Поправка Джексона - Даниил Григорьевич Гуревич

Тогда Валера просто уволился. Через месяц после его возвращения в Нью-Йорк сын позвонил и сказал, что приезжать передумал. С непредсказуемостью сына Валера сталкивался неоднократно, но тем не менее очень расстроился: он потерял прекрасную работу, такую найти ему, скорее всего, не удастся.

Они с Лерой долго обсуждали, чем ему дальше заниматься, и как-то одновременно решили, что программирование, учитывая его математические способности, наилучший вариант. И Валера пошел учиться в Пейс-университет в Нью-Йорке на сетевого инженера. Впервые за долгие годы к нему пришла уверенность в его будущем. Но судьба преподнесла ему очередной сюрприз. Еще перед отъездом из России у него началась болезнь глаз. Все эти годы она прогрессировала. В последнее время он вообще мог читать и что-либо рассматривать только при помощи лупы, которую постоянно носил с собой. Поступив в университет и работая с компьютером, он разбирал текст на экране только в том случае, если сильно увеличивал его масштаб. Но когда он пришел на интервью, его уловка моментально раскрылась. О работе с компьютером можно было забыть. Вообще о любой работе надо было забыть.

И только невероятная сила духа, благодушный характер и позитивное отношение к жизни держали Валеру на плаву. А еще любовь, которую он получал от Леры, Анечки и двух своих внуков и которую дарил им сам. И не менее важное: близкие друзья, которые всегда его поддерживают и готовы в любую минуту прийти на помощь.

Жизнь никогда не покажется безнадежной, если вас окружают настоящие друзья.

Эпилог

Пока готовилась эта книга, из жизни ушел Артем Новицкий, наш друг и незаменимый участник всех наших застолий. Уход его не был неожиданностью. Болел он долго, тяжело и одновременно несколькими заболеваниями, каждое из которых могло привести к летальному исходу. И в конце концов привело. Естественно, все это время я не мог проводить с ним беседы о его жизни, как делал это с остальными героями книги. Но и обойти Артема молчанием я тоже не мог. Поэтому, опуская подробности его жизни, приведу несколько слов о том, что это был за человек. И конечно же, я не могу не сказать о его очаровательной и, как оказалось, очень мужественной жене Ксюше, которая в течение одного месяца похоронила мать и вслед за ней мужа, которого она буквально боготворила.

Артем был самый из нас яркий и самый неугомонный. Как только появлялся, он всегда, всюду и сразу привлекал к себе внимание. Он был высокий, крепкого сложения, с бритой наголо головой и с постоянной иронической улыбкой на добрейшем лице. Говорил он громко, уверенно и увлеченно. Был большим любителем поспорить, причем спорил всегда убежденно и обязательно с фактами, которые частенько казались сомнительными. Но как бы ты ни старался это доказать, увлеченность Артема сбивала с толку, и ты сдавался. Ты просто не мог устоять перед его энтузиазмом. И только Ксюша, которую он ласково называл Гюльчатай, могла остановить ее в споре, доказывая его неправоту. И он сразу соглашался с ней. При этом его лицо моментально преображалось, меняя ироническую улыбку на нежнейшую. А Ксюша отвечала ему тем же. Проходя мимо Артема, возвышающегося на своем стуле, она неизменно чмокала его в макушку. И эти их проявления любви были настолько искренни и естественны, что ни у кого из присутствующих никогда не вызывали чувства неловкости.

У Артема было еще одно качество, которое кардинально отличало его от всех нас. Он скорее походил на увлекающегося подростка, чем на солидного мужчину. Еще до навалившихся на него болезней он решил пораньше уйти на пенсию, продать дом и уехать с Ксюшей путешествовать по миру. Сначала это была большая яхта, на которой он собирался плавать по Атлантике и островам Карибского моря. Потом яхту заменил огромный дом на колесах, на котором они будут путешествовать по всем Америкам: Северной, Центральной и Южной. Ксюша с улыбкой поглядывала на нас и разводила руками. Уже заболев, он продолжал ездить по автодилерам, продающим кемперы. Его болезнь и последующая смерть казались нам такими нереальными, что мы долго не могли смериться с его уходом.

Вот таким был Артем. Он напоминал мне героев Рабле и Александра Дюма одновременно. Может быть, я не прав. Не знаю. Но мне так казалось.

* * *

В заключение несколько слов о том, как проходит жизнь моих друзей в настоящее время. Все они, естественно, прибавили в возрасте, а с ним и в весе. У них есть дети и внуки. Все дети получили прекрасное образование и вследствие этого прекрасную работу. Живут друзья в непосредственной близости друг от друга. Часто встречаются. У них даже был заведен свой ритуал: каждую пятницу они собирались на ужин у Коэнов. Приносили что-нибудь из еды и напитков и сидели допоздна, ведя бесконечные разговоры о жизни. Прошлой и настоящей. Пока с возрастом это все не стало сложнее и не прекратилось вовсе.

Но мы все равно частенько собираемся. И обязательно вместе отмечаем Новый год у Коэнов. Празднество это мы растягиваем на два шумных и насыщенных дня, что стало у нас традицией. Пока нам на это еще хватает сил.

* * *

Что же касается жизни в эмиграции автора, то я сознательно не стал заниматься собственным жизнеописанием. Это не входило в мои планы. Книга посвящена моим друзьям, и она о них. Хотя в первой части некоторые эпизоды из моей жизни и жизни моей семьи я все же рассказал, приписав их героям.

От автора

Все главы, повествующие о жизни моих друзей, записаны с их слов. Беседуя с ними, я сразу предупреждал, что не ставлю целью писать их биографии. Я лишь описываю историю их жизни, используя свое авторское воображение. После окончания каждой главы я предоставлял написанный материал на их одобрение. И после необходимых изменений, если такие случались, я считал, что работа над главой окончена. В целом работа эта была долгая, но приятная, дающая мне возможность частого общения с дорогими мне людьми.

Я также выражаю глубокую благодарность Елене Фроловой и Анатолию Бергеру, моим родственникам и дорогим друзьям, принимавшим неоценимое участие в работе над этой книгой. Как, впрочем, и над всеми предыдущими. Лена, театровед и прекрасный прозаик, и ее супруг Толя, великолепнейший поэт, несмотря на свою неимоверную занятость, буквально построчно разбирают написанное мною. И только после их изменений я считаю книгу законченной и отсылаю ее в редакцию.

Низкий вам за это поклон, мои дорогие.

2021–2022