Годы возмужания - Ахняф Арсланович Байрамов

мучения! Рвать так рвать, ведь только что сама так решила! Что ж я ему скажу? Прямо здесь? Или позвонить снова, пусть не приходит?.. Ну, это уж ни к чему. Совсем голову потеряла!..»

Она на несколько мгновений закрыла глаза. Было, только что промелькнуло и тут же угасло мимолетное ощущение счастья… Она взглянула в окно. Поднявшийся ветер нес по двору опавшие листья. Сизая лохматая туча, охватывая рыхлыми краями полнеба, медленно шла на город.

Сарьян не заставил себя долго ждать. Встал у окна, напряженно глядя на нее. Она опустила глаза.

— Сарьян… я хотела сказать… Я не в обиде на тебя. Я понимаю… — бессвязно произнесла девушка. — Мне бы не хотелось, чтобы между нами легла черная тень…

Они стояли у окна. Влажный ветер, ворвавшись через форточку, с налета ударив в стену, взлохматил волосы Дании…

* * *

После встречи с Минсылу прошло всего несколько дней. Ничтожно малый отрезок времени… Но измученному Сарьяну они показались вечностью. Дважды он приходил к ней, но не заставал дома. Она где-то бегала, готовясь к поступлению на заочное отделение Московского института легкой промышленности. Оттуда пришел вызов. Свои документы отправила еще месяц назад, когда только оформлялась на работу в текстильный комбинат. И сейчас она растерялась. Хотела было отказаться. Но Сарьян настоял: «Тебе надо учиться». Он ободрял ее, оставляя коротенькие ласковые записочки. Передавал через мать приглашение к себе домой. Но увидеться не удавалось. Сарьян даже начал тревожиться.

И чтобы отвлечься от бесконечных сомнений, он сам старался большую часть времени проводить на заводе. Изредка перебрасывался ничего не значащими словами с Данией. Он опять начал заикаться, и сослуживцы с удивлением и сочувствием поглядывали на него.

Дания была рада установлению ровных дружеских отношений с Сарьяном. И не больше. Она сердцем чувствовала опасную грань, которую очень легко перейти. И однажды ноги ее все же привели девушку к дому Сарьяна. Понимая, что появление ее здесь прежде всего самой ей не принесет радости, она долго стояла на улице, не решаясь зайти. Наконец поборола сомнение. «А, собственно, почему бы не зайти? Мы с Залифой-апай хорошие знакомые. Могу же я справиться о ее здоровье?» — оправдывала она себя и решительно распахнула калитку.

Данию встретил сам Сарьян. Залифы-апай не было дома. Но не успела она поздороваться и пройти в комнату, как послышались чьи-то легкие, торопливые шаги.

— Мать, наверно, — сказал рассеянно Сарьян и пошел отворять дверь.

К изумлению их обоих, в коридорчик почти вбежала Минсылу. Лицо ее было лихорадочно возбуждено. Она, тяжело дыша, переводила взгляд с Сарьяна на Данию. И была в этом взгляде тревога с горечью пополам. Дания под взглядом Минсылу покраснела. Она растерялась, чувствуя себя лишней. Сарьян неловко топтался на месте. Потом он торопливо схватил стул.

— Проходи, присаживайся…

— А я… вот пришла проведать здоровье Залифы-апай… — пролепетала, как бы оправдываясь, Дания и замолчала.

Слова были лишними, и она почувствовала всю их нелепость и ненужность в попытке оправдать свое появление в квартире Сарьяна. Впрочем, Минсылу не нуждалась в ее оправданиях.

Закусив губу, Минсылу старалась успокоить себя. Нет, не так она хотела прощаться с Сарьяном. И вслух произнесла:

— Я забежала попрощаться… Еду в Москву сдавать экзамены в институт. — И добавила, задумчиво глядя на Сарьяна: — Видимо, у меня еще много нехоженых дорог… Все — впереди…

Она, не обращая внимания на Данию, решительно шагнула вперед, страстно обняла Сарьяна и крепко-крепко поцеловала его в губы. Все произошло так быстро, что Сарьян не успел опомниться.

— Все, все, милый… до скорой встречи!

И выбежала.

— Минсылу! Подожди… я тебя провожу!

Сарьян, не помня себя, выскочил на крыльцо.

Минсылу на миг обернулась, помахала ему рукой:

— Не надо, не надо! У тебя же гостья, разве я не понимаю…

Стоявшее недалеко от дома такси рывком взяло с места. А Сарьян, чувствуя, как захлестывает его всего острая, саднящая боль, обессилен-но прислонился к воротам…

Уехала Минсылу, улетела… Казалось, и сердце Сарьяна она с собою увезла.

ОБ АВТОРЕ И ЕГО ПРОИЗВЕДЕНИЯХ

Помнится мне, как на одной из встреч с читателями Ахняфу Байрамову задали вопрос: «Расскажите, пожалуйста, каков ваш жизненный путь?» Призадумался писатель, наскоро перелистал в памяти страницы прошлого, улыбнулся с лукавинкой и ответил: «Родился я в 1923 году, а остальное — в моих книгах…»

На первый взгляд, это прозвучало, казалось бы, не совсем убедительно. Но, вникнув, понимаешь, что в этой фразе — глубокая правда. Практически почти в каждой книге у любого писателя в основе лежит пережитое им самим; находят отражение события, участником которых он был или оказывался свидетелем.

Обратимся к творчеству Ахняфа Байрамова. Красота родных мест. Вечно незатухающее дыхание природы. Город. Заводская романтика. Жизнь молодых рабочих. Героизм советских воинов, проявленный на фронтах Великой Отечественной войны… Все эти мотивы, являющиеся основными в произведениях Ахняфа Байрамова, далеко не случайны, они причастны к нелегкой судьбе и самого автора, подтверждают жизненность описываемых событий, значимость созданных им образов.

Писатель Ахняф Арсланович Байрамов родился 30 сентября 1923 года в небольшом степном ауле Чияле-Кулова Чекмагушевского района Башкирской АССР в крестьянской семье.

«Мой отец был, пожалуй, единственным человеком в ауле, умевшим читать и писать. Потому его и прозвали «Шакирд-Арсланом», — вспоминает писатель. — Он участник первой империалистической войны, впоследствии перешел на сторону революционных солдат. В легендарные дни семнадцатого года принимал участие в штурме Зимнего дворца.

Мать Минлебану была натурой удивительно тонкой, можно сказать, художественной. В праздники или редкие часы будней, когда она не была обременена домашними делами, мать любила играть на курае. Мы, ребятишки, завороженно слушали ее. Долгими зимними вечерами она любила рассказывать и сказки — а знала она их бессчетное множество. Таким образом, отец вводил нас в реальный, непридуманный мир, а рассказы матери уносили в волшебные, чарующие сказочные страны…»

Все это — а позднее и годы, проведенные в рядах пионерии и комсомола — шумное детство, отрочество, — без сомнения, сыграли значительную роль в формировании будущего писателя.

Молодость этого поколения пришлась на тревожное, грозовое время. Над миром нависла коричневая тень фашистской чумы, — началась невиданная в истории Великая Отечественная война с гитлеровской Германией. Вчерашние школьники, успевшие только-только закончить десятилетку, совсем еще мальчишки, вскоре надели серые солдатские шинели.

Был призван в ряды Красной Армии и Ахняф Байрамов. После окончания Златоустовского военно-инженерного училища, став командиром, он до конца войны, до Дня Победы, был в рядах действующей армии. Вначале командовал взводом, ротой, а позднее возглавил инженерную службу полка. Участвовал в боях за Сталинград, воевал в составе первого и