Утесы - Джули Кортни Салливан

Дэвид спросил, как у нее дела, и извинился, что не ответил на сообщение о нашедшемся Уолтере. Дэвид очень обрадовался, что пес вернулся целым и невредимым.

– Мы нашли покупателей на дом. Я только что узнала, – сказала Джейн.

В ее мечтах Дэвид в этот момент спрашивал, когда она вернется домой. Но он не спросил.

– Это прекрасно, – ответил он. – Поздравляю.

Джейн похолодела. В его голосе ощущалась отстраненность, он говорил с ней как с чужим человеком. Она поняла: если сейчас не скажет, что должна, другого шанса не представится.

– Дэвид, я понимаю, как это звучит, но перед твоим приездом я думала сказать тебе, что хочу вернуться. Я глубоко раскаиваюсь за все. Прошу, давай попробуем еще раз. Я верю, в этот раз все может измениться.

Джейн глубоко печалилась, потому что на самом деле ничего не изменилось. И она не знала, изменится ли. Но вслух Джейн этого произнести не могла. Главное – вернуться домой, а там уж она решит, как все исправить. Если муж ее пустит, конечно.

После длинной паузы Дэвид ответил:

– Помнишь церковь на Гарвард-сквер, где мы видели объявления собраний для анонимных алкоголиков и их семей?

– Да, – ответила Джейн. Она всегда хотела начать ходить на эти собрания, и пойдет, если он попросит.

– Когда ты ушла, я начал их посещать, – признался он.

– О.

– Мне это очень помогло. Мне кажется, тебе тоже стоит пойти. Тебе правда будет полезно.

– На собрания для семей или я уже доросла до самих анонимных алкоголиков? – спросила Джейн, пытаясь шутить.

– Некоторые ходят в обе группы, – сказал он. – Алкоголизм – наследственное заболевание. Впрочем, что я тебе объясняю. Ты и сама знаешь, как это передается.

– А я-то думала, меня оставили без наследства, – снова попыталась отшутиться Джейн.

Она пыталась перевести все в шутку, но Дэвид не смеялся. Продолжал, словно читая заготовленный сценарий. Возможно, так и было.

– Главное, что мне там сказали, – что я должен сосредоточиться на себе, – проговорил Дэвид. – Я могу отвечать лишь за свои действия, чужие мне неподвластны. Мне тоже жаль, Джейн. Я причастен к случившемуся. Все эти годы я тебе потакал. Я об этом сожалею.

Она открыла было рот, но слова не шли.

– Джейн, я люблю тебя. Но больше не могу с тобой оставаться, – выпалил Дэвид. – Я хочу быть с тобой, и я пытался просто забыть о случившемся, но не могу.

Значит, это все. Конец. Джейн ощутила острое желание защищаться. Чуть не обвинила его в том, что он никогда не хотел с ней быть.

В отчаянии, с бешено бьющимся сердцем Джейн произнесла:

– Я допустила ошибку. Большую, я это прекрасно понимаю. Но, Дэвид, разве ты не видишь, как я об этом жалею?

– В том-то и проблема, что ты воспринимаешь это как единичный случай, – ответил он. – Мы оба знаем, что ты годами пыталась прятать от меня свою зависимость.

– Ты преувеличиваешь, – возразила Джейн.

– И не только ты одна виновата. Я сам отказывался смотреть правде в глаза, – продолжил он. – Прятал голову в песок, потому что так было проще. Я хочу объяснить ту фотографию на фейсбуке, которую ты видела. Где мы с Анджелой сидим за столом. Это было не романтическое свидание. Я попросил ее о встрече, потому что пытался понять, что я за человек. Выяснить, что со мной не так, почему я настолько себя не уважаю, что соглашаюсь быть с женщинами, которые мне лгут.

Джейн начала было возражать, обороняться – ведь Анджела долгое время ему изменяла. А Джейн не сделала ничего такого.

Но Дэвид ее остановил.

– Я должен был посмотреть ей в глаза и спросить о том, о чем раньше боялся.

– И что, помогло? – спросила Джейн.

– Да.

– Но почему она опубликовала вашу фотографию на фейсбуке?

– Потому что она идиотка.

Они рассмеялись печальным смехом и поняли, что их дружба не умерла, но ее недостаточно, чтобы сохранить отношения.

Джейн заплакала.

– Прости, – сказала она от чистого сердца.

– И ты меня, – ответил Дэвид. – Ты этого не заслужила.

– Я? Нет, это ты не заслужил. – Она помолчала и добавила: – Что ж, кажется, теперь мы знаем, как вежливые люди решают развестись.

– Да уж, продолжение «Войны Роузов»[45] с нами не снимешь.

Джейн улыбнулась.

– Мне пора, – сказал Дэвид. – Скоро еще поговорим. Ты береги себя, ладно?

Ее отчаяние сменилось паникой. От реальности было не скрыться. Она не вернется домой. И этот дом тоже скоро будет принадлежать кому-то другому. Джейн осталась без крыши над головой. Без работы. И без мужа.

Как-то раз, когда они были вместе два-три года, у Дэвида случился приступ сомнений в себе. Он признался, что боится измены. Тогда Джейн взяла его лицо в ладони и произнесла: «Я никогда не захочу быть ни с кем, кроме тебя. Все очень просто».

Все действительно было очень просто.

А теперь ей придется провести одной всю оставшуюся жизнь.

«Береги себя, – сказал он. – Береги себя». Джейн всегда только это и делала. Но теперь, после всего, что произошло, – как? Как прикажете себя беречь?

14

Через несколько дней рано утром Уолтер затявкал так, будто в дом вломился убийца с топором. Джейн догадалась, что пришел курьер срочной почты. Только он удостаивался такого громкого приветствия.

Джейн рано выгуляла Уолтера, снова легла спать и вставать совсем не планировала.

Со дня разговора с Дэвидом ее мучила бессонница. Мысли крутились в голове всю ночь. Джейн будто надеялась придумать новый выход, отыскать тайную лазейку, которая поможет вернуть прежнюю жизнь.

Все было очень плохо. Ее не привлекал ни один из вариантов развития событий. Более того, они казались невозможными. Все хотели, чтобы Джейн бросила пить, но, допустим, она это сделает, и что? Дэвид уже не примет ее назад. С работы уволили. Коллеги отвернулись. Остался лишь один друг – белое вино.

Она не отваживалась рассказать обо всем Эллисон, зная, что подруга неизбежно ответит «я же говорила», пусть не прямым текстом, но намекнет.

Джейн хотелось пообщаться с матерью. Когда та была жива, у Джейн никогда не возникало такого желания. Она подумала, откуда оно взялось, и вспомнила, что мать поддержала ее после первого серьезного расставания с парнем – с Андре.

Она примчалась из Мэна. Привезла мороженого, текилы и месячный запас журналов «Пипл» и «Ю-эс уикли». Набила холодильник продуктами и сводила Джейн в ресторан, сделав послабление в диете. Они обе наелись чесночного хлеба и цыпленка с пармезаном