Все, что останется - Сергей Леонидович Калинин

Ждать пришлось недолго. Уже, можно сказать, знакомый адвокат появился, как всегда, раньше указанного на вывеске времени начала работы. Нужно было еще успеть и в магазин, потому Олег не стал дожидаться формального открытия, приблизившись к открывающему дверь Роберту:

— Доброе утро. Не хочу показаться нахалом, постоянно врывающимся раньше положенного времени, но мой график совпадает с вашим, а потому других вариантов и нет.

— Оставим условности. — Роберт пропустил гостя вперед. — Я привык пить с утра кофе. Компанию составите? — Почему-то в этом странном мужчине он видел не обычного клиента, а кого-то загадочного.

— Если есть, то лучше чай. Что-то не привык я к кофе.

— Жду сегодня вашу подопечную. Новости обнадеживающие. Думаю, что до осени проблемы решим.

— Хорошо бы. Девочки они хорошие. — Олег подумал, что сегодня и сам собирался ждать Настю с новостями, но неожиданно узнал раньше нее. — Вы ей подробнее потом расскажите, что делать. А то она вечно переживает за все и, боюсь, что-то упустит.

— Разберемся. Ну, так что у нас? — Роберту не терпелось услышать, что же привело сюда этого не похожего на типичного зека человека.

— Рассказывать мою историю смысла нет. Вся сложность в том, что я бывший… — Олег многозначительно посмотрел и по ответному взгляду почувствовал, что его поняли. — И срок немалый, и бомж я теперь. В общем, я знаю, как делать правильно, но ко мне все правильное отношения не имеет.

— Интересно. — Роберт поставил перед гостем чашку.

— У меня есть работа, которая почти завершена, но я боюсь ее потерять. Кроме того, сейчас наступает самый сложный этап, который вызывает больше сомнений, нежели уверенности. Впрочем, это не суть. Мне нужно сделать так, чтобы все права я смог передать определенному человеку, который пока ничего знать не должен.

— Случай, когда ничего не имеющий хочет оставить наследство не самый распространенный в нашей практике. — Роберт улыбнулся, заметив искру недоверия в глазах посетителя. — Но здесь, видимо, есть что-то, что может представлять определенный интерес. Вряд ли вы бы так долго собирались ко мне, если бы мы рассматривали нечто тривиальное. Теоретически такой договор возможен, и я могу представлять ваши интересы, но для начала хотелось бы понимать, кто вторая сторона. Допустим с вами ситуация ясна, но как вы себе представляете не ставить в известность получателя результатов вашего труда мне, честно говоря, представить сложно. К тому же возникает проблема и в том, что к нотариусу вы не идете, видимо, по причине невозможности удостоверить личность. — По утвердительному кивку Роберт удостоверился в справедливости своих сомнений. — Значит, и с заключением договора возникнут проблемы того же характера. Если кто-то отыщет этот незамысловатый факт, это автоматически сведет на нет все потуги. Нужно искать другой путь. И это пока лишь вопросы общего порядка. Я даже не спрашиваю предмет договора, но чувствую, что и там у нас не все просто.

— Все верно. Я думал об этом, но до последнего надеялся, что справка об освобождении сойдет.

Несмотря на то что в голосе Олега прозвучало нескрываемое разочарование, заметить в нем подавленности Роберту не удалось. Пришлось с некоторым удивлением отметить, что новость не стала сюрпризом для человека, на первый взгляд оторванного от цивилизации. Уровень специфических знаний чувствовался, но откуда? Впрочем, это вполне мог быть опыт, полученный в местах заключения, где порой приобретаются самые разные и неожиданные навыки. Да и не родился же он, в конце концов, в тюрьме, а значит, «все мы учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь».

— А что мешает просто получить паспорт? — Роберт недоуменно развел руки. — Это решит все вопросы, и не придется выдумывать бог знает что. Мне кажется, вы слишком усложняете проблему.

— Идея хорошая, но теперь уже ни к чему. Ворошить прошлое поздно, да и проблематично. — Олег встал, показывая, что разговор подошел к концу. — Похитил я ваше время, вот только что делать теперь, и сам не понимаю.

— Но вы заходите. Тем более очень интересно, что вы скрываете. — Роберт протянул руку.

— Еще и сам не знаю, стоит ли оно того. — Олег пожал руку, почувствовав силу и дружелюбие в этом человеке. На самом деле, он точно знал, что вернется, вот только нужно чуть скорректировать его замысел.

Август с первых дней не баловал погодой. Постоянный мелко моросящий дождь, резкие и неожиданные порывы ветра, затянутое тучами небо — все напоминало осень, и уж никак не разгар дачного сезона. Олег разбирал товар, погруженный в свои мысли. Ничего из того, что было запланировано изначально, не получилось, а в последний момент что-то удержало от мысли отдать конверт. Теперь приходилось серьезно задуматься, кому можно доверить его на хранение.

— Олег, у нас что-то свет в кладовке не работает. Ты не глянешь? — Голос Веры вырвал его из забытья. — Ты последнее время сам не свой. Уж не влюбился ли? Да и молодка зачастила. Никак бес в ребро? — Теперь показались еще и нотки ревности. Все эти манеры что-то делить и предъявлять вызывали лишь раздражение. Он никогда ничего никому не обещал, и отвечать на глупые вопросы было просто смешно.

— Ну-ну. — Олег хотел огрызнуться, но успел передумать. Слишком мелким выглядел этот невинный вопрос Веры и не стоил нагнетания напряженности. — Куда мне? Песок сыплется, и пора приглядывать место на сухом пригорке, а не мечтать о романтике.

— Тебе?! — Продавщица, подбоченясь, наблюдала, как Олег меняет лампочку. — Да ты еще всем молодым фору дашь! Эх, ну почему ты несговорчивый такой? Ведь хороший же мужик. И руки золотые. Как тебя не подобрал-то никто?

— Вера, Вера, да старый я. Нет у меня ничего. Ни дома, ни хозяйства. Ничего. — Показалось, что в тоне прозвучало сожаление, но это была лишь минутная слабость. — Так что «души неопытной волненья, смирив со временем (как знать?)», — Олег включил свет и обернулся к Вере, — ищи себе по сердцу друга и будешь верная супруга и добродетельная мать.

Вера замерла, так и не поняв, что прозвучало в этих словах. Где-то на уровне инстинкта она чувствовала подвох. Рифмованные строки казались смутно знакомыми, вот только где она слышала что-то похожее, вспомнить никак не получалось.

— Странный ты. Все знаешь, все умеешь, а один постоянно. Разве может человек быть один? Как ты живешь-то? Не приготовит никто, не пожалеет. — Это был тот момент, когда посетителей не было и можно было на минутку расслабиться, забыв о текущих делах.

— Я привык. — Олег даже не смотрел в сторону продавщицы, словно пряча истинные чувства.

— Я бы не смогла. Правда, сын что