Все, что останется - Сергей Леонидович Калинин

запросам и решим, что выберем из курсов. Кстати, я договорился, и нам помогут с сайтом. Там есть варианты, но это не на сегодня. Так что, поверь, нет невозможного. А на досуге подумай, как ты планируешь себя позиционировать?

— Что делать? — Матвей наморщил лоб.

— Называться как будешь. Должно же быть какое-то сообщество, группа или еще что-то.

— А-а-а, понятно. Подумаю.

По ставшему вдруг задумчивым выражению лица сына Роберт догадался, что процесс придумывания уже запущен.

— Долго не думай. Спокойной ночи.

— Спокойной. — Матвей даже не обернулся. Его захватила новая идея.

Глава 32

Олег застыл перед дверью, ведущей на чердак, в оцепенении и полной растерянности: замка, который он аккуратно закрыл сегодня утром, не было, и рваный черный шов сварки красноречиво говорил, что отмычки здесь бессильны. Произошло то, что пугало больше всего, а теперь явилось полнейшей неожиданностью — он не мог попасть туда, где хранилось все его имущество. Лишиться всего и сразу было страшно, а потерять планшет и деньги — почти невосполнимо. Он спустился на пролет между этажами и присел на корточки, прижавшись спиной к стене. Первый миг растерянности проходил. На чердак выходило пять подъездов, а значит, одну дверь должны оставить.

— Ага, пришел! А что говорил?! Квартиру смотрел? Здесь бомжам не место. — Уже знакомая соседка, которая видела его однажды, смотрела из-за чуть приоткрытой двери, не скрывая злорадства.

Заметив, что Олег обернулся, она быстро хлопнула дверью, и было очевидно, что теперь наблюдает за ним, прильнув к глазку. Оставаться здесь смысла не было. Он вышел на улицу, теперь уже не скрываясь, и решительно подошел к следующему подъезду. Быстро посчитав номера квартир, набрал первую попавшую.

— «Скорая». В восемьдесят третьей не отвечает домофон. Откройте, был вызов. — Голос звучал уверенно, и заветная мелодия известила, что, как он и предполагал, уточнять детали никто не будет.

Пусть потом смотрят в окно, пусть удивляются, что нет машины, — это уже не имело значения. Сейчас ему нужно срочно подняться наверх и убедиться, что там есть замок. А уж открыть он как-нибудь сможет. Но картина, представшая перед глазами, не порадовала новизной — как и предыдущая, эта дверь также была заварена. Было начало десятого вечера, уже зажглись фонари, и неумолимо подбиралась ночь, заставляя нервничать все сильнее. Только сейчас до Олега дошло, что ночевать на улице он отвык и даже с каким-то страхом представляет ближайшие перспективы. Он ощупал карман — с собой ничего подходящего из инструмента не было, но для начала важно оценить степень сложности замка. Надежда на то, что еще не все потеряно, оставалась. Сейчас он решил изменить порядок и начать с первого подъезда.

— «Скорая». В пятнадцатой не отвечает домофон. Откройте, был вызов. — Он не здоровался, как часто делают выполняющие механическую работу люди.

Дверь снова отворилась, донеся из динамиков лишь тяжелый вздох, раздосадованных поздним вторжением хозяев. Но это сейчас волновало меньше всего. Ни в этом, ни в следующем подъезде ничего обнадеживающего Олег не увидел — двери были заварены. Последний шанс и последний подъезд, также открывшаяся дверь, и Олег даже рассмеялся про себя, поражаясь простоте и действенности идеи. Не оглядываясь по сторонам, забыв привычную осторожность и аккуратность, он почти бегом поднялся на верхний этаж, заметив, что дыхание сбилось, и он вот-вот зайдется в кашле, нападающем приступами при активной нагрузке. Еще издали он заметил, что пугающих следов сварки нет, и не смог скрыть радость, понимая, что в очередной раз оказался прав. То, что найти тайник не смогут, Олег практически не сомневался. Он и раньше замечал следы присутствия на чердаке посторонних, но все всегда было нетронуто. Был легкий страх, что замок окажется посложнее того, который был в его подъезде, но и это не большая проблема. В карьере был спрятан хороший набор отмычек, и придется потерять время, чего на самом деле не хотелось. Олег вдруг почувствовал, что не столько устал, сколько перенервничал в эти двадцать минут. Он уже потянулся к замку, когда понял — гаснет последний луч оптимизма — для открытия двери нужен чип. Научно-технический прогресс сделал его навыки бесполезными, и идей не было.

Олег устало опустился на скамейку у подъезда. Было холодно, но не настолько, чтобы не пережить одну ночь. Чуть позже можно даже подняться в свой подъезд и дремануть между этажами. Вот только хорошо бы картонку какую найти, чтобы не на бетон ложиться. Пришлось признать, что сегодня он в тупике, и сама проблема оказалось слишком неожиданной. Завтра нужно что-то изобретать, но с идеями дела обстояли не очень хорошо.

— Что-то вы сегодня полностью себя раскрыли, — уже знакомая дама с собачкой с интересом рассматривала Олега, который выглядел абсолютно подавленным. — То прячетесь, то перебежками, а вот сидите на скамейке. Что голову повесили? Домой не пускают? Если, конечно, такой вопрос не ставит вас в неловкое положение. — В ее голосе звучали и ирония, и участие, и еще что-то, что было не обидным, скорее, даже располагающим к разговору.

— Есть, по меньшей мере, три причины, почему выгнать меня невозможно.

— Даже любопытно, что сможет придумать мистер невидимка. Все как всегда: пропили до последнего, а теперь пора браться за голову, но белая горячка рассорилась со всеми, кто еще мог куда-то впустить?

— Вы как-то однобоко мыслите. — Олег вдруг понял, что оправдываться не собирался, но позволить думать о себе этой женщине в таком тоне не может. — Я не пью. — Он не удержался и добавил: — Почти. — Слишком неестественно выглядела полная категоричность.

— И… — Она явно ждала продолжения.

— Во-первых, выгнать меня некому. Во-вторых, я сам решаю, что мне делать, а в-третьих… — Он уже понял, что даже «во-вторых» звучало глупо, а признаваться в том, что выгнать его неоткуда, было как признание в собственном бессилии.

— Я продолжу. — Губы «дамы с собачкой» улыбнулись, но в глазах вдруг мелькнула грусть. — Выгнать вас неоткуда, потому что дома нет. Странно, что вы боитесь об этом говорить. Только не очень понятно: на обычного бомжа вы не похожи. На то, что пропили квартиру, — тоже не похоже, а почему у вас никого нет и некуда пойти, признаться, непонятно.

— Поздравляю! Вы угадали все буквы и теперь можете открыть слово. — Олег встал. Торчать у подъезда больше смысла не было. Время шло, а где ночевать было абсолютно неясно.

— Приятная и абсолютно бесполезная гордость. Куда пойдете? На вокзал? Ночи не сказать, чтобы теплые. — Она не дала Олега возможности ответить и добавила: — Пойдемте. Конечно, с моей стороны, это не самая удачная идея, но