Собака Вера - Евгения Николаевна Чернышова

смотрит на человека с санками. Человек с санками смотрит на муху. Дворник начинает подметать искусственный снег. У мухи отваливается крыло. Подбегает девушка, прикрепляет крыло. Девушка убегает.

Человек с санками: «Мир накаляется Богом».

Муха: «Стучала и билась в стекло».

Дворник останавливается и чешет бороду.

На сцену из-за левой кулисы выбегает черная собака, пробегает всю сцену, спускается в зал, несется между рядов и скрывается за дверью. Зрители вскакивают и кричат. Со сцены спрыгивает парень и убегает вслед за собакой. Актриса, играющая муху, снимает искусственные мушьи глаза, бросает их на пол и тоже бежит вслед за собакой. Крики и шум раздаются все громче. Камера трясется. Видео прерывается.

* * *

Собака несется вдоль Фонтанки, через лужи и грязные сугробы, бросается под ноги прохожим, которые в ужасе отпрыгивают в стороны. За собакой бежит Катя, за ней Костя, следом Соня, с мушьими крыльями за спиной, чуть отстает Ваня.

Соня кричит:

– Костя!

Люди кричат:

– Собака!

Но Костя не слышит никого, он бежит за Катей и собакой. Собака то скрывается из виду, то снова появляется. Машины с визгом тормозят, из них выскакивают люди. Прохожие кричат, достают телефоны, чтобы снять видео. Кто-то крестится, кто-то застывает, раскрыв рот. Многие бросаются следом.

Соня снова кричит:

– Костя!

И падает в лужу, поскользнувшись на льду. Ваня догоняет ее и пытается поднять. Соня с помощью Вани поднимается, мушье крыло остается мокнуть в луже, и они бегут дальше, минуя сугробы, лужи и огромные льдины, скопившиеся вдоль домов. Снова поскальзываясь и почти падая, перебегают дорогу. Вместе они догоняют Костю и Катю, собака в двадцати метрах от них ныряет под забор, которым огорожен заброшенный цирк. Все четверо стоят, пытаясь отдышаться. Через пару секунд раздается страшный громкий рык, кусок забора с треском проламывается, и появляется черная собака, но совсем другая, она значительно больше, исполинских размеров. Она громко и яростно лает и в прыжке хватает белыми зубами воздух.

Костя, Катя, Соня и Ваня бегут к мосту, собака несется следом, прохожие бросаются в разные стороны. Собака длинными прыжками преодолевает проезжую часть, машины с визгом тормозят, из одной из них выбирается огромный человек, держа что-то тяжелое в руке. Тяжелое легким движением перезаряжается. Шрам под глазом на мгновение подсвечивается мигающей новогодней гирляндой. Великан делает два гигантских шага вперед и направляет ружье на собаку. Ваня бросается на великана, великан недвижим и громаден, но рука меняет положение, ружье движется, целится то в окна, то в звезды. Кто-то визжит. Стая голубей взмывает в небо. Костя пытается помочь Ване, что-то одним толчком делает великана уязвимым, тот обмякает, вместе Ваня и великан рушатся на ограждение моста, теряют равновесие и летят с моста вниз.

