Почтовая служба друзей по переписке - Сын Ён Пэк

их согрел. На душе стало легче. Появилось приятное нежное, обволакивающее чувство. Тогда Хаён поняла: хорошо, что она отправилась в такой неблизкий путь не одна. Уминая лапшу, девушка тихо поблагодарила Ёнгвана.

– Что? – переспросил он.

– Спасибо, говорю! Ты, наверное, не выспался, но все равно согласился отвезти.

Ёнгван вытер губы салфеткой и сказал:

– Да было бы за что! Я давно хотел выбраться куда-то. Спасибо, что позвала!

Девушка взглянула в свою пустую миску. Кое-что по-прежнему мучило ее. Хаён не знала, станет ли ей легче, если она с кем-то этим поделится.

– Ёнгван…

Он отложил все в сторону и внимательно посмотрел в ответ.

– Моя сестра встречается с женатым.

* * *

Это был прошлый год, начало осени. После пар Хаён решила заглянуть к Хёмин в ее учебный центр. Ей до сих пор было неудобно перед сестрой за то, что она не смогла с ней поужинать из-за премьеры фильма.

– В следующем месяце открытие, а тут еще ничего не готово, – пробормотала Хаён, заходя в учебный центр, дверь которого была даже не заперта.

Со стен сползали старые обои, в углу стоял потертый диван, а рядом белая маркерная доска, вся в каких-то пятнах, на столе разбросаны документы и письменные принадлежности. Хаён недоумевала: почему все так медленно продвигается? Вроде Хёмин не одна всем этим занималась. Она еще не догадывалась, что сестра стала жертвой мошенника.

С поступлением в университет интересы девушек стали расходиться все больше. Хаён не понимала, почему сестра предпочитает фильмам научные статьи, а Хёмин – зачем тратить молодость на такое неблагодарное занятие, как искусство.

Сестры имели разные взгляды и цели на жизнь, поэтому совсем неудивительно, что с годами пропасть между ними росла. Может, они никогда и не ходили вместе по магазинам или на выставки, но их отношения точно нельзя было назвать холодными. Каждая просто жила свою жизнь.

Именно поэтому Хаён не придала значения странному ощущению, которое возникло у нее в учебном центре. Она старалась не лезть в дела сестры. Просто верила в нее.

Хаён сидела на полуразвалившемся диване, собираясь позвонить сестре, как вдруг резко распахнулись стеклянные двери и в комнату влетела женщина лет сорока.

– Ты? Ты – Хёмин? – закричала она.

– Нет, это моя сестра. Что-то случи…

– А ну, зови ее! Живо!

Женщина продолжала надрывать горло. Испугавшись, Хаён сразу набрала Хёмин, но та не взяла трубку. Всхлипывая, женщина плюхнулась на пол. Затем протянула Хаён телефон, на экране которого был скриншот какой-то переписки. Вглядевшись, девушка заметила имя сестры и еще кого-то. Переписка носила личный характер. Пара обсуждала планы на жизнь и будущую встречу с родителями после открытия учебного центра.

– Чонхва – мой муж! Уже как четыре года!

– Такого не может быть! Хёмин не могла…

– Ты что, не понимаешь? Ты правда веришь, что такая умная девчонка не научилась прятать свои грязные секреты?

Лицо Хаён окаменело. Она не понимала, как реагировать на такие новости. Хёмин была последним человеком на Земле, который мог бы пойти на что-то подобное. Сестра всегда была такая рациональная, порядочная, честная. Не могла она!

– Я напишу ей. Это какая-то ошибка…

– Какая ошибка? Ты же сама видишь, не берет! Это что за сестра-то такая?!

Хаён набирала сообщение дрожащими пальцами: «Ну где ты там? Почему не берешь? Перезвони! Быстро». Женщина ушла, а Хаён еще долго не могла прийти в себя. Прижавшись спиной к стене, она ждала ответа от Хёмин. И спустя полчаса он пришел:

«Все потом».

3

– Понимаете, это особый курс истории Кореи, на котором мы учим детей логическому мышлению через изучение истории. – Хёмин раскрыла учебник и протянула его родителям потенциального ученика.

Она подробно объяснила, почему для начальных классов так важна грамотность и как логическое мышление помогает в решении задач.

– Сейчас из-за основной учебы у детей практически не осталось времени на чтение. Поэтому на наших занятиях мы помогаем им ознакомиться с самыми разными текстами и пытаемся пробудить у них интерес к чтению.

Родители с довольным видом кивали. Они были так впечатлены, что пообещали в следующий раз прийти на тестирование вместе с ребенком.

– Хотим, чтобы наша дочь стала такой же, как вы!

Слова родителей услышал директор. Он подошел к Хёмин, положил ей руку на плечо и сказал:

– Вам очень повезло! Хёмин – одна из лучших! Окончила исторический факультет в Сеульском национальном. И магистратуру тоже… Талантливая и способная девушка!

– Как хорошо, что мы вас нашли!

Родители ушли, а Хёмин и директор отправились на обед. Всего в пятиэтажном здании было больше десятка магазинов и учебных центров. Внизу у входа висели металлические почтовые ящики. Спустившись с четвертого этажа, директор заметил, что из ящика Хёмин торчит письмо.

– Это что? Квитанция какая-то?

Она собралась было подойти к почтовому ящику, но директор остановил ее:

– Давай сначала пообедаем, а потом разберешься.

Во время непринужденной беседы директор сделал Хёмин небольшое замечание:

– Хёмин, ты очень хорошая, добрая девушка, но это знаю только я. Понимаешь, все судят по внешности. Если ты и дальше будешь одеваться во все темное, к тебе ни один ребенок не подойдет.

– Хорошо, я поняла, – согласилась она, помешивая наваристый суп из трески.

Мужчина забрал у нее поварешку, выложил на небольшую тарелку два кусочка рыбы и передал ей тарелку:

– Съешь все! А то смотри, как исхудала. Раньше была такая хорошенькая, упитанная. Надо хорошо питаться!

– Спасибо!

Хёмин приехала в Сокчхо около пяти месяцев назад. Первое время она жила у подруги, а затем, устроившись на работу, сняла квартиру. Хёмин долго ждала этого момента. Раньше ей никогда не приходилось жить одной. Поступив в университет, она переехала в общежитие, а потом, чтобы сэкономить немного денег, пришлось кататься на учебу из дома. Теперь Хёмин не нужно было ни под кого подстраиваться. Никто здесь ей был не указ.

– Ну ты погляди! Дождь! В январе-то! – наслаждаясь супом, заметил директор.

По его словам, суп из трески становился только вкуснее в дождливую погоду. От влажного воздуха и пронизывающего ветра Хёмин ощутила легкий озноб.

– А можно после занятий я сразу домой пойду?

– Что-то случилось? Ты неважно себя чувствуешь?

– Ничего такого. Кажется, заболеваю.

Директор строго посмотрел в ответ. Иногда он казался несколько консервативным и зажатым, но в целом был очень добрым и понимающим. Он относился к Хёмин с особой заботой, как к дочери, и она не возражала.

– Поешь еще немного супа. Точно сможешь сегодня провести уроки?

– Да. Думаю, мне просто надо немного отдохнуть, а завтра я снова буду в норме.

– Ну смотри,