Вильгельм Телль на новый лад. Бросок! Неудобные деньги. Дева в беде - Пэлем Грэнвилл Вудхауз

ужасный конец. Телль отвечал: «Тот, кто хочет в жизни пробиться, должен быть вооружен и для защиты, и для нападенья. Так держать, молодцы!» Они так и держали. Вот к какому человеку швейцарский народ решил обратиться за помощью.

Глава IV

Обсудив положение в таверне «Глечик и глетчер», горожане решили выбрать троих делегатов, чтобы те пошли и объяснили Теллю, чего от него хотят.

– Не хотел бы показаться нахальным, – сказал Арнольд Сева, – но, мне кажется, одним из троих должен быть я.

– Думается, – возразил Вернер Штауффахер, – нам ни к чему замены и перемены. Почему не выбрать тех, что втроем ходили к Геслеру?

– Не хотел бы подходить критически, – ответил Арнольд Сева, – но вынужден напомнить уважаемому оратору (прошу меня простить), что он и его не менее уважаемые друзья не добились успеха.

– Как и вы! – огрызнулся Арнольд Мельхталь. Палец еще болел, тут кто угодно огрызнется.

– Все потому, – сказал Арнольд Сева, – что вы и ваши друзья, забыв о такте, взбудоражили наместника, и он не захотел прислушаться к другим. В делах такого рода самое главное – такт. Хотя как знаете. Не обращайте на меня внимания!

Горожане и не обращали. Они выбрали Вернера Штауффахера, Арнольда Мельхталя и Вальтера Фюрста, и троица, осушив стаканы, потянулась в горы, к дому Телля.

Остальные договорились подождать их возвращения в «Глечике и глетчере». Все очень волновались, чем дело кончится. Восстание без Телля немыслимо, ну а вдруг Телль откажется стать предводителем? Ведь чем плохи восстания – подавляя их, предводителя казнят, чтобы другим было неповадно. Не всем нравится, когда их казнят, даже в назидание друзьям. С другой стороны, Телль был храбрый малый, патриот и, может, только того и ждал, чтобы сбросить иго тирана. Прошел час, и на склоне холма показалась тройка делегатов. Телля с ними не было, и у горожан возникли нехорошие подозрения. Человек, которого прочат в вожди революции, первым делом идет к соратникам устраивать заговор.

– Ну что? – заговорили все наперебой, когда троица дошла.

Вернер Штауффахер покачал головой.

– А-а, – сказал Арнольд Сева, – я все понял. Он отказался. Вы не проявили такта, и он отказался.

– Нет, проявили, – возразил Штауффахер, – но убедить его нам не удалось. Дело было так: мы подошли к дому и постучались в дверь. Телль открыл. «Доброе утро», – сказал я. «Доброе утро, – сказал он. – Присаживайтесь».

Я сел.

– «Поговорим,– сказал я.– На сердце тяжело». По-моему, выразительный оборот.

Собравшиеся одобрительно забормотали.

– «Да что слова,– сказал Телль.– От них не станет легче».

– Неплохо, – шепнул Иост Вайлер. – Красиво он излагает, Телль.

– «Но к подвигам пускай ведут слова», – сказал я.

– Изящно, – одобрил Иост Вайлер, – очень элегантно. И что?

– А Телль на это и ляпни: «Терпеть, молчать – весь подвиг ныне в этом».

– «Но должно ль то сносить,– сказал я,– что нестерпимо?»

– «Да,– сказал Телль,– кто любит мир, того оставят в мире. Как только наместник поймет, что мы от его притеснений не бунтуем, он устанет нас притеснять».

– А вы что ему ответили? – спросил кузнец Ульрих.

– Что плохо он знает наместника, если на это надеется, «мы многого добьемся сообща,– сказал я.– Сплотившись, даже слабые могучи».

– «Тот, кто силен,– сказал Телль,– всего сильней один».

– «Что ж, родине на вас надежды нет,– сказал я,– когда придет нужда в самозащите?»

– «Нет, почему же,– сказал он.– Я с вами. Только я не гожусь в заговорщики или в советчики и все такое. В делах я себя проявляю лучше. Так что не зовите меня на собрания, не просите выступать и прочее; а вот если понадобится что-то сделать, тут я и подключусь, ладно? Черкните мне, как понадоблюсь, – можно открытку, – и Вильгельм Телль не станет прятаться за чужими спинами. Нет, господа». С этими словами он нас выпроводил.

– Ну что ж, – подытожил Иост Вайлер, – не безнадежно. Нам остается только устроить заговор. Давайте приступим.

– Давайте! – закричали все.

Кузнец Ульрих постучал по столу, требуя тишины.

– Господа, – сказал он, – наш друг Клаус Флюе прочтет доклад на тему «Наместники: их слабые места и как с ними бороться». Прошу тишины, господа. А ты, Клаус, старина, говори погромче и не тяни.

И горожане без дальнейших проволочек начали серьезно заговариваться.

Глава V

Несколько дней спустя Гедвига пилила Телля за любовь к авантюрам. Он чинил топор на пороге дома. Гедвига, как обычно, стирала. Вальтер и Вильям неподалеку играли детским самострелом.

– Отец, – сказал Вальтер.

– Да, сынок?

– У меня тетива крякнулась («крякнулась» – так швейцарские мальчишки говорят вместо «порвалась»).

– Чини, сынок, – сказал Телль. – Стрелку неоткуда ждать помощи.

– По-моему, – заявила Гедвига, выскочив за дверь, – мальчику в его возрасте вообще незачем стрелять. Мне это не нравится.

– Не начать сызмала – не стать мастером. Помню, когда я был мальчишкой…

– По-моему, – перебила Гедвига, – когда ребенок хочет только стрелять, это не дело. Ему бы дома посидеть, матери помочь. А тебе не вредно подать пример.

– Ну, знаешь ли, – сказал Телль, – я не домосед от природы. В пастухи меня калачом не заманишь. Я бы не знал, куда повернуться. Нет, у каждого свое дело, вот охота – по моей части. Охотиться я как раз умею.

– Гадкое и вредное занятие, – отпарировала Гедвига. – Не нравится мне слушать, как ты заблудился в пустынных ледниках или прыгал по всяким утесам. Когда-нибудь, попомни мои слова, оступишься и упадешь в пропасть, или под лавиной окажешься, или пойдешь по льду, а он возьмет да треснет. На все лады можно убиться.

– Кто соображает да смотрит в оба глаза,– самодовольно произнес Телль,– не убьется. Природным горцам горы не страшны, а я дитя гор.

– Дитя, уж точно! – отбрила Гедвига. – Что пользы с тобой спорить!

– Никакой, – согласился Телль, – мне пора в город. У меня назначена встреча с твоим папенькой и еще кое с кем.

(Забыл сказать: Гедвига была дочерью Вальтера Фюрста.)

– Та-ак, чего вы с папой затеваете? – поинтересовалась Гедвига. – Какую-то заварушку, я знаю. Поняла еще, когда папа привел сюда Вернера Штауффахера и того, другого, а ты не позволил мне слушать. Что там еще? Опасные выдумки, не иначе.

– Ну как тебе пришло в голову? – рассмеялся Телль. – Опасные выдумки! Что опасного станем мы с тестем выдумывать?

– Знаю! – сказала Гедвига. – Меня не обманешь! Зреет заговор против наместника, и ты туда же.

– Как не помочь родной стране!

– И тебя, конечно, поставят куда поопасней. Я их знаю. Не ходи. Пошли Вальтера с запиской, мол, сожалею, только сейчас вспомнил, обещал быть в другом месте, не могу принять ваше любезное приглашение.

– Нет, надо