Под вересковым небом - Метте Танзен

Я останавливаюсь и смотрю на напряженное выражение лица Бетти.

— Я прекрасно понимаю, что ваша ситуация далека от обычной. Но, с другой стороны, вы необычная пара, — осторожно продолжаю я. — Конечно, я пошутила, когда сказала, что ты станешь бабушкой. Это было абсолютно поспешное утверждение. Но если задуматься, — я покашливаю, — то в этом что-то есть. Это было бы что-то вроде новой формы пэчворк-семьи.

Взгляд Бетти устремляется на булыжную мостовую впереди. Лицо спокойное, но мысли роятся в голове. Об этом свидетельствует небольшая морщинка между бровями. Я даю подруге время, чтобы обдумать мою идею. Отвожу взгляд от Бетти и принимаюсь рассматривать бережно отреставрированные здания, мимо которых мы проходим. Старинные кирпичные фасады с замысловатой отделкой, украшениями на фронтонах и двери, которые так и манят войти, — все это успокаивает меня. Через пару недель Люнебург точно превратится в чарующий и красивый рождественский город.

— Не знаю, смогу ли я, — голос Бетти начинает угасать.

— И не надо, — подбадриваю я подругу. — Когда родится малыш?

— Думаю, сейчас Клео примерно на седьмом месяце.

— Тогда у тебя есть еще пара месяцев. Поговори с Виктором, потом с Клео, расскажи им о своем страхе. Почему-то, — я подставляю лицо новому порыву ветра, — у меня хорошее предчувствие. Думаю, вы сможете найти решение.

— Спасибо, что веришь. — Бетти одаривает меня робкой улыбкой. — Ты не обижаешься на меня?

На секунду я совершенно не понимаю, о чем она говорит.

— Я про ту идею с продажей картин твоего отца, — объясняет Бетти. — Прости, я повела себя немного бестактно.

— А, ты об этом, — я вздыхаю. — Да, на самом деле твои слова очень ранили меня. Эти картины значат для меня многое, это что-то вроде моей семьи. Когда картины рядом, когда я могу посмотреть на них, тогда я не чувствую себя одиноко. Я не допускаю даже мысли, что их можно продать.

Бетти кивает:

— Ты даже взяла одну картину отца с собой в Люнебург. Она стоит в твоей спальне, на комоде. Я заметила, когда шла в ванную, дверь была открыта.

— Да, я не смогла уехать без нее, она просто обязана была отправиться со мной.

— Ох, Фрауке, мне правда безумно жаль. Мое предложение было ужасно жестоким.

— Все в порядке, — я сжимаю руку подруги, — не думай больше об этом. Тебе и так непросто.

Бетти тихо стонет, но потом вытягивает спину и подчеркнуто сильно напрягает плечи.

— А теперь поговорим о тебе. Что случилось с прекрасным пекарем?

Я закатываю глаза, но чувствую, что Бетти хочется срочно сменить тему. Я подробно рассказываю подруге о вчерашнем празднике. Мы приближаемся к дому, сворачиваем на мою улицу. В этот момент история обрывается, как обрываются и мои воспоминания о том вечере.

— А сейчас? Клас не выходил с тобой на связь? — спрашивает Бетти.

Я отстраненно качаю головой, потому что мое внимание переключается на входную дверь. Перед ней стоит высокая стройная фигура с маленькой девочкой на руках и с недоумением разглядывает фасад дома.

Болтушка

— Это Лив! Боже мой, я совсем про нее забыла. — Я поднимаю руку, машу, кричу: — Хэй, Лив, мы здесь!

Лив оборачивается, машет в ответ.

— Я ведь ее знаю, — теперь до Бетти доходит. — Это та девушка с козьей фермы.

— Верно, она хочет что-то обсудить со мной. Лив взяла с собой свою дочку, Валери. Это просто прекрасно!

Последние слова я произношу громче, потому что мы уже подходим к гостям и они вполне хорошо слышат нас. Радостно поприветствовав друг друга, мы вчетвером поднимаемся по лестнице. Валери подробно рассказывает нам о своем падении на детской площадке и раненой коленке.

— Хочешь посмотреть, какой у меня большой пластырь? — спрашивает девочка, когда мы наконец добираемся до квартиры.

— Обязательно! — Я открываю дверь.

— Проходи пока, Валери, — Лив подталкивает девочку в квартиру, пока та уже вовсю закатывает штанину.

В квартире я долго рассматриваю пластырь на коленке Валери и узнаю, что она больше не дружит с Леоном, мальчиком, из-за которого упала. Малышка тараторит без умолку.

— Где я могу порисовать? Мама сказала взять с собой все принадлежности, чтобы не скучать.

Девочка уже хватает свой рюкзак и начинает доставать оттуда вещи.

— Ты знаешь, — включается в разговор Бетти, — для этого отлично подойдет стол в гостиной. Пойдем, если хочешь, я помогу.

— Пойдем. — Девочка послушно исчезает в гостиной.

— Вам двоим, кажется, нужно что-то обсудить? — Бетти бросает на нас многозначительный взгляд. — Приступайте, а то с маленькой болтушкой важный разговор вряд ли получится.

Лив благодарно улыбается, и я открываю дверь на кухню.

— Проходи, присаживайся где нравится, — я указываю на обеденный стол. — Будешь чай?

— Да, с удовольствием.

— У меня есть травяной чай с лакрицей и анисом.

— Звучит вкусно.

— Это и вправду очень вкусно.

Я открываю кухонный шкафчик, достаю оттуда три кружки для нас с Лив и Бетти, ставлю воду кипятиться.

— У тебя тут красиво, — взгляд Лив блуждает по комнате и останавливается на мне. — Как у тебя вообще дела? Все еще болит голова?

— К счастью, уже нет. — Я опускаю чайные пакетики в кружки. — Прогулка помогла. И, признаюсь, две таблетки тоже.

Лив улыбается во весь рот:

— Ну ты даешь, ты вчера вечером просто зажгла. Dancing Queen — просто ничто по сравнению с тобой. И парням ты очень понравилась.

Я не понимаю, плакать мне или смеяться. Боже, как же стыдно!

— Между тобой и Класом что-то есть? — Лив подливает масла в огонь.

И что мне теперь сказать? К счастью, вода закипела, а из-за шума чайника разговаривать просто невозможно. Я наливаю кипяток в кружки и быстро пробираюсь к дивану, бросив лишь:

— Пойду занесу Бетти чай.

Я захожу в комнату и вижу: Бетти сидит на корточках перед журнальным столиком, а Валери старательно сортирует цветные карандаши и кладет их рядом с альбомом.

— Жду не дождусь узнать, о чем же вы говорили, — произносит Бетти и подмигивает мне. — Спасибо за чай.

— Спасибо тебе, — я указываю подбородком на Валери.

Я возвращаюсь на кухню, беру две оставшиеся кружки и, немного помедлив, сажусь за стол рядом с Лив.

— И? — Женщина смотрит на меня с ожиданием. — Что между вами теперь? Ты же понимаешь, что с ним спокойной жизни не будет.

— В смысле? — замечание Бетти меня заинтриговало.

— Ну, он человек нестандартный. Делает все что хочет, даже в отношениях. А поскольку он очень неплохо выглядит…

— …он может себе это позволить, — заканчиваю я мысль Лив.

— С другой стороны, — моя собеседница