Бремя Господне. Евангелие от Ленни Белардо - Паоло Соррентино

– Нет, Он переехал. Перебрался в созвездие Пегаса, созвездие для состоятельных обитателей. Купил маленький заброшенный замок. Теперь его ремонтирует.

– А чем Он занят сейчас?

– Собственноручно красит стены кухни.

– Я бы охотно Ему помог. В юности я работал каменщиком.

56

Войелло и сестра Мэри.

– В любом случае вот речь, которую я написал для папы. Всю ночь трудился без отдыха. Делайте с ней что хотите. Государственный секретарь должен предложить святому отцу текст речи, я выполнил свою обязанность. Теперь пусть сам решает. Позвольте мне только сказать одну вещь. Это хорошая речь. Уравновешенная, осторожная, учитывающая разные позиции.

– Весьма дипломатично. Разве вы не поняли, что папа нечувствителен к дипломатии?

– Зря. Мы необычное государство, дипломатия – все, что у нас есть, помимо нескольких дворцов и произведений искусства. Тем не менее повторю: это хорошая речь. Я вложил в нее всю страсть, на какую только способен.

– Ту же страсть, с которой болеете за “Наполи”? По слухам.

– Синьора, я очень люблю футбол, это правда. Но я также очень люблю Бога. Я знаю, что такое церковь, знаю, что такое вера, знаю, что такое любовь. И это не пустые слова. Я знаю, что такое любовь!

57

Войелло и сестра Мэри.

– Я не понял, почему святой отец был сегодня утром настолько резок с вами, сестра Мэри.

– Ваше высокопреосвященство, он произнес прекрасную речь. Уравновешенную, но это равновесие основано на любви. Такой и должна быть любовь, когда она проявляется в полной мере. Любовь – триумф равновесия. И гармонии. Когда тебе ничего больше не нужно.

Я же никогда не знала, что такое любовь. Я никогда не жила. Но я оказалась в правильном месте – в государстве, полном потерянных душ, которые никогда не жили. В вашей речи хорошо объяснялось, что такое любовь, и вы правы. Вам, ваше высокопреосвященство, известно, что такое любовь.

– Никто со мной так не разговаривал. Все воспринимают меня только как злого и опасного человека. Я же полон любви. И вы это поняли.

– Для этого и нужен ангел-хранитель. Чтобы понять, что прячется в глубине души.

58

Кардинал Спенсер и Ленни Белардо. Спенсер был духовным отцом Ленни, настоящим наставником.

– Некоторые утверждают, что ты святой. Если это правда, то ты плохой святой. Ты не умеешь любить. Возлюби ближнего, как самого себя. Но если ты не любишь самого себя, как же ты можешь любить других? Как папа ты станешь несчастьем и для церкви, и для Бога. Мне это известно, потому что я знаю тебя лучше других. Ты не выдерживаешь противоречия: внешне молодой, внутри дряхлый. Противоречие – это стресс.

– Ответственность – это стресс.

– Нет, ответственность придает сил.

59

Спенсер.

– Но я от тебя ничего не жду. Ты никогда не умел любить, потому что не мог любить.

60

Я боюсь вечера. Вечер не приносит мне утешения.

61

Сестра Мэри и Ленни Белардо.

– Что случилось, ваше святейшество?

– Ничего не случилось. Расскажи о моих родителях.

– Все, что мне было известно, я сразу же рассказала, когда вам было семь лет, и повторяла вам каждый вечер, перед сном.

– Повтори еще раз.

62

Сестра Мэри и Ленни Белардо.

– Родители оставили вас в приюте. Сказали, что больше не могут о вас заботиться и что им нужно в Венецию.

– И ты не спросила, зачем им в Венецию?

– Мы не задавали вопросов. Таковы были правила.

– Как они выглядели?

– Я не помню. Я видела тысячи родителей, которые оставляли своих детей, я не могу помнить всех.

– А я их помню. Или вспоминаю во сне. Путаю явь и сон. Если путать явь и сон, начинаешь сходить с ума. Теоретически они могут быть еще живы.

– Им должно быть семьдесят с небольшим.

– И они могут до сих пор находиться в Венеции.

– Да где угодно.

63

Я ищу повсюду. Молюсь повсюду. И не вижу Бога. Потому что не вижу отца. Потому что не вижу мать.

64

Сестра Мэри и Ленни Белардо.

– Зато я вижу всё.

– Что ты видишь?

– Божий промысел. Сложный план, и в его основе вы, ваше святейшество, который проходит через боль сироты…

– Не факт, что я сирота.

– …проходит через мрак и боль одиночества и достигает света. Света, который превращает вас в наместника Божия на земле. Все совершенно ясно.

Ленни резко оборачивается, услышав шум из‐за закрытой двери. Затем смотрит на сестру Мэри, которая остается бесстрастной.

– Кто это там?

– Никто. Если не верите, можете сходить и проверить. Это государство – ваше, святой отец, а значит, и эти апартаменты ваши.

65

Меня никто не любит, поэтому я жду от всех подлостей.

66

Сестра Мэри и Ленни Белардо.

– Святой отец, я вижу в вас отражение Иисуса.

– А в Дюссолье?

– Другое отражение Иисуса. Но более бледное.

67

Ленни Белардо и Агирре.

– Ваше высокопреосвященство, что привело вас в церковь?

– Жизнь коротка. Я сделал выбор в пользу вечности.

68

Ленни Белардо и церемониймейстер Гутьеррес рассматривают позолоченную лепнину на потолке базилики Святого Петра. Папа ласково спрашивает:

– Вы осознали, что церковь – ваше призвание, во взрослом возрасте?

– Нет, я услышал зов прямо здесь, в этом месте, мне было шестнадцать лет. Здесь, в месте, куда утекает время, куда уходят майские дни. Увидел свет, который обратился ко мне и сказал: “Успокойся, Бернардо, успокойся”. Это был мой внутренний голос. Или голос кого-то другого сказал за меня.

Мальчик становился мужчиной. Но голос повторял: “Я и впредь буду защищать того ребенка”.

Куда же уходят дни?

Куда уходят майские дни? Мальчик стал мужчиной.

Моя мать, мой отец были здесь вместе со мной.

Они смотрели на меня, но больше не были собой. И я больше не был собой.

“Куда уходят дни?” – спрашивал голос.

“Сюда”, – ответил я.

А голос спокойно сказал: “Да, правда, но я и впредь буду защищать того ребенка”.

69

Гутьеррес и Ленни Белардо.

– Доверьтесь, ваше святейшество.

– А вдруг это вы святой, Гутьеррес?

70

Дон Томмазо, боязливый исповедник, и Ленни Белардо.

– Бог еще там? Он еще в богатом созвездии Пегаса?

– Не знаю. Сегодня я Его не вижу. Сегодня у меня не получается Его увидеть.

– Как жаль!

71

Ленни Белардо размышляет над речью, которую написал для него Войелло. Он склонен ее произнести, но пока ему не хватает смелости.

– Мои дорогие верующие, простите, что задержался! Посмотрите на меня. Нет, не на меня, а вверх, в небо. Вы видите Бога? Нет? Не видите? Не страшно. Тогда взгляните на того, кто стоит рядом с вами. Взгляните на него с радостью и вспомните слова Блаженного Августина: “Есть то, что ты можешь представить, если