Цветочная лавка на перекрестке судеб. Каждый цветок хранит чью-то историю - Юкихиса Ямамото

– Тоэ? – переспросила Кикуко.

– Мабути сэнсэй, – ответил Хага. Точно. Тоэ, где «То» пишется иероглифом «десять». Мабути сэнсэй об этом как-то рассказывала.

– Мабути сэнсэй и моя мать были ровесницами и близкими подругами. Даже в любви соперничали. Правда, ни одна из них так и не победила.

– Госпожа Марита, где проживает ваша мама?

– В Маниле.

– Это на Филиппинах? Почему?

– Самой бы знать. Мы не виделись уже… сколько, семь? Восемь лет?

Голос Мариты прозвучал недовольно. Поняв, что она вряд ли получит больше ответов, Кикуко решила не донимать ее расспросами.

«Сад мимоз Фукасаку – Представительный директор: Фукасаку Мари»

«Сад мимоз Фукасаку – Заместитель директора: Фукасаку Масаюки»

Кикуко смогла приехать на десять минут раньше назначенного времени. Когда минивэн подъехал к благородному двухэтажному дому – не просто дому, а настоящему особняку, – пожилая пара хозяев вышла на крыльцо, чтобы встретить гостей. После того, как Марита представила супругов, они по очереди вручили Кикуко свои визитные карточки.

– У нас всем управляет жена, не только в саду, но и дома! – громко рассмеялся пожилой господин Масаюки. Похоже, мужчина так шутил не в первый раз. Кикуко лишь вежливо улыбнулась в ответ.

– Ваша дочь сейчас учится? – поинтересовалась она. Однако пожилая пара покачала головами в ответ, из-за чего Кикуко заметно растерялась. Тогда на помощь подоспела Марита:

– Она оттачивает свои навыки графического дизайнера.

«Какая хорошая формулировка», – отметила про себя Кикуко. Стоило запомнить ее, чтобы использовать в дальнейшем.

Тем временем Хага протянул госпоже Мари аккуратно завернутый в фуросики подарок.

– Вот, тетя. Это вам.

– Ну и ну! Неужели сладости из «Чайной розы»?

Ее восторг оказался даже сильнее, чем ожидалось, но госпожу Мари можно было понять. Когда Кикуко заезжала в «Камо Молл» за подарком, помимо набора, который попросил взять Хага, она взяла десерт и для себя, на пробу. Он назывался «Суйтюка» в честь искусственных цветов, которые «распускаются», когда их помещают в воду, и сам был сделан по их образу: прозрачное желе, а внутри – слепленный из пастилы ёкан цветок. Лимонное желе идеально сочеталось со сладостью ёкан и было невероятно вкусным.

– Не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома. Ах да, Хага! Почему ты не сказал, что тебя по NHK показывали? Передачу-то я пропустила!

– А?

– И правда, – согласилась с хозяйкой Марита, – в магазине тоже никого не предупредил.

Вот как. Выходит, и Марита, и госпожа Мицуё пропустили репортаж. А жаль, ведь они упустили кадры невероятной мужественности Хаги.

– Показывали и показывали. Ничего такого. А вы, тетя, откуда знаете, если не смотрели?

– Макото смотрела. Она нам и рассказала, – ответил господин Масаюки. – За границей, оказывается, можно смотреть наши новости по спутниковому телевидению. Хага, я слышал, на том острове ты обнаружил вымирающий вид орхидеи?

– Ну да.

– Несколько месяцев назад Макото прочитала статью об этом в научном журнале. Поэтому, когда она узнала, что ваше исследование покажут по NHK, сразу побежала смотреть. Тебя хотела увидеть.

– А она все та же. Может, правда стоило сказать заранее? Сразу после репортажа она написала мне по почте. Нехорошо получилось с моей стороны.

– Прошу прощения… – Кикуко виновато подняла руку. Все, включая обеспокоенного Хагу, разом посмотрели на нее. – В эту субботу репортаж снова покажут в позднем эфире.

– Да? Правда? – госпожа Мари повернулась к Хаге. – Что же ты не сказал! Опять специально?

– Нет, что вы. Я и сам впервые об этом слышу…

И все же, говоря это, Хага выглядел виноватым.

– Этот район омывается теплым течением, так что здесь мягкий климат. Среднегодовая температура – около семнадцати градусов, на один градус выше, чем в Токио. Осадков тоже больше, чем в столице, почти 2000 миллиметров. Всему виной тайфуны. Когда в таких условиях выращивают растения в поле, посевы нередко страдают. Поэтому, чтобы это несильно влияло на наши поставки, мы выращиваем несколько разных сортов в разных местах. У нас есть жемчужная, серебристая, длиннолистная, французская – в общем, каких сортов только нет.

Пока они поднимались по пологому холмику, вокруг которого вовсю цвели мимозовые деревья, господин Масаюки рассказывал Кикуко о ферме. Госпожа Мари отказалась от прогулки из-за других обязанностей по работе.

– Каждый сорт распускается в разное время. В этом районе уже вовсю цветет серебристая мимоза. Хотя ее листвой можно любоваться в любое время года, ведь природа подарила ей прекрасный серебристый цвет.

Закончив свой долгий рассказ, господин Масаюки остановился и осторожно указал на веточку кустарника.

– Листья деревьев не похожи на пудику, не думаете?

Пойманная врасплох таким неожиданным вопросом, Кикуко растерянно кивнула: «Наверное, похожи?»

– Этот кустарник называют стыдливой мимозой, а его научное название – «Пудика». Из-за того, что листья деревьев и кустарников похожи, их ошибочно приняли за растения одного рода.

– Тогда как правильно называются деревья?

– Акация. Есть такая песня «Когда прекращается дождь из акаций»…

– Я как-то слышала ее в караоке.

После новогодних праздников Марита еще трижды приглашала Кикуко в бар «Под замком». В прошлую среду они, как и в первый раз, устроили испытание в караоке и ограничили выбор песен лишь «цветочными» названиями. Песню, о которой упомянул господин Масаюки, как раз пела владелица бара Хитоми: в «Под замком» частенько захаживали пожилые мужчины, так что большинство старых песен она выучила наизусть. Похоже, Марита тоже вспомнила:

– Это песня о том, что человек умрет, если попадет под дождь из акаций?

– В целом верно. Хотя ваши слова скорее напоминают сюжет фильма ужасов, – рассмеялся в ответ хозяин фермы.

– Получается, акация, которая упоминается в песне, – на самом деле мимоза? – спросила Кикуко. Однако господин Масаюки покачал головой.

– Акация из песни – это робиния, так! Это дерево также называют белой акацией, а его листва и цветы совсем не похожи на мимозу. Сезонные хайку, судя по всему, тоже пишут о лжеакации. Иначе говоря, акацией принято называть лжеакацию, а настоящую зовут мимозой. Легко запутаться, правда?

Действительно, легко.

– Впрочем, в наше время каждый сорт мимозы имеет свои отличительные черты. Листья жемчужной мимозы напоминают листья хурмы и камелии, так что мы отправляем ее ветви «зелеными», еще до того, как зацветут. У французской мимозы листва напоминает иголочки, длиннолистная мимоза похожа на иву, а у бобовой листва круглая, прямо как бобы.

– Как долго простоят цветы серебристой мимозы, если соберем урожай сегодня? – поинтересовалась Марита.

– Как я уже говорил, сейчас она в самом цвету – значит, около трех или четырех дней. Так что я бы не стал делать ее товаром дня: как только она отцветет, пропадет