Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

Горестные проводы

Так уж случается, что порой не видишь некоторых людей едва ли не годами, а затем они начинают попадаться тебе на глаза один за другим. И у Арсения наступила целая череда встреч и расставаний. Однажды на Светланской он нос к носу столкнулся с дочкой торговца и скотопромышленника Бадаева Лизой. Это была уже не прежняя влюбчивая девица, а нарядная дама. Она фланировала по улице в сопровождении американского военного, в котором Сеня сразу же узнал Тонни.

– Елизавета! – окликнул он старую знакомую.

Та не сразу узнала своего спасителя из кабаков и притонов, а когда поняла, кто перед ней, искренне обрадовалась.

– Боже правый, Сенечка, да какой же ты стал ладный, видный мужчина! Антоша, – стала она тормошить своего кавалера, – ты только погляди, это же Арсений. Вот так встреча!

Американец Тонни тоже узнал своего давнего знакомца по стычке с японским патрулем. Он широко улыбнулся и протянул руку.

– О, здравствуйте, Арсений. Ай эм вери глэд то си ю. Рад вас видеть очен.

Лиза засыпала парня вопросами и тут же, не дожидаясь ответов, рассказывала о себе.

– Ну как ты, где ты. Небось уже женился. Дети-то есть?

– Да вот работаю в порту… – начал Арсений, – женат.

– А мы с Энтони уже обвенчались по православному обряду. Он хоть и католик, но ему все равно, в каком храме венчаться.

– А где живете? Угол-то свой есть? Какое жалованье? На жизнь хватает?

– Да живем в своей квартире на Эгершельде… Мы с мужем скоро уезжаем в Америку. Сейчас выправим мне документы, и в Калифорнию. У Тонни есть свой бизнес. Его отец, сестра и два брата ждут нас с нетерпением. Батюшка так не хотел отпускать, но в конце концов смирился.

– Как там Варя поживает? – в промежутке между этой радостной болтовней спросил он.

– А что Варюшка, тоже за муж собирается. У нее есть жених. Кажется, военный, но я его лишь один раз видела. Все где-то пропадает.

– А что Геша?

– Хворает сильно, но уже ходит с палочкой. Вроде поумнел, не курит, и к спиртному его уже не тянет.

– А что мы тут стоим, пойдем в ресторан, посидим, пообедаем. Тоша, ну приглашай же старого знакомого!

Энтони радушно взял Арсения под локоть.

– Давай, Сэня, покушаем энд летс дринк водка!

Арсений хотел отказаться, но чувствовал, что эти люди действительно рады его видеть, и поэтому согласился. Они расположились в небольшом, но уютном ресторане, где были представлены блюда как европейской, так и азиатской кухни. Официант предложил меню, где были русские, китайские, корейские и даже японские блюда.

– О нет, только не японские, – запротестовала Лиза. – Японская кухня убогая, полусырая рыба, какие-то водоросли. Давайте возьмем вот наши Пожарские котлеты, креветки в китайском соусе и корейские острые салаты. Насчет спиртного, мне лично ликер, а вы джентльмены, полагаю, остановитесь на водочке.

– Оу, йес офкос! – отозвался Тонни.

– Он тут, в России, проникся большим уважением к хорошей хлебной водке. Говорит, что после нее голова не болит как от виски, – заявила Елизавета.

После второй рюмочки разговор стал оживленным. Лиза часто смеялась и была счастлива, что встретила здесь в незнакомом городе почти родного человека. Тонни рассказывал, что почти наладил бизнес с мистером Бадаевым. Они удачно продали солидную партию конных сенокосилок, крупорушек и даже несколько автомобилей и выручили за это хорошие деньги.

– Шорт возьми! Если бы не эта война, – сокрушался Энтони, – сюда можно было бы привозить много трактор, комбайн. Вся Сибирь пахать и сеять.

– А где ваш приятель Ник? – задал вопрос Арсений.

– О Ник, он стал большой человек, он работает в штабе. Он уже офицер. Ник очень скушать по дому. У него маленький сын. Скоро поедет в Америка. Хотите, я приглашайт его и выпьем вместе водка?

– Нет, не сейчас, у меня мало времени. Лучше как-нибудь в следующий раз, – возразил Арсений.

– Арсений, приезжайте к нам в Америка, – широким жестом пригласил Тонни. – У нас мирная страна. Нет война. Можно хорошо жить.

– Спасибо за приглашение, может, и надумаем, – усмехнулся Арсений. – Пишите, как только обустроитесь.

Вернувшись домой, он заметил, что Прася чем-то встревожена.

– Сеня, надо сходить к маме, ей нужен твой совет, – загадочным тоном произнесла молодая женщина.

– Что-нибудь с Костей? – спросил он.

– Нет, Костя еще не пришел из рейса. Пойдем, увидишь сам.

Елена Ивановна проводила его в комнату, и он увидел, что за накрытым столом, с закуской и выпивкой сидят трое здоровенных казаков и тесть Руф.

– Вот, зятек, знакомься, это мои старшие братья Петр, Иван и Андрей.

– Здорово ночевали, господа казаки! – поприветствовал их Арсений.

– Благодарствуем. Слава богу, все хорошо! – отозвались они вразнобой.

Обменявшись рукопожатиями, Арсений хорошенько рассмотрел служилых. Все они носили форму Забайкальского казачьего войска, двое имели бороды, а третий только усы. Старший был в чине сотника, следующий – хорунжего, а младший имел на погонах лычку назывного.

– Вот, Арсений, отыскали меня братья, хотят посоветоваться, что делать дальше. Они понимают, что никакие союзники не смогут остановить продвижение красных, но не хотят покидать Родину, – сказала теща.

Немного подумав, Арсений предложил казакам переодеться в гражданское платье, изготовить поддельные документы и, отсидевшись после прихода красных где-нибудь в глуши, затем, потихоньку, вернуться по домам.

Опрокинув по чарке, служилые, склонив чубатые головы, крепко задумались. Затем старший, Петр, обращаясь к Арсению, сказал:

– Понимашь, Арсений, нас ведь пятеро-то братьев. Двое младших-то у красных служат. Да и в родной стороне всякая собака знает, что мы служили у атамана Семенова.

– Без суда и следствия вмиг к стенке поставят, – добавил Андрей.

– Так не селитесь в своем краю. Россия велика. Сколько угодно медвежьих углов. Есть где укрыться, – возразил Арсений. – А насчет документов я постараюсь помочь.

– Так вот мы и думаем, – вступил в разговор доселе молчавший Иван. – Уходить за кордон, или есть какая-нибудь возможность не бежать.

Засиделись далеко за полночь. Мирно выпивали, чаевничали и беседовали: сербский солдат, солдат Дальневосточной республики, партизан, а затем и красноармеец и трое белоказаков-семеновцев. И не было ни у одного из них ни малой толики вражды и неприязни друг к другу. Все они были одна родня. Из женщин за стол присаживалась только Елена. Племянницы прислуживали и меняли блюда. Хмель не брал даже Руфа, поэтому он вел себя вполне достойно. Люди стали петь, и, несмотря на радость встречи, песни были грустными.

У Елены Ивановны было тесно, поэтому Арсений отвел казаков к себе. Они расположились спать, улегшись прямо на полу, укрылись своими шинелями и подложили под головы