Антикафе «Чайный час» - Алиса Тиллит

– Еще нет. Что там?

Маша замялась, и этой паузы хватило, чтобы реальность обрушилась, словно ведро ледяной воды. Двести сообщений. Ни одного хорошего. Одногруппники продолжали без остановки писать.

– Ты… посмотрела? – После моего утвердительного мычания, которое я едва выдавила из-за кома в горле, Маша затараторила: – Я хочу, чтобы вы знали, я тут ни при чем. Да, было забавно какое-то время. Посмеялись да забыли, но это… Это перебор. – Она неловко кашлянула и быстро попрощалась.

Одним из первых сообщений в чате был пересланный пост из анонимной новостной группы нашего университета. Обычно студенты отправляли туда вопросы, крики души о том, как их все достало, и обсуждали предстоящие мероприятия. Группа была популярной и собрала не только текущих студентов, но и выпускников. Подписчиков было тысячи. От поста, который вызвал такой ажиотаж, сковал ужас. Кто-то прикрепил фотографии Лизы, сделанные явно не для публики. В белье и без. Резко втянув в себя воздух, я перевела взгляд на текст поста, и меня затошнило: «Бро, присмотритесь, вдруг эта девчонка привлечет не только малолеток».

– Черт, черт, черт! – После пары глумливых сообщений в беседе группы я не стала читать дальше, лишь пролистала. – Ублюдки!

Во мне бурлил гнев, который было не сдержать. Такие ситуации происходили вокруг и раньше, но сложно было представить, что когда-нибудь нас тоже заденет. Больше всего возмущало, что люди не только не порицали подобные действия, а, наоборот, поддерживали. На посте было слишком много реакций, как и комментариев: сальных и осуждающих. Почему вообще всегда осуждали человека на фото, а не того, кто эти фото опубликовал без разрешения?

Дрожащими пальцами я набрала номер Лизы. Было страшно представить, что она чувствовала, если уже все видела. Гудки шли, а ответа не было. С губ слетели крепкие ругательства. Продолжая звонить Лизе, я ураганом пронеслась по комнате и натянула на себя первые попавшиеся под руку джинсы и свитер. Подруга трубку так и не взяла.

Я вылетела из дома, на ходу вызывая такси, на котором ездила слишком редко – в Питере оно стоило как почка. Но времени трястись в метро не было. Лиза была в сети два часа назад и на сообщения не отвечала. Сомнений, что пост дошел до нее, не было. «Почему она не позвонила?» – оттого, что подруга решила проходить через это все одна, хотелось ее стукнуть.

Сердце билось так, словно я бежала марафон, а не сидела в теплом салоне такси. Бесконечное листание сообщений не помогало вычислить того, кто слил фотографии. Да и откуда они появились? Одногруппники в чате ничем не отличались от мерзких комментаторов в группе. Конечно, мы не были одной большой дружной семьей, но подобное поведение все равно ощущалось как предательство. Самым ужасным было обсуждение внешности Лизы. Девушки не упускали возможности указать на ту или иную складочку или другой надуманный изъян. А парни – наши парни, с которыми мы каждый день ходили на пары! – высказывали, кто бы и сколько раз «ей вдул». Сказали бы они это все в глаза? Вряд ли.

Телефон вновь зазвонил, и я мысленно взмолилась: «Пожалуйста, никаких больше звонков сегодня». На экране высветилось имя Коли.

– Ты уже видел? – без приветствий спросила я.

– Видел, – мрачно отозвался он. – Лиза не отвечает. Я звонил уже пятьдесят раз. Ты с ней говорила?

– То же самое. Я сейчас еду к ней. – Я потерла лоб ладонью. Это было плохо. Все было плохо.

– Хорошо. Думаю, ей сейчас нужна ты, а не я. – В спокойном голосе Коли звучала плохо скрываемая злость. Мы немного помолчали. – Стась, ты знаешь, кто это мог сделать?

Я не спешила с ответом. Обвинять кого-то без разбирательств у меня не было права. Да и нужно было понять, откуда взялись фотографии. Кому-то же они предназначались, и, судя по голосу Коли, не ему.

– Я догадываюсь, но мне нужно поговорить с Лизой.

Он протяжно выдохнул и произнес мягче:

– Пожалуйста, напиши, когда поговоришь с Лизой. Я пока попробую удалить пост. – Он быстро отключился.

«Черт! Как я об этом не подумала!» Я радовалась, что эту задачу на себя взял Коля. Всю дорогу до Лизы я звонила ей, нервно отслеживая в приложении, сколько времени в пути осталось. Когда мы добрались, я успела себя накрутить так, что не могла сидеть на месте. Бегом бросилась к парадной и буквально взлетела на нужный этаж.

Я надавила на звонок и прикрыла глаза. «Будь дома, будь дома, будь дома», – звучали мысленные уговоры. За деревянной дверью что-то зашумело, а потом снова наступила тишина. Уходить я не собиралась, а потому вновь надавила на кнопку и не отпускала. Через несколько секунд я постучала в дверь:

– Малыш, открывай, я знаю, что ты там! – Снова звонок, и снова тишина. – Лиза, пожалуйста!

За дверью вновь раздался шорох. Я прислонилась лбом к двери. От волнения сердце в груди билось как сумасшедшее. Послышался щелчок замка, и я сделала шаг назад. За дверью ждала Лиза с опухшими глазами и красным носом. Алые волосы держались карандашом в беспорядочном пучке. Серая майка, перепачканная в красках, которую Лиза в шутку звала «рабочей», добавляла образу хаоса. Подруга не смотрела на меня, изучая пол, словно это было какое-то произведение искусства. Я сглотнула. «Что вообще говорят в такой ситуации?»

Пару секунд потоптавшись на пороге, я шагнула в квартиру и закрыла за собой дверь. Лиза прошла в комнату, так ничего и не сказав. Это было плохо. Очень плохо. Обувь я бросила на коврике и последовала за подругой. Она сидела на расстеленном диване, закрыв лицо руками.

– Лиз. – Я опустилась рядом и погладила ее по спине, надеясь успокоить. – Мы со всем разберемся. Удалим фото, почистим чаты, все будет…

– Как мы это почистим? – В голосе звучали слезы. – Что попало в интернет, остается там навсегда.

Я обняла Лизу и как можно крепче прижала к себе. Плечи подруги дрожали, она ухватилась за меня, как за спасательный круг, и дала волю рыданиям, рвущимся изнутри. Не знаю, сколько мы так просидели. Но я дала Лизе возможность выплакаться, ведь ей это было просто необходимо. Когда поток слез затих, подруга отстранилась, все еще избегая моего взгляда. Я принесла ей воды и убрала лезущую в глаза челку. Сердце разрывалось от того, в каком состоянии находилась Лиза.

– Ты знаешь, кто это сделал? – осторожно спросила я. Внутренний детектив по дороге сюда перебрал миллион вариантов произошедшего и остановился на очевидном: взлом телефона.

– Знаю. – Лиза не спешила меня посвящать, гипнотизируя пустой стакан.

– Кто? – Я вновь погладила ее