Глава 34

2018

Пункт полиции

Пункт полиции расположился в особняке, поэтому у него был вместительный холл с высокими окнами. В холле стояли кресла с поднимающимися сиденьями, скрепленные между собой, принесенные, видимо, из какого-то театра. Арина встала ближе к зарешеченной двери, рядом с выкрашенной белым тумбочкой. На тумбочке лежали жизнерадостно-угрожающие листовки. Она рассеянно пробежалась по словам. «Внимание», «Гарантируется», «Вознаграждение», «Сорока-белобока»… Арина вздрогнула. Какая на хрен сорока? Она присмотрелась к листовкам, пытаясь найти неведомую сороку. Но в это время замки загремели, Арина подошла ближе и увидела, как хмурый полицейский с серым лицом и серьгой в ухе открыл дверь. Решетка осталась закрытой. Через распахнутую дверь лились разные звуки. Стук степлера, скреплявшего невидимые и неведомые документы. Скрип кресла и катание этого кресла по полу. Хриплый кашель. Громкий хруст суставов. Хриплое: «Ты задолбал пальцами хрустеть. Сходи полечись уже». Листание документов. Мычание песни: «М-м-м-м, м-м-м-м». «Дайте листочек. Куда-то листочки делись. Вечно у меня листочки пропадают». Стук клавиш. Бормотание радио: «Эти нарисованные звери теперь все время мелькают передо мной. Как рефлектор мигает. Джаст э рефлектор, джаст э рефлектор… Люди исчезают и появляются. Свет гаснет-сияет. Красные-синие вспышки. Как животные. Как люди. Как животные. Как люди. Как животные. Как люди. Тимофей, с вами все хорошо?» «Борь, что за бредятина включилась. Переключи». «А чё я? Ладно». «Добрый вечер, мои дорогие, самые любимые на свете радиослушатели. С вами, как всегда в это время суток, я, диджей Таня Белка. Ну что, все уже вернулись с работы? Или все еще стоите в пробке? Чем бы вы ни занимались, я подкину вам дровишек в топку размышлений. Давайте поговорим о том… ш-ш-ш». Радио выключили.

«Дура какая», – машинально подумала Арина.

Потом где-то в глубине загремели бесчисленные замки и заскрипели засовы, и голос, мычавший песню, сказал:

– Проходим по очереди, представляемся, говорим имя, фамилию, отчество, дату рождения. Чего встали? По очереди давайте.

– Не тормозим, не тупим, подходим, говорим.

– Подымский Иван Сергеевич, четырнадцатое марта восемьдесят шестого года.

– Следующий.

– Сурник Екатерина Алексеевна, двенадцатое, одиннадцатое тысяча девятьсот восемьдесят пятого года.

– Следующий.

– Морева София Александровна, третье, шестое восемьдесят шестого.

– Следующий.

– Морев Константин Александрович, пять, ноль четыре, тысяча девятьсот девяносто первый.

– Следующий.

– Игнатьев Павел Митрофанович, семьдесят первого года рождения.

– Дату рождения полностью.

– Семнадцатое декабря семьдесят первого года.

– Проходим, проходим. Девочки налево, мальчики направо. Игнатьева сразу к нам.

Арина тяжело вздохнула, отошла к окошку с покрытым пылью цветком алоэ и стала листать записную книжку в поисках нужного имени. Голос снова затянул песню-мычание.

* * *

Прошло несколько часов, и голос, который хрипло ругался, произнес:

– Когда ж этот день закончится. Тянется и тянется, тянется и тянется. – И потом громче: – Кто тут за Подымским и компанией?

Арина сказала:

– Я.

Полицейский выглянул из кабинета.

– Идите встречайте – только здание обойдите. Мы с той стороны выпускаем задержанных. – Он зевнул. – Справа обходите, слева пойдете – в забор упретесь. Все как в сказке, – сказал он, довольно хохотнул и погладил себя по животу.

Арина кивнула и пошла к выходу. По дороге подхватила листовку, на которой, как ей показалось, была сорока, и перед тем, как положить в карман, прочитала. «Внимание! По оперативным сведениям РУВД, из Музея редкой книги было похищено редкое издание книги „Сорока-белобока“ 1927 года. Нашедшему издание или сообщившему о его нахождении гарантируется вознаграждение».

Глава 35

2018

Обэриуты: Друскин

Я возвращаюсь к своим записям через семь месяцев.

Произошло многое. Оказывается, даже в моем возрасте можно прожить за пару месяцев сразу несколько жизней. Многое изменилось и в мире за этот короткий срок. Даже я, признаюсь, немного изменился.

В завершение я хочу вернуться к фигуре Якова Друскина. В чемоданчике, который он вез на санках из