Партия на любовь - Виктория Арана

родителями без Максима. А еще, как добираться хоть куда-нибудь своим ходом. Происходило то страшное, о чем предупреждал папа. Границы между нами размывались, мы сливались, и это безумно пугало. Но все равно, когда Максим уезжал во Францию, я разрыдалась от тоски, паникуя из-за того, что теперь его в моей жизни станет меньше. Не могла определиться, в чем именно моя проблема. Кажется, в мозгах.

Ему же, напротив, было приятно видеть, как я из-за этого переживаю. Он обещал постоянно писать и звонить, но это не то же самое, что нахождение рядом. Я успела слишком сильно к нему привыкнуть, хотя вечно из-за этого ворчала. Максим уговорил остаться у него, сказав, что перекодировал замки и сюда никто не заявится. Катя и Женя переехали ко мне, убедив родителей, что это демоверсия самостоятельной жизни. С подругами жить стало чуть веселее. Тем более что из-за Максима мы почти не виделись последний месяц.

Впервые в жизни я смотрела все, что показывали об Олимпиаде. Более того, по вечерам приезжали родители с мелким. Мы все вместе садились на громадный диван и смотрели трансляции, болея за нашу страну. Максим в кадре выглядел великолепно. Из-за этого меня дразнила вся семья и подруги, ведь я чуть ли не давилась слюнями. Кириллу приходилось объяснять взрослым не понятные для нас моменты, что ему безумно понравилось.

Про игры писал даже Саша, только теперь ему отвечала Женя. Я успела привыкнуть, что он снова появился и обосновался в моей жизни. Забавляло, как бывший писал восторженные сообщения, оставляя примечания, чтобы Максим потом ему ответил. Видимо, и он не устоял перед обаянием моего чемпиона. Я не могла его за это осуждать. Максим ослеплял всех.

Так как наши отношения уже не были тайной, я снимала реакции в блог. Эти видео собирали кучу просмотров, из-за чего меня грызла совесть. Твердо решила больше так не делать: не собиралась добиваться чего-то за счет чужого имени. Но реакцию на бронзу все равно сняла. Одно-единственное видео. Точнее, девочки сняли.

Они взяли бронзу в командном разряде, а еще он сам взял бронзу в одиночном. За всю историю Россия впервые взяла призовое место, из-за чего весь интернет буквально сошел с ума. Настольный теннис стал одним из самых обсуждаемых видов спорта, ведь в нем произошел прорыв, в отличие от многих других. Я орала и прыгала так, будто Максим стал как минимум королем мира. Гордость переполняла. В этот момент хотелось обнять его, и я говорила всякие глупости. Все считали это безумно милым.

Родители радовались так, будто это их сын, а не просто парень дочери. Они обещали приехать поздравить нас, когда это будет удобно: никто не сомневался, что Максим вернется дико уставшим. А я сидела, как на иголках, переживая о нашей встрече после затянувшейся разлуки. Время, которое мы провели вместе до и после его отъезда, было примерно одинаковым, поэтому я боялась, что успела ему разонравиться. Или что химия, подтолкнувшая нас в объятия друг друга, закончилась.

В день перед возвращением Максима мы сидели с девочками, устроив своеобразные проводы. Им пора было уезжать, из-за чего я безумно страдала. Но больше страдала, конечно же, из-за Максима.

– Как думаете, он соскучился? – спросила я, теребя край футболки.

Подруги, услышавшие этот вопрос в тысячный раз, переглянулись и закатили глаза. Потом меня немного побили и провели повторную поучительную лекцию о том, почему я идиотка.

– Вы с ним трындите почти не переставая, как ты вообще можешь сомневаться?! – Женя меня пнула.

– Дурочка ты, конечно, редкостная, – подхватила Катя. – У тебя парень взял медаль на Олимпиаде! Да ладно это, он у-час-тво-вал в Олимпиаде, ты хоть представляешь, насколько сложно туда попасть? За симпатичную мордашку в сборную не возьмут!

– Да я все еще слишком мало в этом всем понимаю! – Я внезапно разрыдалась. – Я пытаюсь, читаю, спрашиваю, а мелкий все равно знает больше. Что я за девушка такая? Могу снять и смонтировать прикольный ролик, но не знаю, какой рейтинг у моего парня-спортсмена, наизусть! Да я понятия не имею, как он правильно считается.

– А он не разбирается в твоей работе. Это нормально, как ты не поймешь, дурная!

– Нормально – когда все как у моих родителей. Тут, знаете ли, немного другая ситуация. Я гуглила его семью, он сам про нее говорить не любит. Вот там ужас, настоящая династия чемпионов. Как я затесалась в эту компанию? Сомневаюсь, что хоть кто-нибудь из них считает, что у нас это надолго, – проныла я, утирая слезы. – И я тоже не считаю!

– Ты за него замуж уже, что ли, собралась? Да и вообще, какое тебе дело, что считают другие? Ведь главное то, что считаете вы. А Максим достаточно четко обозначил уровень ваших отношений еще до того, как они, собственно, начались.

Я засмеялась, вспоминая, как странно все началось. Девочки сказали, что с его упорством и нацеленностью на результат мы могли съехаться в первый же день, если бы я так долго не ломалась. Ага, целую неделю, это же так долго.

Мама сказала, что папа боялся меня отпускать. Но они посмотрели на нас и поняли, что ни один аргумент услышан не будет. А еще что им не хотелось ругаться со мной. У всей этой ситуации было три исхода.

Я молча делаю то, что считаю правильным. В ответ вижусь с родителями и честно делюсь с ними частичкой своей жизни.

Мы ругаемся, и я сбегаю из дома, чтобы все равно жить у него. Только в этом случае отношения между мной и родителями очень сильно испортятся.

Максим после моего завоевания начинает завоевывать моих родителей, они усыновляют его и отказываются от остальных детей.

Третий вариант, конечно же, шутка. Но лишь отчасти. Мама не сомневалась: если бы они сказали твердое «нет», Максим ни за что бы не отступил, приняв это за вызов. По сути, родители позволили мне набить собственные шишки, сказав, что моя кровать ждет меня дома в любой момент.

Из-за переживаний и просмотра Олимпийских игр у меня снизилась результативность на работе, из-за чего я почти ежедневно получала выговоры. Дядя Олег закрепил за мной старшего сотрудника, и тому не нравилась моя рассеянность. Папа провел со мной несколько серьезных разговоров, из-за чего я долго плакала, понимая, что подвожу его.

Баланс работы и личной жизни в принципе держать непросто, еще сложнее, когда одному из партнеров нужно уделять больше времени, чем возможно. Папа сказал, что я должна учиться держать себя в руках, если не хочу превратиться в тень Максима. Что выстроить крепкие отношения в юном возрасте сложно, ибо без опыта понять,