Дождись меня в Неаполе - Кьяра Джили

— Да, верно, но парень явно набивает себе цену, — бросает она, не жалея яда.

— Да брось, Паола!

— Фели’, как будто я что-то не так сказала! Это же правда! Можешь представить, что кто-то отказывается ехать на свадьбу, потому что ему надо на какой-то симпозиум?

— Мама, если симпозиум он сам и организовывает, конечно, ему его не пропустить! — Я защищаю Пьетро так, как могу, хотя на самом деле это лишь немного притупляет горечь.

— А оно не слишком длинное? — меняет тему мама. Она не любит говорить о моем парне, даже если выпадает шанс его покритиковать.

— И правда, как глупо с моей стороны, сейчас принесу туфли!

Дженнаро возвращается через две минуты и протягивает мне коробку с серебристыми босоножками, которые украшены так же, как и платье. И они тоже сидят идеально. С каблуками платье смотрится еще лучше.

— Лидия, ты просто красавица! Не нужно никаких правок, можешь сразу же забирать платье домой. Сейчас попрошу его отгладить, а ты потом просто повесишь его на дверцу шкафа прямо в чехле — но, пожалуйста, не помни.

— О том я позабочусь, — вмешивается мама.

Как только мы выходим из ателье, я звоню Аличе: за такое платье простая благодарность — это минимум. На сей раз кузина меня действительно удивила. Обычно она сама хочет быть красивее, милее и лучше всех.

Наверное, все-таки правда, что счастливые люди становятся добрее.

4

На виа Милле я оказываюсь ровно в десять. Несмотря на жару, я пошла пешком, вдоль особнячков в центре, пытаясь укрыться в их тени.

Утром папа предложил позавтракать у него в лавочке. Его кофе — что-то вроде символа всего квартала. Он всегда был визитной карточкой его антикварного магазинчика, который потому и прозвали «Кафе Неаполь». Каждое утро, сразу после открытия, первым делом папа не расставляет товары на витринах и не проверяет кассу: он зажигает газовую плиту, установленную в подсобке, и предлагает чашечку кофе каждому посетителю — даже если они ничего не покупают. Он готовит его в традиционном медном кофейнике, куккумеле, и поэтому вкус ни с чем не спутать: он насыщенный, нежный, а аромат проникает в нос и остается с тобой до последней капли в чашке.

Скрепя сердце мне пришлось отказаться: я одним глотком выпила тот, что приготовила мама, и быстро оделась, чтобы не опоздать на встречу, назначенную Аличе. Я не ожидала такого марафона мероприятий на целые сутки, но успокаиваю себя тем, что наконец настал день свадьбы и уже послезавтра я вернусь в Триест.

Ищу на домофоне имя косметолога, но не нахожу.

Проверяю адрес: все правильно. Уже собираюсь уходить, решив, что перепутала улицы, но тут дверь открывается.

— Лидия!

— Аличе! Что ты здесь делаешь? Ты выходишь замуж через восемь часов, разве ты не должна быть дома, чтобы вокруг тебя прыгали тетя Пуччи и подружки невесты?.. А, нет, в этот раз же вместо них только я!

Не могу поверить, что говорю так язвительно. Я и правда похожа на сорокалетнюю старую деву, озлобленную на жизнь.

И все же с моего приезда в Неаполь Аличе была сама заботливость, до неловкости. Приехала встретить меня на вокзал вместе с моей мамой, привезла сфольятелле, заказала мне платье мечты и даже подарила сеанс в салоне красоты!

— Шанталь тебя ждет. Она как раз закончила со мной, теперь твоя очередь.

Мои слова ее даже не задели. Чиче прекрасна: фарфоровая кожа, черные волосы, гладкие и блестящие, которые еще больше подчеркивают ее глаза цвета морской волны. Голубые глаза — наша отличительная черта, единственное, что у нас с кузиной общего, кроме фамилии. Хотя у нее они гораздо светлее моих и иногда кажутся почти серыми, блестя, как кубики льда. Аличе единственная из тех, кого я знаю, с течением времени и несмотря на разочарования стала выглядеть лучше. Думаю, дело еще в ботоксе, но, так или иначе, результат замечательный. Она всегда была принцессой семьи. А я — Золушкой без принца.

— На какой этаж подниматься? Имени не указано.

— Конечно указано! Но в любом случае тебе сюда, на первый этаж, я провожу.

Мы оказываемся перед стеклянными дверьми, на которых написано: «УЛУВАТУ — ОАЗИС ОЗДОРОВЛЕНИЯ».

— А… а я-то ждала обычную серьезную надпись, вроде «Косметолог», — хмыкаю я, чувствуя себя очень наивной.

— Пожалуйста, Лидия, только не назови его салоном красоты.

— Почему, извини?

— Потому что это звучит дешево, как в девяностых. Готова спорить, у себя в Триесте вы перманент делаете при помощи бигуди!

Я вдруг чувствую себя провинциальной и старомодной. В чем-то она права, этого гламура на севере пока нет.

— Знай, что мне не по себе, — отвечаю я, сделав вид, что обиделась.

— Да брось! Я тебе заказала комплекс услуг «Ревиталифт». Ты мне еще спасибо скажешь.

— Жду не дождусь массажа, мне он необходим! Говорю тебе спасибо уже сейчас.

— Массажа?!

— Ну а что еще может означать оздоровление? — удивляюсь я.

— Э-э… Лидия, я пойду. Увидимся потом, хорошо?

— Да, конечно. Или что, мне еще не поздно сбежать? — со смехом подначиваю ее я.

Чиче выскальзывает из дверей, оставив меня у ресепшена в месте, которое никак не похоже на то, где делают массаж или восковую эпиляцию. Скорее на пятизвездочный отель с ароматом дорогих благовоний.

— Я Шанталь, но можешь звать меня Шанти, — представляется женщина за стойкой. Ее широкие плечи подчеркивают осиную талию, а грудь, словно две торпеды, выпирает из идеально накрахмаленной черной форменной одежды. Густые длинные ресницы похожи на кукольные. Я смотрю на них с изумлением и любопытством: хочу спросить, какой тушью она пользуется, но боюсь показаться наивной и молчу. Интересно, сколько времени она тратит каждое утро на то, чтобы их накрасить, и, главное, сколько сил уходит потом, чтобы это все смыть, — сил и времени ее единственной, уникальной и неповторимой жизни, которую ей никто никогда не вернет. Она улыбается мне, сверкнув ослепительно белыми зубами, и я вспоминаю, что не представилась в ответ.

— Э-э, привет, я…

— Лидия, да, мы знаем. Аличе наша клиентка, она обрисовала нам ситуацию…

— В каком смысле ситуацию?

Шанталь, она же Шанти, не отвечает, но приглашает меня в комнату, где полно ультразвуковых аппаратов, и протягивает мне запечатанный пакет.

— Снимай одежду и надень это. Потом ложись на кушетку, я подойду через две минуты.

Открываю пакетик и достаю одноразовые трусики, размером не больше XXS. Верчу их в руках, но никак не могу найти перед.

— Как вас надеть-то, — смущенно бормочу я.

Шанти входит без