Оллингтонский Малый дом - Энтони Троллоп

стать их младшим собратом. До сих пор мистер Паллисер отклонял все предлагаемые ему незначительные должности, терпеливо выжидая время; он еще не впрягся в ярмо той или иной партии, хотя во всем, безусловно, держался либерального направления. Читал он много и не просто что подвернется под руку, а тщательно прорабатывая огромную массу книг по мировой истории – собирая копилку фактов, хотя, возможно, не приобретая способности использовать эти факты иначе, чем в качестве прецедентов. Еще он прилежно изучал языки, и не без успеха, если считать успехом сносное понимание. Это был узколобый, кропотливый, порядочный человек, готовый посвятить всю молодость трудам, чтобы в старости ему позволили заседать среди советников королевства.

До сих пор молва не связывала его имя ни с одной женщиной, однако в последнее время многие отмечали, что его часто видят в одном помещении с леди Дубелло. Больше никаких поводов для пересудов они не давали, но, если вспомнить, как мало оба были склонны к выражению чувств, даже это казалось достойным упоминания. Мистер Паллисер, безусловно, иногда разговаривал с ней почти заинтересованно, а леди Дубелло, заметив его, поднимала голову с некоторым оживлением и смотрела так, будто на нем и впрямь стоит задержать взгляд. Никто не умел воспользоваться подобными намеками лучше леди Де Курси. Многие, узнав, что мистер Паллисер будет в замке, дивились, как ей удалось его заманить. Другие так же удивлялись, что она сумела зазвать к себе леди Дубелло. Однако, как только стало известно, что эти двое будут в Курси вместе, все знакомые графини признали, что она чрезвычайно умна. Залучить мистера Паллисера или леди Дубелло само по себе было бы победой, но залучить обоих, дав каждому понять, что другой будет здесь, – вот истинный триумф! В случае леди Дубелло, впрочем, сделка оказалась не совсем честной, поскольку мистер Паллисер приехал в замок всего лишь на две ночи и день, причем весь этот день провел за изучением парламентских протоколов. Что до леди Де Курси, ей было все равно, чему он посвящает свое время – протоколам или леди Дубелло. Мистер Паллисер посетил замок Курси, и ни друзья, ни враги не смогут опровергнуть этот факт.

Сегодня был его второй вечер в замке, а поскольку он обещал на следующий день в час встретиться со своими сильвербриджскими избирателями, дабы разъяснить им свое поведение и мировую политику в целом, и оттуда в Курси возвращаться не собирался, времени у леди Дубелло было в запасе совсем немного. Никто, впрочем, не сказал бы, что она стремится единолично завладеть вниманием мистера Паллисера. Когда он вошел в гостиную, она сидела одна на большом низком стуле без подлокотников, позволявшем расправить ее платье на всю ширину, но с выгнутой спинкой, чтобы удобно опереться. С тех пор как дамы покинули столовую, она сказала от силы три слова, однако ничуть не тяготилась скукой. Леди Джулия вновь одолевала графиню рассказом про Лили Дейл и мистера Кросби, и Александрина почти в ярости отошла в противоположный конец комнаты, не скрывая, что ее это задевает.

– Хоть бы они скорее поженились и покончили с этим, – сказала графиня, – и мы больше о них не слышали.

Все это леди Дубелло слушала с некоторым интересом. Она запоминала подобные высказывания, усваивая отсюда, кто есть кто, и соответственно меняла свое поведение. По-своему эта молодая дама каждую минуту проделывала большую работу, даже если выглядела праздной. Так она сидела, не открывая рта, разве что отвечала коротко на какую-нибудь лесть окружающих. Когда отворилась дверь и вошел мистер Паллисер, леди Дубелло подняла голову, и лицо ее осветилось еле заметным удовольствием. Однако она не сделала попытки с ним заговорить, а когда он подошел к столу, взял книгу и простоял с ней четверть часа, дама не выказала и не ощутила нетерпения. После этого вошел лорд Дубелло и встал у стола безо всякой книги. И по-прежнему леди Дубелло не чувствовала нетерпения.

Плантагенет Паллисер пролистал книжечку и, вероятно, узнал что-то новое. Затем он положил ее, отпил чаю и заметил леди Де Курси, что, если он не ошибается, Сильвербридж всего в двенадцати милях отсюда.

– Я бы хотела, чтобы он был в ста двадцати милях, – сказала графиня.

– Тогда мне пришлось бы выехать сегодня вечером, – возразил мистер Паллисер.

– Коли так, лучше бы он был в тысяче двухстах милях, – сказала леди Де Курси.

– В таком случае я вообще не мог бы приехать, – ответил мистер Паллисер. Он не хотел обидеть хозяйку, просто констатировал факт.

– Нынешние молодые люди такие невежи, – пожаловалась графиня своей дочери Маргаретте.

Мистер Паллисер пробыл в комнате почти час, прежде чем оказался подле леди Дубелло; подле нее, причем больше никого очень близко к ним не было.

– Я не рассчитывал застать вас здесь, – сказал он.

– А я – вас, – ответила она.

– Хотя, если подумать, мы оба близко к нашим домам.

– Мой отсюда далеко.

– Я о Пламстеде, доме вашего отца.

– Ах да, когда-то это был мой дом.

– Мне бы хотелось показать вам дом моего дяди. Замок очень хорош, и там есть замечательные картины.

– Мне об этом говорили.

– Вы надолго здесь?

– О нет. Послезавтра я уеду в Чешир. Лорд Дубелло всегда едет туда в начале охотничьего сезона.

– Ах да, конечно. Какой же он счастливец! Все его время принадлежит ему. Избиратели, полагаю, никогда его не тревожат?

– Да, насколько я знаю, особо не тревожат.

После этого мистер Паллисер снова отошел, и леди Дубелло провела остаток вечера в молчании. Надо надеяться, десять минут задушевного разговора искупили для них все неудобства визита в замок Курси.

Однако то, что нам кажется невинным, строгие моралисты в доме расценили совершенно иначе.

– Клянусь Богом! – сказал Досточтимый Джордж своему кузену мистеру Грешему. – Интересно, как Дубелло это нравится.

– По-моему, Дубелло смотрит на это сквозь пальцы.

– Некоторые мужчины на все смотрят сквозь пальцы, – сказал Джордж, который со времени собственной женитьбы привык ужасаться подобным безобразиям.

– Она начинает немного показывать свою натуру, – сказала леди Кландидлем леди Де Курси, когда эти пожилые дамы оказались рядышком у камина в какой-то малой гостиной. – В тихом омуте известно что водится.

– Не удивлюсь, если она с ним сбежит, – сказала леди Де Курси.

– Он никогда не сделает такой глупости, – возразила леди Кландидлем.

– По-моему, мужчины способны на любую глупость, – заметила леди Де Курси. – Но разумеется, если так, все кончится ничем. Уж я точно знаю человека, который не огорчится. Если кому надоела жена, так это лорду Дубелло.

Однако в этом, как и почти во всем остальном, злобная