Блуждающая луна - Юу Нагира

не забыли то дело и следят за новостями. Мне не верилось, будто еще кто-то, кроме меня, не утратил интерес, но вот, похоже, есть и такие: Фуми начал новую жизнь, но кто-то пытается ее разрушить.

За что?

Дело давно закрыли. В нем вообще не было пострадавших. Фуми расплатился за преступление, которого не совершал, а теперь у него вообще взрослая возлюбленная, он даже больше не педофил! Я сразу вспомнила эту волевую девушку с черным каре. Пусть наши с Фуми пути разошлись навек, но у меня груз с сердца упал, когда я увидела, что у него все устаканилось.

Во мне поднялось что-то темное: захотелось смести со стола и опрокинутый стакан, и ноутбук, но я сдержалась. Фуми наконец нашел счастье в разрушенной до основания жизни. И я помешаю любому, кто попытается его отобрать.

На следующий день после работы я отправилась к Calico. Ни кофейня, ни антикварный магазинчик на первом этаже не работали, и я притаилась в переулке напротив. Раз есть фотографии, значит, неизвестный злоумышленник сюда приходил. А раз так, может прийти снова.

Я собиралась его вычислить и попросить перестать заниматься глупостями. Впрочем, наверное, человек, которого остановили бы мои слова, вообще не стал бы таким заниматься. Кто он? Зачем? Прошло целых пятнадцать лет, и я не верила, что какой-то незнакомец, не имеющий к нам никакого отношения, мог придумать себе такое развлечение.

До шести я не заметила ни одной подозрительной личности и пошла к дому Фуми. Ведь преследователь не мог за ним не проследить. А значит, мог узнать, где живет его жертва. Как только я это поняла, перешла на рысцу и к цели прибежала уже запыхавшаяся и взмыленная.

Подняла голову. Белые ровные стены. На угловом балконе третьего этажа сушились белые рубашки. Те самые, которые Фуми всегда носил в зале.

Он прекрасно умел стирать и убирать. Всегда разделял белье по цветам и гладил даже мои хлопковые платьица. Я, как настоящая неряха, валялась в них как попало, поэтому ткань быстро мялась, а Фуми все равно гладил. Он всегда все делал как следует, даже если знал, что его труды бесплодны. Белые рубашки колыхались в лучах вечернего солнца.

Я обошла все вокруг, но ни один человек не привлек моего внимания. Однако я не сомневалась, что злоумышленник захочет снять лицо жертвы поотчетливее, раз уж пустился в погоню. А значит, самый соблазнительный момент для него – поймать Фуми по пути на работу. Я решила до этого времени никуда не отлучаться. И вот, пока я мялась на краю мощеного тротуара, навстречу показалась знакомая женщина. Я слишком поздно сообразила, где видела ее, – и вот наши с возлюбленной Фуми глаза встретились.

– Я… тебя знаю! – Она нахмурилась и спокойно меня отчитала: – Что ты делаешь? Сначала поджидала у кофейни, теперь к Минами домой притащилась?

– Минами?..

– Ты что, преследуешь человека, хотя даже не знаешь его по имени? – не поверила своим ушам женщина.

Значит, это она о Фуми. Я слышала, что преступники, очутившись на свободе, меняют имя. Видимо, он так и поступил. И теперь Минами – это либо его новое имя, либо фамилия.

– Ты хоть понимаешь, что занимаешься стал-кингом?

У меня чуть челюсть не отвисла. Нет же: я пыталась поймать его преследователя, настоящего сталкера. А чтобы его поймать, надо выследить. И только тут до меня дошло, как сильно мои действия напоминали то, от чего я хотела избавить Фуми.

Пока я колебалась между осознанием правоты собеседницы и абсурдности ситуации, женщина покачала головой:

– Еще раз тебя увижу – вызову полицию, – отрезала она, пригвоздив меня взглядом к месту.

Каре, выровненное по линии челюсти, под вздохами летнего ветерка казалось остро наточенными лезвиями.

Я вняла предупреждению. Она правильно меня опасается. Неважно, какая вода наполняет сосуд: главное, что сосуд – в форме сталкера. Повзрослев, я сокрушалась о своей детской глупости, но, судя по всему, ума-то у меня за все эти годы как раз и не прибавилось.

С того самого дня я больше не приближалась к Фуми и перестала отслеживать, что пишут в интернете. И чтобы себе не изменить, придется научиться наконец и силе, и уму.

– Так странно: чем сильнее запрет, тем больше хочется увидеться с человеком, – сказала Андзай, и у меня по коже пробежал холодок.

По дороге с работы она попросила зайти в кафе, чтобы со мной о чем-то посоветоваться.

– Знаешь, я сейчас кое с кем общаюсь, – продолжила она, и я наконец поняла, что предыдущая реплика была не обо мне. – Он женат, но брак разваливается, и сейчас они живут раздельно. Так что я не то чтобы его отбиваю, но ведь формально это все-таки измена! Поэтому я сказала себе, что нельзя всерьез увлекаться.

Я только кивнула в ответ на неожиданное признание.

– Но тебе не кажется, что, когда себе такое говоришь, значит, уже слишком увлеклась?

О, как я хорошо ее понимала.

– Кажется, – серьезно кивнула я, и Андзай с энтузиазмом продолжила рассказ.

Мужчина тоже считал, что чрезмерно привязываться к Андзай не стоит: чтобы серьезно развивать отношения с матерью-одиночкой, сначала надо найти ответ на вопрос, готов ли он растить чужого ребенка.

– У нас все совсем не безоблачно.

– Угу.

– Поэтому я совершенно не рада, что все так завертелось.

– Что завертелось?..

– Ну, искра, буря…

– Ничего не понимаю, – честно призналась я, и Андзай закатила глаза:

– Роман у нас! – пояснила она. – Ты что, совсем таких вещей не понимаешь?

– По-моему, понимаю.

– А по-моему, нет. Вы же с парнем любовью занимаетесь?

– Что?..

– Ну ясно же, что у вас в этом плане все хорошо!

Я ничего не ответила. На самом деле с самой поездки в Яманаси мы просто тихо и мирно уживались вместе. Хоть я и чувствовала, что в этом затишье притаилось, опасаясь лишний раз всколыхнуть воду, нечто тревожное.

– Счастливые люди иногда так туго соображают! – притворно вздохнула Андзай. Мне нравилась ее легкая бестактность: моя коллега распахивала все двери на своем пути, не успев надумать ничего лишнего. – В общем, можно я тебе на два денечка Рику сдам?

От внезапной смены темы я окончательно растерялась.

– Мы с ним хотим отправиться в маленькое путешествие.

А, так вот к чему она на самом деле вела.

– Ей уже восемь, она довольно самостоятельная. С ней не будет много хлопот. Пожалуйста! – взмолилась Андзай.

– Я не против. Но надо спросить у соседа.

Тем же вечером я обратилась к Рё с тем же вопросом, и он неожиданно легко согласился. С партнерами по бизнесу он всегда держался запросто, но я знала, что он четко блюдет собственные границы. Например, хотя мы уже долго жили вместе, у нас в гостях еще ни разу не бывали друзья. Что, впрочем, меня только радовало, потому что я была такая же.

– На два дня и одну ночь, так? Пусть приводит.

– Спасибо. Тогда я