Соболезнуем вашей утрате - Джесси Энн Фоули

Был, конечно, просто не то чтобы на сто процентов. Нока тогда слишком занимала умственная и душевная подготовка к предстоящей на следующий день решающей третьей игре Национальной лиги — на территории врага, в Лос-Анджелесе.

— Был, но, как бы это сказать… не совсем.

— Отлично понимаю. — Маркус поднял руку и похлопал Нока по плечу. — Понимаю и сочувствую. Однако, друг мой, ты облажался.

— Да ладно! — Нок выдавил улыбку. — Что там может быть такого трудного?

Маркус поднял трубочку к губам и насмешливо дунул в нее, обдав его своим несвежим дыханием.

— Флаг в руки.

Оставив одноклассника заканчивать его противозаконную глиняную поделку, Нок взял ключ и вышел в коридор. Фотолаборатория представляла собой бывшую кладовку, примыкавшую к классу. Нок здесь еще не был. Повозившись ключом в замке, он вдруг понял, что тот не заперт…

— Закройте дверь!

Голос, резкий, но с легким акцентом — кажется, где-то Нок его уже слышал, — прозвучал так неожиданно, что он попятился, врезавшись в твердое. Что-то с металлическим лязгом полетело на пол.

— Черт, я… извините…

Глаза привыкли к слабому красному свету, придававшему крохотной каморке зловещий вид. В паре шагов стояла Эбби Тесфайе, та девушка из фотокружка.

— Осторожнее, — предостерегла она, снова поворачиваясь к рабочей поверхности с какими-то жидкостями в больших сосудах. — Здесь куча разного хрупкого оборудования, мистер Хьюз убьет нас, если мы что-нибудь сломаем.

— Извини, — пробормотал Нок, наклоняясь подобрать пластиковые бутылки и металлические поддоны, которые свалил. Так по-идиотски войти — это надо было умудриться. — Мне просто нужно, типа, пленку проявить, и я тут же уберусь.

— А, ладно. — Эбби бросила взгляд через плечо. — Сперва ее, наверное, перемотать надо?

— Да, — тупо повторил Нок. — Перемотать. Конечно.

Облокотившись на стойку, девушка наблюдала, как он вертит фотоаппарат в руках, ощупывая разные кнопки и рычажки.

— Помощь нужна?

Нок, робко взглянув на нее, протянул камеру. Эбби, взяв, покрутила миниатюрную рукоятку в уголке и отщелкнула заднюю крышку. Потом вытащила кассету с пленкой и уронила на протянутую ладонь.

— Без обид, но неудивительно, что у тебя такие плохие оценки.

— Спасибо, — поблагодарил Нок.

— Мне выключить свет?

— Зачем?

— Чтобы не испортить пленку.

Нок смутно помнил, как мистер Хьюз объяснял что-то про светочувствительность, но вместо подробностей в голове возникала только картинка Мигги Монтеро, вышедшего отбивать на замену, и великолепного, посылающего мяч прямо в небо удара в восьмом иннинге важнейшей игры после ничьей. При двух удаленных игроках и заполненных базах это была просто мечта! Хоум-ран, и дом Флэнаганов сотрясся от крыши до основания!

— Э-э… — пробормотал Нок.

Эбби со вздохом протянула руку и щелкнула выключателем у него за плечом. Комната погрузилась в такую кромешную темноту, будто к глазам прижали камни.

— Теперь, — послышался голос Эбби, — можно без опаски проявлять пленку.

В отсутствие зрения обострились другие чувства. Нок услышал биение своего сердца и собственное легкое дыхание, ощутил резкий запах химикатов и слабый аромат, исходивший от девушки, — кажется, лосьона для рук и какого-то неизвестного цветка. Темнота была настолько полной, что пришлось дотронуться до глаз, чтобы удостовериться — они действительно все еще открыты. Наверное, такой же непроглядный мрак царит в глубоководных областях океанов, в той невообразимой пучине, где обитают неведомые склизкие рыбы, которых когда-то мечтал изучать Патрик…

— Надеюсь, ты не боишься темноты? — пошутил Нок.

— На самом деле даже люблю, — откликнулась Эбби. Он ощущал, что она стоит прямо перед ним, хотя и не видел ее. Звучный голос разливался в окружающей черноте как колокольный звон. — Там, откуда я, ночью хоть глаз выколи. Так темно, что даже гор не видно.

— Значит, ты не из Чикаго?

— Изначально нет. В десять лет приехала сюда из Эритреи. Это такая маленькая страна в Восточной Африке. Слышал про такую?

— Конечно, слышал. Если я забыл перемотать пленку в фотоаппарате, это еще не значит, что я идиот.

— И на карте найти сможешь?

— Вряд ли, — признал Нок. — Только не подумай чего — я вообще в прошлом году на географической олимпиаде у мистера Сетона занял самое последнее место. Забыл столицу Соединенных Штатов.

— Ты серьезно?! — В бестелесном голосе из темноты слышалось искреннее изумление. — Вашингтон же!

— Да знаю, я тогда просто на секунду запутался. В смысле, Нью-Йорк ведь должен быть по логике — он больше. Я вообще не очень хорошо соображаю, когда на меня давят. Поэтому я в основном в классах для отстающих…

Эбби рассмеялась.

— Знаешь, для страны, девиз которой «все люди созданы равными», американские школьники слишком повернуты на том, в каких классах они учатся. То, что ты среди отстающих, еще ничего не значит. Я уверена, что ты умнее, чем сам думаешь.

— Ладно, — проговорил Нок, взвесив ее слова. — Может, проверим?

— Почему бы и нет. Как?

— Научи меня, как здесь чем пользоваться. Если я быстро все усвою, значит, ты права. А если нет, тогда я просто приму, что завалил ИЗО, и отстану от тебя.

— Идет, — после небольшой паузы выплыл из темноты голос Эбби. — Договорились.

Ее пальцы, коснувшись ладони Нока, забрали кассету обратно.

— Сейчас я вынимаю пленку, — принялась рассказывать Эбби. — Потом ее нужно будет намотать на катушку. Где твои руки? Помаши ими или что-нибудь в этом роде, чтобы я могла их найти.

Протянув ладони вперед, Нок зашевелил пальцами и ощутил воздушные потоки от рук девушки, нащупывающих его собственные. Наконец она поймала его запястья и потянула вверх.

— Сейчас я помогу тебе зарядить пленку. Если не будешь знать, как это делать, то и все остальное не получится.

Пальцы Нока, направляемые Эбби, просунули язычок негатива в круглое отверстие.

— Вот так, — проговорила она, отпуская руки. — Теперь нужно поместить катушку в проявочный бачок и закрыть.

Послышался шорох, стук пластика о пластик и звук заворачиваемой крышки.

— Можешь включить свет.

Нок повиновался, ощупывая стены своими большими, разлапистыми ладонями, пока не наткнулся на выключатель.

Потом Эбби перечислила, что находится в сосудах, плававших в наполненной водой раковине, — проявитель, стоп-ванна, закрепитель. Постепенно терпеливые объяснения пробудили кое-какие воспоминания о том, что мистер Хьюз рассказывал осенью. Когда Нок закончил подливать и взбалтывать различные составы, все было готово, оставалось только просушить. На стене позади стойки было что-то похожее на бельевую веревку, где уже висели на небольших крючках пленки Эбби. Нок осторожно открыл крышку и, едва прикрепив свой негатив рядом, увидел, как в маленьких блестящих прямоугольниках, словно по волшебству, появляются картинки с пляжа.

— Спасибо за совет, кстати, — заметил он, наклоняясь и всматриваясь в кадры с водой, скамейками