Цветочная лавка на перекрестке судеб. Каждый цветок хранит чью-то историю - Юкихиса Ямамото

моя клиентка подробно описала историю их знакомства и способы выманивания денег, которыми пользовался этот мужчина, госпожу удалось убедить. Оказывается, он уже предлагал ей вложить в него деньги, ссылаясь на то, что нашел место в центре для открытия тайского магазинчика. Однако, с его слов, плату за аренду точки нужно было внести заранее, на что у него не оказалось необходимых средств. Он занял у госпожи три миллиона иен и пообещал вернуть к началу нового года.

– Неужели ты поверила?! – в голосе Мабути сэнсэя явно слышался упрек.

– Я собиралась пойти в банк около офиса, но там меня успела окликнуть госпожа детектив, – сквозь зубы ответила Момока.

– Мама, если ты узнала всю правду, зачем пошла с ним на встречу сегодня? – спросила Тихиро. Из всех троих она единственная сохраняла голову холодной.

– Я попросила, – ответила вместо Момоки детектив. – На самом деле этот мужчина числится в розыске около десяти дней. Если бы госпожа Момока перевела деньги на его счет, он бы пропал совсем – стер всю информацию о себе, начал жизнь с чистого листа и нашел бы новую жертву. Поэтому, чтобы выманить мошенника, я специально попросила не переводить ему деньги. Во время разговора госпожа Момока договорилась о передаче чека лично в руки во время рождественского ужина с семьей. Он долгое время не соглашался, но в конце концов его удалось убедить. Какой бы подозрительной ему ни казалась просьба, упускать три миллиона иен не хотелось. В итоге этот аферист все-таки посмел прийти.

– Так вот что за конверт ты ему передала после тоста, – поняла Тихиро. – Там был чек!

– Верно, – коротко ответила Момока, – он попросил меня передать ему «важный конверт» до того, как напьется.

– Этот мошенник собирался скрыться, получив желаемое, – подытожила госпожа Аоки. Ее глаза презрительно блеснули в полумраке. – Я устроила засаду около главного входа, однако преступник вышел на террасу и сразу побежал обратно. Даже если бы я погналась за ним, не смогла бы прорваться через ресторан, поэтому пришлось пойти до заднего входа окольным путем.

– Он сказал, что выйдет покурить, чтобы собраться с мыслями, – снова сказала Момока. – Сначала спросил разрешения у сотрудника, а потом вышел на террасу. Но его не было слишком долго, и я поняла, что он все-таки сбежал…

– Кстати, я хотела спросить. Этот скутер – он ведь принадлежит «Каварадзаки»?

Детектив Аоки не успела ответить на вопрос Тихиро: возглас Мабути сэнсэя прервал ее на полуслове. В ту же секунду взгляд женщины устремился в сторону Кикуко.

– Пожалуйста, не пугайтесь, – запинаясь от волнения и неловкости, она сняла шапку и искусственную бороду, – это я, Кимина.

– Она как раз доставляла заказ в «Мифунэ» и очень вовремя остановила мошенника.

– Нет-нет, что вы! – Кикуко хотела возразить: слова детектива были слишком далеки от правды. Но все произошло так быстро, что она никак не могла привести мысли в порядок. Как же объясниться?

Кроме того, как поступить с подарком Тихиро? Вручить прямо здесь и сейчас? Разве это хороший момент?

– Я сейчас же свяжусь с полицией, – тем временем сказала детектив, достав из кармана пуховика телефон. – Госпожа Момока, пройдемте со мной. И вы, госпожа Санта, тоже. Не хочется вас беспокоить, но нужно дать показания о поимке этого мужчины.

Послышался всхлип – Момока прижала ладони к лицу.

Кикуко слегка дотронулась до правой щеки. Лицо нестерпимо ныло после удара, еще и опухло. Наверное, будет синяк… Хотя со временем пройдет. А рана на сердце Момоки не исчезнет так скоро.

– Мам…

Руки Тихиро обвились вокруг дрожащей от всхлипов матери. Вскоре и Мабути сэнсэй обняла дочь со спины.

Такую родительскую и дочернюю любовь трех поколений как нельзя лучше описывают цветы морозника. На языке цветов они просят лишь об одном:

«Успокой мои тревоги».

V. Мимоза

Уведомление о результатах отбора.

«Уважаемая госпожа Кимина!

Благодарим вас за интерес, проявленный к нашей компании. Мы внимательно изучили вашу кандидатуру. Сожалеем, но вынуждены сообщить, что на данный момент не можем предоставить вам должность специалиста среднего звена».

– А я-то как сожалею.

Буркнув себе под нос, Кикуко плюхнулась на кровать. Третье февраля, суббота. В «Каварадзаки» она работала во вторую смену. По возвращении домой вечером ее встретило письмо, торчащее из почтового ящика, – ответ от компании, где она проходила собеседование на днях. Едва сдерживая волнение, Кикуко вскрыла конверт, как только вошла в комнату…

И результат ее расстроил.

– Я надеялась, в этот раз все прошло хорошо!

Хотя, по правде говоря, даже до собеседования на руководящую должность она добралась с трудом.

Желая наконец применить навыки, полученные во время учебы на факультете дизайна, сразу после Нового года Кикуко начала искать новую работу. Однако даже спустя полтора месяца ни от одной из компаний, куда она подавалась, так и не поступило предложений о работе. Этот отказ уже пятый.

В какой-то степени Кикуко была готова к трудностям. В конце концов, во время учебы ситуация была такой же: куда бы она ни подавала резюме, везде получала отказы. А когда решила перестать подаваться в компании, связанные с дизайном, и откликнулась на вакансию фирмы, которая занималась торговлей продуктами питания, попалась на удочку черного найма.

«Если подумать логически, ни одна компания не станет нанимать работника моего возраста с нулевым стажем в дизайне. Тем более если он ни разу не применял навыки на практике», – причитала про себя Кикуко. С каждым новым отказом она все больше чувствовала себя круглой дурой. Уткнувшись лицом в подушку, она какое-то время поплакала над письмом. Конечно, слезами делу никак не поможешь, однако Кикуко почувствовала себя немного легче. Только выплакав всю свою жалость и шок, она прислушалась к пряному аромату карри, витавшему в воздухе. Запах преследовал ее весь вечер, но Кикуко была слишком поглощена мыслями, чтобы сразу заметить его.

Это аромат карри, который Хага приносил во время дежурства на кухне в «Каварадзаки». В этот раз он наготовил так много, что даже после обеда и ужина оставался целый контейнер гарнира, и Кикуко спросила разрешения отнести его домой. Как бы то ни было, она не пробовала его целый месяц: Хага долгое время был в отъезде, и Кикуко успела соскучиться по его неповторимому карри. Хага уезжал в командировку от университета, где был научным сотрудником. Сразу после Нового года он поехал за прототипами растений к подножию Аннамского хребта, проходящего между Вьетнамом и Лаосом, а в Японию вернулся лишь пару дней назад.

Запах еды вызвал голод. Деньги деньгами, а здоровый аппетит