Сны наяву - Лора Хэнкин

Мы запрыгнули в машину. Лиана бросилась на пассажирское сиденье, Саммер добродушно забралась на заднее, и я тут же опустила крышу.

Мы врубили поп-музыку, громко подпевали, наши волосы развевались на ветру – я мчалась по шоссе – все это уносило наши обиды и потери прочь. Пока мы гнали по трассе, этого было достаточно. Нет, более чем достаточно. Мы были юны, все дороги были открыты перед нами, и мы были счастливы.

– Я хочу есть, – крикнула Саммер.

Мне тоже нестерпимо хотелось есть еще с начала съемок.

– Хотите перекусить?

– «Макдоналдс»! – завопила Лиана. – Поехали!

Я не могла себе позволить такую жирную пищу, да и тем более такие огромные порции, тем более сейчас, когда до выхода в эфир нашей финальной серии оставалась пара дней. Но картошку фри себе разрешила.

Мы подъехали к «Мак-Авто», все еще веселые и балдеющие друг от друга. Голос в трескучем динамике спросил, что мы будем заказывать, и я ответила жеманно, как это делали кинозвезды старой школы:

– О, дорогая, мне одну кока-колу, диетическую.

Саммер наклонилась к динамику и произнесла, довольно удачно изображая Кэтрин Хепберн и давясь при этом от смеха:

– Большая картошка фри и гамбургер, будьте так любезны.

– Привет, котеночек, – промурлыкала Лиана. – А мне твои самые вкусные наггетсы.

Мы все еще смеялись, когда, завернув за угол, подъехали к окошку выдачи и увидели папарацци.

– Добрый вечер, господа, – улыбнулась Лиана.

Я как раз расплатилась, и теперь оставалось только дождаться, пока раздатчица упакует наш заказ. Папарацци было всего двое или трое. Да и что они могли заснять? Как мы весело проводим время, жуя фастфуд?

– А что вы заказали? – спросил один, непрерывно щелкая своим фотоаппаратом.

– Ужин, – ответила я.

– Веселитесь, девчонки? – снисходительным тоном папаши, записывающего домашнее видео, спросил другой.

– Конечно, – сказала Лиана и приобняла меня за плечи. – Я люблю этих двух.

Раздатчица в окошке тоже отвлеклась на камеры – она махала рукой и строила рожицы вместо того, чтобы положить нам кетчуп.

– Саммер, посмотри сюда! – Саммер ослепительно улыбнулась на камеру. – У вас с Ноа тайный роман? – крикнул третий папарацци.

Здоровый, взрослый мужик, зарабатывающий на жизнь распространением сплетен – спрашивал, занимаются ли сексом два подростка или нет. Улыбка на лице Саммер погасла. Раздатчица наконец подала мне пакет с заказом.

– Саммер, а что об этом думает твой парень? – крикнул тот, кто только что вел себя как добродушный папаша.

– Ладно, пора выбираться отсюда, – сказала я.

На стоянке, словно из ниоткуда, уже собралась толпа папарацци. Буквально за секунды. У них что, есть тайная диспетчерская? «Внимание всем постам! Три девушки едят картошку на Мелроуз, нужны все машины!»

Они обступили нас, как толпа саранчи, я не могла двинуться с места. Эти папарацци имели большой опыт в фотографировании юных девушек, зажатых около «Макдоналдса» или где угодно; они слепили нас вспышками один за одним, из кожи вон лезли, соревнуясь друг с другом за лучший снимок, который можно будет продать за несколько тысяч долларов. Или, возможно, если повезет, кому-то из них удастся спровоцировать нас на что-нибудь – за такой снимок можно будет выручить намного больше. Вот так они добывали пропитание для своих семей – да и не только пропитание, думаю я. На краткий миг я задалась вопросом, не мечтал ли кто-нибудь из них снимать пейзажи, делать действительно интересные снимки. Может, они ненавидели нас также, как мы ненавидели их, паразитировали на нашей славе и ненавидели подобное положение вещей – они ведь полностью зависели от нас. Но ведь мы тоже зависели от них, верно?

Один из папарацци протиснулся между машиной и окошком выдачи, уставился мне прямо в лицо.

– Кэт, ты уверена, что тебе стоит это есть? – спросил он, указывая на коробку с картошкой фри.

Мы были в ловушке и совершенно открыты для любых снимков, которые им захотелось бы сделать.

– Подними крышу, – сказала я Лиане, пытаясь сдать назад.

Но, боже, позади нас уже тоже собралась целая куча папарацци. Лиана нашла кнопку подъема крыши и принялась судорожно давить на нее. Саммер съежилась на заднем сиденье, стараясь спрятаться от камер.

Папарацци напирали. Раздался скребущий звук, словно гвоздем провели по школьной доске: чья-то пряжка ремня процарапала борт моей машины, срывая краску с металла. Моей машины, на которую я спустила гораздо больше денег, чем могла себе позволить!

Мужчины колотили по стеклам окон, кричали, чтобы мы посмотрели в их сторону, опустили стекло и немного поговорили с ними. Улыбнулись им, как хорошие девочки.

Саммер всхлипывала.

– Да эти чуваки просто психи, – сказала Лиана.

Крыша скрипела под напором множества рук. В любой момент она могла прорваться, и они схватили бы нас за шеи своими руками – собственнически, с полной уверенностью в своем праве. О чем я только думала, покупая легкую машину с хлипким верхом? Я должна была купить себе минивэн. Или танк.

Папарацци уже облепили машину со всех сторон. Во время сильной грозы в такой момент съезжаешь под эстакаду и пережидаешь ее, потому что продолжать ехать может быть просто опасно. Но то, что происходило с нами, не было буйством стихий, когда разверзаются небеса. Эти мужики обращались с нами так, будто мы что-то им должны только потому, что осмелились выйти за порог своего дома за диетической колой.

– Саммер, ты в порядке? – спросила Лиана, и я тоже оглянулась.

Саммер скрючилась на заднем сиденье, натянув худи на голову, она вся тряслась. Я не могла видеть ее лица, но дышала она резко и прерывисто.

Мое внимание привлек стук по капоту. Один из мужиков залез на него и был от нас всего в нескольких дюймах – нас разделяло только лобовое стекло. Мужчина прижался к нему вплотную, направив на нас камеру так, чтобы мы все трое влезли в кадр, и крикнул:

– Посмотрите сюда, девочки!

Я нажала на кнопку стеклоомывателя, обрызгала его, а затем включила дворники. Ему пришлось отлипнуть от лобового стекла. Он изумленно вытер лицо, затем плюнул в мою сторону и крикнул:

– Ах ты сука!

Ярость вскипела во мне, загасив панику.

– Иди к черту! – прорычала я.

Я нажала сцепление и поехала, папарацци пришлось просто разбежаться с моего пути в разные стороны. Машина начала двигаться – сначала медленно, но все сильнее разгоняясь. Когда я наконец вырулила с парковки «Мак-Авто» на улицу, Лиана опустила окно, высунулась и показала папарацци средний палец. Мы снова мчались по трассе, как и полчаса назад, но на этот раз не опускали