Тильда здесь - Джейн Тара

– Тильда?

Тильда вывалилась из куста, порвав в процессе рубашку.

– Том! Привет… Привет, рада тебя видеть. Я просто…

– Ты поранилась.

Тильда опустила взгляд и заметила порванный рукав, смоченный кровью.

– Знаю, – жизнерадостно ответила она. – Я была поблизости…

– За моим деревом, – усмехнулся Том. Он не злился. Ему было смешно.

– Да. Хотела попросить пластырь.

Том и Тильда уставились друг на друга.

– До встречи, Том. – Наталия торопливо увела Рислинга. Подальше от этих чудаковатых стариков.

Том не сводил с Тильды глаз.

– Зайди ко мне, я найду пластырь.

Тильда подчинилась – это была привычка, выработанная с их первой встречи.

Десять минут спустя они занимались бурным сексом, пока высыхали чернила на их свидетельстве о разводе. Потом она обо всем пожалела. Они не знали, о чем говорить. Тильда огляделась по сторонам: открытая планировка, современная бытовая техника, темный кожаный диван, стеклянный кофейный столик. Все это казалось ей совершенно непривлекательным. Неужели Том всегда хотел такой дом? Она перевела на него взгляд и увидела, что бинт у него на плече сполз.

– Ты сделал татуировку?

Он промолчал, переминаясь с ноги на ногу.

– Отметил памятный день?

– Я воспользовался услугами мобильного тату-салона. Мастер приходила сегодня.

Длинноногая.

Тильда заметила, что татуировка изображает феникса.

– Восстал из пепла, – сказала она.

Том поправил повязку. Тильда вдруг поняла, что она здесь делает. Как бы глупо это ни было, но ей по-прежнему хотелось, чтобы он признал свою ошибку. Сказал, что выбирает ее. Не потому, что она хотела с ним воссоединиться, а потому, что это докажет ее правоту, докажет, что она не потратила впустую несколько десятилетий.

Молчание.

– Мне пора, – сказала Тильда.

Том явно не собирался ее останавливать.

– Я тебя провожу.

Тильда оделась, и спустя несколько минут они неловко обнялись на прощание.

С тех пор они ни разу не разговаривали.

40

В любых значимых отношениях мы просто хотим, чтобы нас видели.

КУИНИ АШКРОФТ

Тильда возвращалась домой после ужина в приподнятом настроении. Ей вспомнился Патрик, который должен был вернуться домой меньше чем через две недели. Эта мысль одновременно и радовала ее, и пугала. За минувшее время она успела не только свыкнуться с невидимостью, но и начать разбираться с давними проблемами. Но теперь ей было ясно, сколько работы еще предстоит. Сможет ли она уделять достаточно внимания и собственному исцелению, и новым отношениям? Конечно, она забегала вперед – об отношениях пока никто не говорил. Но, будучи взрослым человеком, она понимала, что они непременно углубят возникшую между ними связь.

Она слушала Пенелопу, перечислявшую причины, по которым у них с Патриком ничего не выйдет. Но даже Пенелопа умолкла, когда Тильда подошла к дому и увидела, кто ждет ее на пороге.

Черт побери.

– Мама, какой сюрприз. – Тильда остановилась у калитки под покровом сумерек.

Фрэнсис Финч помахала телефоном.

– Я как раз хотела позвонить, спросить, где ты.

– Ужинала в ресторане. Мексиканском.

– В будний день? Чудесно. Вместе с кем-то?

– С Лейт и Али.

Улыбка Фрэнсис угасла. Подруги Тильды никогда ей не нравились.

– Чудесно.

«Чудесно». Это слово Фрэнсис произносила часто и почти всегда неискренне. Тильда наблюдала за матерью, понимая, что спокойный момент вот-вот будет нарушен. Холли, вероятно, унаследовала театральную натуру от бабушки. Они были весьма близки. Холли находила Фрэнсис страстной и эксцентричной. Тильда же считала мать отменным манипулятором, давившим на чувство вины и мастерски изображавшим уязвимость, чтобы добиться своего. Фрэнсис ставила себя превыше всего. Она была одета в темно-синюю юбку, серый свитер с высоким горлом и красное шерстяное пальто, а длинные седые волосы были небрежно присобраны и спрятаны под красным шарфом. Образ дополняла помада такого же красного оттенка. Фрэнсис была прекрасна и использовала неземную внешность себе на пользу.

Как в детстве, так и позднее Тильда всегда заботилась о маме и старалась ее не огорчать. Поэтому-то она ощущала такое смятение, понимая, что сейчас перевернет мамин мир с ног на голову.

– Давай войдем внутрь, – предложила Фрэнсис. – Женщинам опасно находиться на улице в такое время.

Тильда иногда думала, что маме недостает крыльца и мятного джулепа, как на юге США.

– Здесь выше шанс выиграть в лотерею, чем подвергнуться нападению, мам.

– Я сейчас в ледышку превращусь. – Фрэнсис шмыгнула носом.

Время пришло. Откладывать было некуда. Тильда сделала глубокий вдох и вышла на свет.

– Я понимаю, что ты расстроишься… – начала она.

– Почему? У тебя беспорядок? – Фрэнсис наклонилась и чмокнула ее в щеку.

Тильда ждала маминой реакции, но ее не последовало.

– Тильда, мне холодно. И я уже видела твой дом неубранным.

Тильда нашарила ключи, чувствуя на себе мамин взгляд. Но та по-прежнему не реагировала. Совсем. Неужели девочки все рассказали Фрэнсис?

Тильда открыла дверь невидимой рукой. Бадди поджидал внутри, и она схватила его за ошейник, чтобы не дать запрыгнуть на Фрэнсис.

– Хороший мальчик. Место.

Бадди убежал прочь по коридору, а Тильда сняла пальто и повесила на крючок у двери.

– Прекрасно выглядишь, – сказала Фрэнсис. – Темно-оранжевый тебе к лицу. И такая длина волос очень идет.

Тильда стояла перед матерью и ждала, пока та упомянет пропавшие части ее тела. Мать смерила ее взглядом и сказала:

– Я уже давно не видела, чтобы ты выглядела так хорошо. Ты точно не была на свидании?

Тильду это выбило из равновесия.

– Мама, поставь чайник, а я сбегаю в туалет. – Тильда взбежала по лестнице и уставилась в зеркало в ванной, надеясь, что невидимость прошла. Но нет. Ничего не изменилось.

Она поспешно написала дочерям:

Вы что, рассказали Фрэнсис о моей невидимости?????

Табита ответила первой:

Боже. Я – точно нет.

Неудивительно. Таб никогда не ладила с бабушкой.

Потом ответила Холли:

Нет, а что?

Холли, ты уверена, что ничего ей не говорила?

Ни слова, клянусь.

В чем дело? Фрэнсис в курсе?

Тильда начала было набирать сообщение, но потом решила повременить и не рассказывать про отсутствие реакции у Фрэнсис. Сначала надо самой все осознать. Да и вообще – вдруг она спустится и увидит, что у Фрэнсис от ужаса случилась истерика?

Все нормально. Поговорим позже.

Тильда уставилась на свое отражение. Зеркала никогда не лгут. Так ведь?

Пенелопа кричала во все горло – визит матери явно ее спровоцировал. Но, по крайней мере, Тильда теперь знала о ее алгоритмах и наблюдала за ними вместо того, чтобы быть полностью в их власти.

Сейчас все критические замечания у нее в голове озвучивал голос матери.

Мне бы хотелось, чтобы ты не была одинока. У меня не было