Свадебные люди - Элисон Эспач

Новая машина — обыкновенный чёрный представительский седан. Примерно такой, на каком Фиби приехала из аэропорта.

— Что с ней не так? — спрашивает Фиби.

— Это какой-то Uber Black, — говорит Лайла. — Разве Гэри не просил старинную машину?

И вдруг кажется, что до свадьбы они никогда не доберутся, словно опять пытаются проехать сквозь пробки к причалу Боуэна.

— Я просила, — говорит Фиби.

— Что-то не так? — спрашивает Полин, выходя из дверей.

— Это Uber Black.

— Уверяю вас, это не Uber Black, — говорит Полин. — Это совершенно новый «Мерседес» 2022 года с самой современной аудиосистемой.

— Но он не старинный.

— Мне очень жаль, — говорит Полин. — За такой короткий срок другой старинной машины найти не удалось.

Они ждут, как отреагирует Лайла. Секунду она не реагирует никак. Потом молча разворачивается. Идёт обратно по ступеням, а Фиби и Полин следуют за ней, стараясь уберечь шлейф.

— Лайла, — говорит Фиби. — Что ты делаешь?

— Я знала, — говорит Лайла. Останавливается на верхней ступеньке. Начинает растирать виски. — Знала, что что-нибудь испортит свадьбу.

— Сомневаюсь, что это испортит тебе свадьбу, — говорит Фиби.

— Никто не может заставить меня сесть в эту машину.

— Формально — верно.

— Нам нужна другая машина.

— Разумеется, — без колебаний говорит Полин.

— Нет, — говорит Фиби.

— Нет? — переспрашивает Лайла.

— Третья машина тебе не нужна, — говорит Фиби. — Тебе нужно вовремя приехать на свою свадьбу. Мы уже опаздываем.

— Ну и что? Без меня не начнут, — говорит Лайла. — Я невеста.

— Именно. Ты невеста. Неважно, на какой машине ты приедешь на свадьбу. Правда неважно. Всем плевать. Все уже внутри. Никто её даже не увидит.

— А мне важно.

— Но почему?

— Просто важно!

— Господи, ну что за глупости, — говорит Фиби.

— Не называй меня глупой! Надоело, что меня все называют глупой!

— Так перестань делать глупости! — говорит Фиби. — Это всего лишь грёбаная машина! Кусок металла! Неважно, как она выглядит!

— Тогда сама в неё садись!

— Хорошо! Сяду, — говорит Фиби. Спускается по ступеням и садится в машину. Совершенно нормальная машина, думает она. — Смотри, салон из настоящей кожи. Пахнет, как внутри кожаной сумки.

— Вообще-то звучит не слишком заманчиво, — говорит Лайла.

— «Вдова Клико» в медном ведёрке со льдом, — вставляет Полин.

Но Лайла в своём платье выглядит такой растерянной. Смотрит на Фиби, как тогда, когда Фиби впервые сказала ей про еду в зубах, — тонет под тяжестью свадебных несовершенств. Не движется ни туда, ни сюда. Фиби поднимает шампанское.

— Ну, идёшь?

Лайла не двигается.

— Эта машина такая… обыкновенная, — говорит она. — Просто всё не так.

Она садится на крыльцо в пышное облако собственного платья. Фиби ждёт, что Лайла встанет, но та не встаёт. Тогда Фиби ставит шампанское, выходит из машины и поднимается по ступеням, чтобы сесть рядом с невестой.

— Что случилось? — спрашивает Фиби.

— Ты соврала, — говорит Лайла.

— Клянусь, я просила старинную машину. Кажется.

— Я про Гэри, — говорит Лайла. — Ты соврала. Он меня не любит. Не так, как я хочу, чтобы меня любили.

Фиби не открывает рта, не рискует солгать снова.

— И я его не люблю, — говорит Лайла. — Не так, как мне хочется кого-то любить.

Лайла говорит, что думает об этом уже какое-то время. С самой смерти отца сомневалась: не совершают ли они ошибку? Но уверенности не было. Пандемия, жизнь без отца — во всём этом было так трудно разобраться.

— Я думала, может, если свадьба будет идеальной, всё снова станет правильно, — говорит она. — Как в первые месяцы. Но не стало. И я рада, что что-то её испортило.

Она закрывает лицо ладонями, как в ночь девичника. Но теперь всё иначе. Нельзя просто отвернуться, уснуть и надеяться, что утром всё снова покажется нормальным.

— Что мне делать? — спрашивает Лайла.

Фиби чувствует прилив адреналина: вот теперь от неё действительно требуется действовать.

— Ты поднимешься наверх и будешь очень долго лежать в ванне, — говорит Фиби.

— Я могу попросить Карлсона набрать вам ванну, — говорит Полин.

Лайла кивает.

— Но как я сниму платье?

— Полин тебе поможет, — говорит Фиби, и Полин кивает.

— Но это же не её работа, — говорит Лайла.

— Может быть и моей, — говорит Полин. — Только сегодня.

— А потом что? — спрашивает Лайла.

— А потом ты свободна, — говорит Фиби.

— Потом я одна.

— Потом можешь поехать куда захочешь, — говорит Фиби. — Куда ты хочешь?

— Туда, где ещё не была, — говорит Лайла.

Но для невесты это непросто: она была почти везде.

— Разве что в Канаде не была, — говорит Лайла. — И в России.

— Значит, поедешь в Канаду, — говорит Фиби.

— Я могу прямо сейчас по вашей карте забронировать перелёт и номер в одном из наших канадских отелей, — говорит Полин. — У нас есть отель в Монреале. Практически каменный замок.

Невеста кивает. Снимает фату. Держит её в руках.

— Всё впустую, — говорит Лайла.

Так и есть. Впустую. Огромная трата денег — именно об этом Фиби и написала в своей речи главной подружки невесты. И теперь понимает: наверное, Лайле сейчас как раз нужно это услышать.

— Любая свадьба, даже удавшаяся, — пустая трата, — говорит Фиби. — Любая свадьба — это неприличная сумма, которую, да, можно было потратить на куда более полезные вещи: на дом, на первый взнос, на школу в маленьком умирающем фабричном городке. Свадьба всегда мимолётное зрелище, которое совершенно точно однажды спрессуют в крохотный мусорный кубик и отправят на свалку твоего отца.

— Пока не очень утешительно, — говорит Лайла.

И Фиби сразу переходит к последней фразе.

— Но правда и в том, что эта свадьба никогда не будет напрасной, — говорит Фиби. — Потому что я приехала сюда умереть. А теперь посмотри на меня.

Тут они обе начинают плакать.

Нет, Фиби никогда не станет матерью. Никогда не узнает, каково это — создавать жизнь внутри себя. Но есть другие способы создавать. Другие способы любить. Другие причины жить.

— Лайла, всю эту неделю ты каждый день давала мне причину встать утром, надеть красивое платье и стать частью чего-то. И за это я всегда буду тебе благодарна.

Глава 22

Фиби едет в Брейкерс на «Мерседесе» одна. Поездка так хороша, а шампанского столько, что даже без невесты всё равно чувствуется торжественность. Фиби разглядывает по дороге особняки и думает, многие ли из тех, кто в них живёт, счастливы. О чём они мечтают, когда мечтают о другой жизни? Может, именно поэтому её всегда интересовали романы девятнадцатого века о богатых: это огромный эксперимент над человеком. Он задаёт вопрос: чего ещё не хватает тому, у кого всё есть? Чего так отчаянно недостаёт невесте, которая стоит в вестибюле перед своей большой, прекрасной свадьбой?

По проходу