— Сигареты хороши для одиночных раздумий, — сказала она, — а мне хочется рассуждать вслух. Давай сделаем так, назовем условно наших противников врагами. Я буду выдвигать гипотезы, а ты их будешь критиковать. Потом — наоборот.

Я согласился — ее голос почему-то внушил уверенность, что здесь, в тихом зеленом сквере, мы решим все проблемы.

— Гипотеза первая, — сказала Наташа. — Зою похитили, потому что тебя с ней связывает нежная дружба.

Я вспомнил прощальный Зоин поцелуй, и у меня защемило сердце.

— Не тушуйся, — продолжила Наташа, — об этом все давно судачат. Вам давно уже кости перемыли. Скоро тебе позвонят и скажут, что ты должен приехать в какой-нибудь подмосковный лес. Там тебе отдадут Зою, а взамен ты им дашь пять кубиков своей крови.

Я представил эту картину и она мне не понравилась.

— Это вряд ли, — сказал я. — Они должны понимать, что кроме меня в лесу будет вся команда Михалыча и еще взвод ОМОНа.

— Согласна, — сказала Наташа. — Тогда гипотеза вторая. По дороге домой Зое стало плохо и ее увезла скорая. Хотя… Можешь не критиковать. Отец Зои сказал, что обзвонил все больницы и морги. Теперь гипотеза третья…

Она задумалась, поглаживая пальцами колени.

— Представим… Представим, что Зоя почувствовала некую опасность и решила спрятаться. Поехала, скажем, к какой-нибудь подруге и сидит там сейчас в ожидании, что мы обезвредим наших врагов. Вряд ли у отца Зои есть телефоны всех подруг.

— Не приехала домой и не сообщила родителям, что жива и здорова? — засомневался я.

— Она не хотела звонить, опасалась, что ее телефон прослушивается. А телефон подруги не хотела использовать, боясь, что прослушивается и телефон отца.

Я усмехнулся.

— И сейчас пишет письмо, потом бежит на почту, умоляя, чтобы оно дошло как можно быстрее?

— Почему нет? Можно так, а можно найти курьера, который доставит записку и положит ее в почтовый ящик. Попросить хотя бы об этом подругу. А что, вполне рабочая гипотеза. Теперь давай твои предположения.

— Все может быть проще, — сказал я. — Зоя знает весь протокол моего лечения. Если она все расскажет, то моя кровь им не будет нужна.

— Думаешь, она все знает наизусть? Протокол явно хранится в ее компьютере, проще заплатить хакеру, чтобы вытащить нужную информацию.

— Нет, — покачал я головой. — В компьютере у нее ничего нет. Шеф очень боится хакеров, и поэтому просил все записывать в бумажный журнал. Этот журнал я видел, он хранится у Зои в шкафчике, рядом с ее рабочим столом. Нашим врагам нужна только комбинация Зоя плюс журнал. Без ее комментариев там вряд ли что-то можно понять.

Наташа задумалась, вынула из пачки сигарету, помяла ее, засунула обратно.

— В правильности моих гипотез мы можем убедиться сегодня вечером, если отец Зои даст отбой. Что касается твоей гипотезы, то мы ее сможем проверить, попав в лабораторию.

— Ключ от лаборатории выдают только Зое и Шефу.

Наташа кивнула.

— Я знаю, думаю, что Шеф пойдет нам навстречу.

Она посмотрела на часы.

— Шеф появится в институте с минуты на минуту.

Тут зазвонил ее телефон.

— Да, — сказала она. — Что ты говоришь! Я поняла, спасибо.

Она нажала кнопку отбоя.

— Звонил Михалыч, — Наташа взглянула на меня с видом победительницы, — Цепа посмотрел записи с камер. Камеры стоят на новом доме номер тридцать восемь. Это соседний с домом, где ты живешь. Еще камеры есть у «Азбуки вкуса», это уже почти площадь Гагарина. Если бы Зоя пошла к метро, то она должна была пройти мимо этих камер. Но ее нигде не было. А это значит…

— Это значит, что ее увезли прямо от арки моего дома или она поймала такси и уехала… И уехала к подруге. Это твоя третья гипотеза.

— Вечером ей звонили только один раз, — сказала Наташа. — Больше звонков с ее