Аяна. Путешествие к центру земли - Николай Болошнев

«Ну, вот и хорошо. Суп сварю, картошка у меня есть. Все веселее, чем консервы и лапша», – обрадовалась она и тут же поймала себя на мысли, что было бы неплохо разжиться сметаной.

Добравшись до дома, она выложила грибы на газету и отправилась к соседке. Та оказалась на месте. Надежда встретила ее равнодушно, так, словно они виделись вчера. Аяна хотела расспросить ее о новостях Солнечного, но постеснялась. Купила молока, масла и сметаны и вернулась в юрту. Сложила продукты в старый погреб, села на бревно, поставила перед собой кастрюлю с соленой водой и принялась чистить грибы. Белые и подосиновики, которые она набрала, были как на подбор – ни единой червоточины. Очистила от земли и иголок, и готово. За этим приятным делом Аяна как-то незаметно погрузилась в отвлеченные размышления.

Что, если она никуда не уезжала, а все события последних месяцев: поджог школы, встреча с отцом, переезд в Иркутск – ей привиделись? Правда, полицейский ей подтвердил, что школа сгорела. Но ведь он тоже мог быть частью сна… Что, если она проснулась только сегодня?..

Вечером, поужинав грибным супом, Аяна решила пройтись до школы, чтобы окончательно развеять свои сомнения. Школа все так же представляла собой обугленные руины. Вблизи остатки черных стен даже слегка пахли гарью. Убедившись, что хотя бы часть событий ей не приснилась, Аяна вздохнула с облегчением и решила прогуляться по Солнечному. Благо погода стояла замечательная – сухой солнечный осенний день с высоким синим небом без единого облака.

Она прошла всю центральную часть, затем направилась мимо лесопилки к землянке Борсоя. Последняя просела, внутри все было разворочено. Плохо пахло туалетом. Похоже, ее успели обнаружить и облюбовать поселковые подростки. Однако не было никаких сомнений в том, что это место – из ее недавнего, вполне реального прошлого. Даже жертвенник остался на своем месте. Его хулиганы не тронули – побоялись.

Окончательно осмелев, Аяна решила по пути домой пройти мимо дома Степана. Раньше тут всегда было шумно, теперь же стояла абсолютная тишина, которая бывает только в середине осени. Окна и форточки захлопнуты, дверь закрыта. Девушка даже подумала, не переехала ли семья куда-то. Поднявшись на цыпочки, Аяна заглянула в окно – и чуть не упала, столкнувшись взглядом с сестрой Степана – Варей. Девочка явно наблюдала за ней какое-то время и смотрела ей в глаза с неприкрытой злобой. Не зная, как реагировать, Аяна развернулась и быстро ушла. Оставшиеся дни она безвылазно просидела в доме Анжилмы.

В понедельник Аяна проснулась с рассветом, собрала вещи и отправилась в полицию. С аттестатом или без – пора было уезжать. Больше ждать она не будет, каким бы ни был ответ, она сегодня же сядет на автобус до Улан-Удэ. В отделении ее встретил все тот же полицейский. Увидев Аяну, он молча достал аттестат и положил рядом с ним чистый лист с ручкой.

– Вы, в общем, это, напишите в свободной форме, что аттестат вам выдали. Ведомость мы так и не нашли, но да и пес с ней – никто этих аттестатов не хватится.

Аяна внутренне разозлилась, что ее промариновали в Солнечном почти неделю, хотя расписку она могла составить и в свой первый визит в отделение. Впрочем, виду не подала, говорить тоже ничего не стала. Быстро написала первый пришедший в голову текст и забрала аттестат. Полицейский, не читая, убрал расписку в сейф. Заметив стоявшую у ног Аяну большую сумку, он оживился, с лица слетело выражение вселенской скуки, которое бывает у людей, привыкших проводить дни в безделье.

– Что, с вещами на выход? – поинтересовался он с глупой ухмылкой.

– Да, пора возвращаться в Иркутск.

– Ну и правильно, уезжайте. Не хрен тут делать, работы все одно нет.

Выражение лица полицейского вновь стало скучающим. Он зевнул и посмотрел в грязное окно, закрытое решеткой. Аяна попрощалась и вышла из отделения. До автобуса оставалось чуть меньше часа. Она дошла до Байкала, послушала шум ветра, потрогала ледяную воду и поспешила на остановку. Когда за окном мелькнул зачеркнутый указатель «Солнечный», она почувствовала облегчение.

Теперь Аяне незачем было возвращаться в поселок. В принципе, можно было даже продать участок Анжилмы, но она не хотела этого делать. Да и вряд ли его бы кто-то купил, разве что за копейки. Вернувшись в Иркутск, она кинула вещи в коридоре и с удовольствием плюхнулась на кровать. После спартанской койки в бабушкиной юрте она казалась огромной. Аяна чувствовала себя свободной, взрослой и одинокой. Вместе с радостью от прощания с Солнечным усилилось чувство пустоты. Старая жизнь осталась позади, а новой по-прежнему не было. Более того, Аяна толком и не представляла, какой должна быть эта новая жизнь. Она была уверена, что не пропадет и что ее дар всегда ее прокормит и позволит жить в достатке, но этого было как будто недостаточно.

Пока не ударили морозы, Аяна без цели бродила по городу, ездила в центр, присматривалась к людям. Даже прокатилась однажды на детской железной дороге, о чем мечтала со второго класса, когда увидела ее мельком по телевизору. Кассирша посмотрела на нее исподлобья, но билет пробила. Часть детей в специальной униформе изображали железнодорожников, другие – отдыхали вместе с друзьями и родственниками. Шарики, сахарная вата, разнообразные игрушки, смех или, наоборот, слезы, которые быстро проливались и сменялись улыбками после родительских утешений. Аяна смотрела на счастливые маленькие лица, покачивающиеся в такт крохотному вагону, и ее сердце сжималось от тоски. Почему у нее никогда не было ничего подобного? Все детство она была лишней дома и изгоем в школе. Родители постоянно собачились, и не было возможности вырваться из этой капсулы взаимной обиды и раздражения. Они почти никогда никуда не ходили. Даже во двор Аяну выпускали не каждый день. Она чахла в квартире и мечтала сбежать. Что же, в какой-то степени ее желание было исполнено. Но как!.. Мама, единственный человек, от которого она чувствовала хоть какую-то теплоту, вывез ее подальше от родного города и выкинул на обочине, как когда-то любимую, но надоевшую собаку, которую жалко усыпить. Как с таким анамнезом ей теперь жить и общаться с людьми, заводить знакомства, Аяна решительно не понимала…

Она хотела перебороть себя и, вопреки прошлому, сделать первый шаг. На набережной Ангары и в парке «Юность» регулярно собирались веселые студенческие компании. Аяна подолгу стояла в стороне и смотрела на них. Жадно изучала лица, жесты, поведение. Пыталась понять, какой у кого характер, кому кто нравится или