Дом, где расцветают мечты - Ынсан Ынсан

входа, задумавшись. Он давно не ощущал человеческих эмоций, его воспоминания почти исчезли. Но благодаря Кан Хёнджу какие-то остатки эмоций постепенно возвращались к нему. Из дома доносились голоса – Хёнджу собиралась на пробежку. Чтобы собрать НЭ, нужно дать Кан Хёнджу надежду на первую любовь, а затем отнять ее. Но Мастеру не хотелось поступать так с женщиной, настолько похожей на Ёни. Тем не менее у него не было иного выбора.

«Он точно сталкер. Даже знал, что я пойду тренироваться», – ворчала Хёнджу в теле Мастера. И тем не менее она поняла, что он пытался относиться к ней по-особенному. Его чувства можно было описать одним словом – тоска. Кто он такой и что с ним произошло, Хёнджу понять не могла.

– Это мясная лавка?

Оказавшись на улице, Мастер тут же набрал номер на телефоне.

– Да, все верно, – ответил голос Хёксу. Мастер позвонил в мясную лавку в Чхонане и заказал ребрышки. Заказ вышел довольно крупным, но стоило Мастеру добавить: «Прямо сейчас», будто приказывая, и Хёксу без лишних слов пообещал доставить все как можно скорее.

Теперь становилось понятно, про какой заказ говорил Хёксу. Это был заказ Мастера, и его доставили прямиком из Чхонана. Все это было частью плана, призванного устроить встречу Хёнджу с ее первой любовью.

Мастер издалека наблюдал за ними и был очень удивлен: Хёнджу при встрече не испытала никакого трепета. Наоборот, у нее сразу же начала расти негативная энергия, которая в итоге вылилась во вспышку гнева. С точки зрения создания НЭ это был успех, но было жаль видеть, как Хёнджу, встретив свою первую любовь, испытала лишь гнев. По плану она должна была обрадоваться в момент встречи, пусть позже и оказалась бы разочарована.

Хёнджу чувствовала жалость Мастера, но не могла понять причину. Ее чувства к Хёксу давно испарились. В любом случае, это была первая любовь, которую ей хотелось навсегда стереть из памяти, и она давно ничего не испытывала к нему. Теперь Хёнджу заинтересовал Мастер.

* * *

Зрение вернулось к Хёнджу. Она все еще держала Мастера за плечо.

– Что ты со мной сделал? – спросила Хёнджу, глядя ему в глаза. В его взгляде мелькнула неуверенность.

Между неуверенностью и привязанностью

Хёнджу сидела за столиком в кафе напротив Мастера: он – в своем черном пальто, она – в ярко-оранжевых легинсах, которые выглядели совсем не к месту. Впрочем, сейчас это была не самая главная проблема.

– Как ты оказалась во мне? – Мастер заговорил первым.

– А мне откуда знать? И вообще, почему вы говорите со мной на ты?

– Ну… – Мастер снова запнулся, – …справедливо.

– Ладно, фамильярность позже обсудим. Что это, черт возьми, было? Что-то вроде одержимости? Вы шаман? Что вообще произошло? Скажите мне!

– Эм, дай мне хотя бы слово вставить… – Мастер говорил медленно. Его кофе потихоньку остывал, но, похоже, он и так не собирался пить. Мастер закатил глаза и продолжил: – Что там, какой был первый вопрос?

– Про то, что произошло. Про одержимость! – Хёнджу нервно огляделась, заметив, что повысила голос. Все столики в кафе были заняты молодыми людьми.

– Я не знаю, как это назвать… я никогда не давал этому имени. Просто я вхожу в тело другого человека и смотрю на мир его глазами.

– И как у вас это получается?

– Ну… это одна из моих, вернее, наших способностей.

– Наших? Кто это – мы?

– Ты задаешь слишком много вопросов сразу, мне тяжело отвечать…

Хёнджу, которая и так не отличалась терпением, почувствовала раздражение. Ей хотелось задать кучу вопросов, а Мастер то ли нарочно медлил с ответами, то ли сам по себе был медлительным, то ли просто не хотел ничего объяснять. Лишь гигантское любопытство удерживало ее на месте, не позволяя уйти.

– Ладно, тогда давайте отложим все вопросы, сначала расскажите, что вы за человек, потому что сейчас я о вас ничего не знаю. И, если честно, начинаю сомневаться, что вы вообще человек. Давайте для начала разберемся с этим, а потом перейдем к остальному. – Хёнджу вытащила трубочку из стакана и залпом выпила почти половину своего айс-американо.

– С чего бы мне начать…

От раздражения Хёнджу чуть ли не плеснула кофе прямо ему в лицо.

– С самого начала! С рождения!

Она почувствовала, как посетители за соседними столиками уставились на нее, и представила, как по всем соцсетям разлетаются истории об орущей городской сумасшедшей в оранжевых легинсах. Эти мысли заставили ее немного успокоиться и понизить голос.

– У нас много времени, рассказывайте, не торопитесь, – проговорила Хёнджу сквозь зубы.

– Это было так давно, что я уже практически ничего не помню… – Мастер посмотрел Хёнджу в глаза, опустил голову и пробормотал: – Но я расскажу, что вспомню…

Уже пережитое отчаяние

Когда Мастер родился, его назвали Хо Ин. Он жил в XVI веке в Чосоне и был выходцем из знатной семьи, хоть сам и не занимал высоких постов. Возможность жить в Ханяне – столице Чосона, – не завидуя другим, уже говорила о том, что его семья не просто была немалого достатка, а занимала весьма высокое положение.

В семнадцать лет Хо Ин женился на девушке по имени Ким Ёни, младше всего на год. Поначалу она казалась ему слишком высокой и худой и он совершенно не находил ее привлекательной. К тому же брак был устроен их семьями по договоренности, и о какой-то романтической привязанности не могло быть и речи.

Однако с каждым разговором становилось ясно, что молодые прекрасно ладят. Вскоре Хо Ин проникся к Ёни симпатией, а она, в свою очередь, начала испытывать к нему уважение. Их отношения крепли, и наконец Ёни забеременела.

– Какое имя ты хотела бы дать ребенку? – спросил жену Хо Ин.

– Мы же еще даже не знаем, мальчик это или девочка. Как можно уже сейчас выбирать имя?

– Если родится мальчик, мы возьмем И из твоего имени и назовем его Хо И. А если девочка, то возьмем Ён, получится Хо Ён.

– Но если мы назовем их в мою честь, что же достанется от тебя?

– От меня им достанется фамилия, мне большего и не надо.

Хо Ин был доволен своей жизнью. При дворе шла ожесточенная борьба за власть, но его семья держалась в стороне. Однако