Не плачь, ястреб - Евгений Адамович Суворов

– А что там делать, на задах? – Дементий засмеялся. – Там же все вытоптано! Корову, сам знаешь, надо искать на колхозном огороде, около силосной ямы или на хуторе, там еще турнепса не убрана.

– Где нашел? – спросила Арина.

– Около силосной ямы. Два раза проходил мимо, не видал! С хутора иду, корова – около ямы! Пообломать бы руки тому, кто ворота не закрывает!

– Емельянович, – старалась включиться в разговор Арина, – что нынче за год такой: что ни день, льет и льет как из ведра! Когда хлеб убирать будем?

– Это надо у агронома спросить, – ответил Василий Емельянович. Он не хотел отклоняться от разговора, который начал с Дементием.

– Я его ни разу не видела, – сказала Арина. – Что он все, в конторе сидит?

– На полях агроном, тетка Арина! – громко сказал Василий Емельянович, как будто Арина была глухая.

– Новый агроном? – спросила Арина, не очень-то смущенная громким ответом Василия Емельяновича. «Выпил, вот и заговорил громчее», – подумала она.

– Новый, – более мягко ответил Василий Емельянович, так как не хотел обидеть Арину.

Прошло около часа, а Дементий ничего не сказал про костер, о котором все это время думал Василий Емельянович, и он спросил, что за костер видел Дементий.

– А кто ж его знает, – сказал Дементий, пожав плечами. – По тайге костров не пересчитаешь!

– Ты мне расскажи про тот, который видел сегодня, – попросил Василий Емельянович.

Про костер Арина слышала от Дементия, второй раз ей было неинтересно, и она собиралась идти к продавщице домой, выпрашивать бутылку.

Не даст Аня никакой бутылки, знала Арина, но Дементий посоветовал:

– Скажи, что в гостях Емельянович.

Василий Емельянович будто не слышал, что Дементий предлагает Арине спекульнуть его именем, и даже делал вид, что не против выпить еще.

Арина ушла. Василий Емельянович попросил Дементия рассказать про костер подробнее.

Дементий с такой задачей справился и смотрел на участкового, как бы говоря: стоит ли на какой-то костер обращать внимание!

Василий Емельянович задумался: об одном и том же у него было два разных рассказа. Костер у Сергеева озера расположен в хитром месте, котелок, которым был залит костер, все это совпадало, разница была в другом: если слушать Дементия, то костер у Сергеева озера ничего особенного не представлял, его мог разложить кто угодно, и, скорее всего, это сделали ребятишки. Костер, если слушать Дементия, и проверять нечего, Дементий и так все рассказал. Об этом точно так же может рассказать и Яков Горшков…

У Петра Ивановича выходило совсем другое: кто-то спешно залил костер, спрятал котелок и исчез, не оставив больше никаких следов. Дементий и Яков догнали бы, если кто-то шел от костра по дороге к Татарскому тракту или по тропе на Исаковку или в Артуху. Кто-то не захотел встречаться с пастухами и ушел по лесу, а не по тропе и не по дороге или спрятался поблизости и ждал, когда Яков с Дементием уедут. По тому, что рассказывал Петр Иванович, костер и место вокруг костра необходимо было проверить. Завтра Василий Емельянович попросит у бригадира коня и вместе с пастухами найдет этот костер…

Пришла Арина, принесла бутылку, и Дементий с удовольствием разлил водку в стаканы. Арина вернулась не такая радушная, как была до этого, и Василий Емельянович спросил, что случилось.

– Насилу выпросила, – сказала Арина, снимая платок и телогрейку.

– Она не верит, что у нас в гостях Василий Емельянович? – сказал Дементий, явно не одобряя такое поведение продавщицы. – Она что?

– Кто ж ее знает, – ответила Арина и, чтобы не мешать мужикам, полезла на печь. Оттуда, сдвинув к стене длинную голубенькую занавеску, смотрела на мужиков и слушала.

Василий Емельянович по два и по три раза спрашивал у Дементия об одном и том же, и Арине казалось, что младший лейтенант милиции совсем запутался и ничего не понимает.

Василий же Емельянович минут через десять после того, как о нем вот так подумала Арина, был уверен, или, точнее сказать, был почти уверен, что навел полную ясность: Петру Ивановичу пастух рассказывал одно, а участковому – другое. Дементий разрисовал костер и то, как они с Яковом ловили кого-то, чтобы нагнать страху на учителя…

Поверить, что Петр Иванович испугался, участковый не мог, потому что Петр Иванович как-то уж очень спокойно относится к тому, что кто-то ходит около его дома. Такое спокойствие Петра Ивановича и нравилось участковому и не нравилось. Нравилось, что Петр Иванович не боялся, не бил тревоги и тем самым не отнимал лишний раз время – дел у Василия Емельяновича и так хватало. В то же время спокойствие Петра Ивановича ему не нравилось: а ну как что-нибудь серьезное?

Василий Емельянович сидел за столом раскрасневшийся, в полурасстегнутом кителе и с каждой минутой все более серьезнел лицом. Со стороны не понять: или участковый пьянеет, или чем-то недоволен?

– Что с тобой, Емельянович? – с тревогой спросил Дементий, когда участковый вроде бы ни с того ни с сего начал упорно смотреть на захмелевшего Дементия и едва заметно хитро улыбаться.

– Со мной ничего, – на что-то намекая, сказал участковый и стал улыбаться хитрее и увереннее, что должно было означать: я все знаю, так что, Дементий Корнилович, давай-ка лучше рассказывай все начистоту. Эта улыбочка стоила Василию Емельяновичу больших трудов: хотелось не улыбаться, а закричать на Дементия, спросить, почему он учителю рассказывает одно, а участковому – другое? Но спрашивать было рано: надо было снова просить Петра Ивановича в точности передать рассказ Дементия о костре, еще раз об этом послушать Дементия, съездить к Сергееву озеру, все это сопоставить, то есть все затягивалось, и это начинало выводить участкового из равновесия; а тут еще выпил…

Дементий – мужик умный, и только любит, когда ему нужно, прикидываться простачком. Участковому казалось, что он напал на след, потому что больше верил Петру Ивановичу, а не Дементию. Еще как жили на Татарском, маленький Василий Емельянович удивлялся: вот только что видел Дементия, идущего по дороге, по переходу через Индон или около озера, и – нет его, исчез на глазах, как будто превратился в пенек или дерево около дороги, сделался рыбой и нырнул в Индон или озеро…

Арина слезла с печи и пошла зачем-то на кухню. В это время случилось неожиданное: Василий Емельянович поднялся из-за стола, расстегивая кобуру, вышел на середину избы и, повернувшись к Дементию, выстрелил в пол.

Арина выскочила из кухни и увидела Василия Емельяновича, сидевшего на стуле с пистолетом. По комнате прошел кисловатый запах сгоревшего пороха, и Арина