Прикоснись к моему сердцу - Ники Сью

Силы почти покидают, когда я вырываюсь из объятий Беркута. В ушах застыл шум, вокруг будто поселилась давящая тишина, хотя музыка продолжает орать на полную громкость. Мир никто не ставил на паузу.

Кир какое-то время удивленно смотрит на меня, явно не ожидал подобной реакции. Что ж, таким парням, в самом деле, не отказывают. Уверена, в его кровати побывал не один десяток девушек, которые после остались с разбитыми сердцами.

– Забудь меня! – отдышавшись, наконец-то решительно произношу я.

– Вот как? – уголок его губ слегка изгибается, хотя мне кажется, это не улыбка, а раздражение или что-то еще, я плохо понимаю этого парня…

– Именно! – Поправляю платье, пытаясь не думать, что на теле остались отпечатки от прикосновений Беркутова.

И пока он молча сканирует меня строгим взглядом, я спешу сделать два шага назад. Пора уходить. Пора возвращаться в реальность, от которой я катастрофически устала.

Разворачиваюсь, но Кир вдруг хватает меня за кисть и заставляет повернуться.

– Чт…

– Ты попала, девочка. – В его глазах пляшут бешеные черти, а тон голоса – будто оружие массового поражения.

– Беркутов…

– Серьезно попала, Ди.

Глава 45 – Диана

– Согласна, – пытаюсь перекричать музыку, а потом вырываюсь и стремительно ухожу в сторону выхода. Одна мысль, что прямо сейчас могу сдаться – убивает. Да, мне нравится Кирилл, нравится, как он смотрит на меня и как от его прикосновений каждый участок на теле словно оживает. Но быть девушкой на замену или, чего хуже, той, кто отбила парня, я не хочу. Это против моих принципов.

Оказавшись в пустом коридоре, я сворачиваю к туалетной комнате. Хочу немного успокоиться. Однако не успеваю пройти дальше, как меня перехватывают за руку и тянут на себя. Я упираюсь ладонями в мужскую грудь.

– Долго собираешься прятаться? – голос Кирилла теперь звучит не так дерзко и насмешливо, как пару минут назад. Он снова мягкий, теплый, в нем хочется укутаться, закрыть глаза и тонуть, пока не погаснет последняя звезда.

– Долго, – с нескрываемой обидой выпаливаю и дергаюсь, чтобы отойти от Беркута. Но он не дает: кладет руку мне на талию и крепко прижимает к себе, явно понимая, что может потерять. И это почему-то цепляет, ранит похуже любого лезвия.

– Это неправда, – на выдохе говорит Кирилл, и я в изумлении перевожу на него взгляд.

– Что? О чем…

– Лера не моя девушка, и тот концерт, который она закатила тебе… прости, – он смотрит мне в глаза так, словно готов уничтожить весь мир, лишь бы я поверила ему. Вполне возможно, что это мое глупое девичье сердце спешит с выводами.

– В смысле?

– Давай поговорим. Объясняться практически в туалете – не лучшая затея. Обычно сюда ходят по двум причинам, но мы вроде ни к одной не относимся. – Он улыбается, и мне отчего-то тоже хочется улыбнуться, несмотря на то, как пошло звучит его фраза.

– Я тебе не верю, – шепчу, боясь, что по-настоящему обожгусь, если дам нам шанс.

– Зачем бы я тогда названивал тебе? Писал сообщения? И вот, – Кирилл отпускает меня, разводя руки в сторону, – притащился сюда, сгорая от ревности. Я ведь говорил тебе, Ди! – он наклоняется и последнюю фразу выдыхает мне прямо в губы. От его близости кружится голова, а руки покрываются мурашками, стоит только вспомнить, как недавно сжимала его в своих объятиях. – Ты мне нравишься. Настолько, что я сошел с ума. И я не откажусь от тебя, даже если решишь убегать вечно.

Пленительный темный взгляд полон решимости, но мне кажется, что я вижу в нем ранимость. Будто и правда думает, что я прогоняю его. Разве я смогу?

– Не устанешь догонять? – мой голос приобретает игривость, я капитулирую под натиском обаяния этого парня.

– Я футболист, крошка, – весело отзывается Беркут. – Мы сотканы из бега. Боюсь, ты первая сдашься.

Я сглатываю и отворачиваюсь, ощущая, как в груди слишком быстро бьется сердце. Кирилл обхватывает пальцами мой подбородок, заставляя посмотреть на него.

– Давай поговорим.

Мимо нас проходит несколько пьяных девушек, задевая меня плечом. В их взглядах полная доступность, жажда отдаться Кириллу, и это вызывает во мне невероятную волну ревности. Не понимаю, что со мной происходит.

– Ладно, – соглашаюсь я, пытаясь начать мыслить трезво. Никогда не страдала синдромом «розовых очков», но с Кириллом все какое-то до боли необычное и незнакомое.

– Пошли, – он берет меня за руку, переплетая наши пальцы. Ладонь у него горячая, словно раскаленный уголек. Мы покидаем клуб под звуки собственных стремительных шагов. Я напрочь забываю про Алину, которая осталась в клубе. Хотя уверена, она найдет себе компанию и не вспомнит про меня.

Оказавшись на улице, мы какое-то время молча бредем по тротуару. Ничего не говорим, просто держимся за руки, точно школьники, которые сбежали из дома, чтобы хотя бы несколько минут побыть вместе. От этой близости захватывает дух и сжимается сердце, я ощущаю себя как никогда живой, будто впервые вдохнула глоток свежего воздуха.

У ближайшей скамейки Кир останавливается, и мы садимся. Он перекидывает ногу через лавку, садясь ко мне лицом, но при этом продолжает сжимать мою ладонь. Свет фонаря, возвышающегося рядом, в сумраке ночи создает какую-то невероятную магию ситуации, когда два влюбленных человека вот-вот пересекут границы дозволенного. Если моя интуиция, конечно, в очередной раз не подводит.

– Ты ужасная девушка, знаешь это, Ди? – Беркутов начинает говорить первым. Его глаза так искрятся, что мне кажется, в них отражаются звезды.

– А ты ужасный парень. Мы квиты.

– Мне нравится, что ты не пытаешься соответствовать моим ожиданиям, – уголки его губ изгибаются в игривой улыбке. Это заставляет меня смутиться.

– Почему-то так получается только с тобой, – честно признаюсь я, вспоминая Дениса, родителей, даже проклятый студсовет.

– Значит, ты сходишь по мне с ума и жаждешь понравиться, – в очередной раз Кирилл умело разбавляет ситуацию, заставив меня облегченно выдохнуть и оттолкнуть на второй план переживания о семье и прошлом.

– Что насчет той девушки? – напоминаю я и убираю руку.

– У нас с ней было что-то вроде свободных отношений, – Беркутов не отводит от меня взгляда. Он не юлит, не пытается оправдаться, и я ловлю себя на мысли, что мне импонирует его честность.

– Было?

С губ Кирилла слетает тяжелый вздох.

– Орлова, я тебе сейчас скажу одну вещь, которая разом завершит этот разговор о моих бывших подружках.

– И что же это?

– Я верный пес Хатико, который уже два месяца, или сколько там прошло с момента нашего официального знакомства, ни с кем не спал.

Мои щеки моментально заливаются румянцем, а сердце превращается