Странная Вилма - Лора Лей

Странная Вилма

Лора Лей

Пролог

Вера Зуева всегда любила собак. Любила даже больше людей. Нет, она и к другой живности относилась с нежностью, но собаки были её фаворитами. Даже мелкие, типа громкоголосых и избалованных той-терьеров, пражских крысариков или французских бульдогов и мопсов. Последних ей было жалко: тяжело дышащие, хрюкающие, медленно-ходящие, они казались ей молодыми старичками: их печально или равнодушно смотрящие на мир глаза заставляли сердце Веры сжиматься и навевали пессимистические мысли о бренности бытия и несправедливости Вселенной.

Встречи с подобными питомцами на улице всякий раз заставляли испытывать неловкость: так иногда здоровый человек при виде смертельно больного зачастую желает оказаться от него как можно дальше, потому что у большинства людей бессилие перед неизбежностью закономерного конца является тяжелым испытанием для их психики.

Несмотря на свою реакцию, Зуева старалась при случае обходиться с такими животными приветливо и ласково, как бы извиняясь перед ними за собственные чувства.

Это и привело к тому, что спасение одного мопса и его юного хозяина стало для Веры Владимировны Зуевой последним поступком в земной жизни…

Глава 1

Как говориться, ничто не предвещало…

Пенсионерка Зуева из Подмосковья в кои-то веки вытянула счастливый билет — оказалась обладательницей бесплатной путевки в Адлер по линии ПФ РФ. Сообщение об этом невероятном факте она получила на е-мэйл и поначалу не поверила: да ладно?

Решив, что это или спам или очередной развод доверчивых «доживателей», про которые трещали в телевизоре, отвлекая зрителей и неравнодушних патриотов от происходящего на ближних границах некогда необъятной родины, владелица аккаунта удалила странное письмо и забыла о нем.

Однако, вскоре ей позвонили и пригласили прийти за документами. Вера Владимировна, ради прогулки, прошлась до городской администрации, в здании которой располагались всякие госслужбы, в том числе, и Пенсионный фонд. Где и выяснила, что её выбрала некая лотерея, периодически устраиваемая властями среди горожан, ушедших на заслуженный отдых.

Зуева долго уточняла, как попала в эту обойму, почему да зачем и чем ей это грозит, пока доведенная её дотошностью до белого каления (а прошло-то всего минут двадцать конструктивного диалога) сотрудница фонда лет тридцати, в открытом топике, с наращёнными ногтями, в золотых цацках с претензией на бриллианты, не пригрозила настырной счастливице, что вызовет охрану, и любопытную Варвару в лице Веры Владимировны проводят на выход.

— Вы бы, женщина, радовались, что Вам такой подарок обломился, а Вы мне нервы поднимаете, от работы отрываете! Не хотите брать — тогда валите отсюда, не отнимайте время, других желающих — вон, полна очередь! Последний раз спрашиваю: оформлять или нет?! — рявкнула служительница благословенной организации, и пенсионерка решила: а чё отказываться, раз предлагают?

И уже через день ехала в поезде на юга (билет прилагался к путевке, только имя внести надо было).

****

Небольшой пансионат, явно видавший лучшие времена, в целом, выполнял свою задачу: контингент ел, спал, гулял, посещал, по мере финансовых и физических возможностей, экскурсии и, конечно, плескался в море — благо, оно находилось в шаговой доступности. Погода радовала, и Вера Владимировна через неделю удивлялась сама себе: и чего так упиралась? Хорошо же, тем паче, задаром! В общем, пустячок, а приятно!

По жизни предпочитая одиночество, она и здесь себе не изменила: с соседкой по номеру была вежлива, но на сближение не шла, та — спасибо — не настаивала. Так что халявный отдых у Зуевой неожиданно задался.

В один из тихих вечеров она, как обычно, отправилась на пляж — поплавать перед сном. Женщине нравилось спокойное уже море, малочисленность собратьев по увлечению, контраст между прохладой воздуха и комфортной температурой воды. Солнце заходило, его последние лучи прощались с берегом, и землю окутывала чернильная южная ночь. Красота и покой овладели существом Веры Владимировны: пловчиха легко рассекала ласковые волны.

Выйдя из воды, уставшая, но довольная, отпускница надела халат, сланцы и двинулась по галечному пляжу к огням дорожки на территории пансионата, как что-то сбоку привлекло её внимание. Сумерки мешали рассмотреть, что происходит, но глухой лай и похожие на крик ребенка звуки заставили Зуеву двинуться в их сторону.

Чем ближе она подходила, тем отчётливее становилась картина: на полуразрушенном волнорезе, довольно далеко от берега, виднелась маленькая фигурка с собакой на руках, а прилив неуклонно подбирался к ним, что пугало парочку и вызывало тревожный плач и лай.

— И как он туда залез? Родители куда смотрели? — в сердцах рыкнула женщина, беспокойно оглядываясь в поисках помощи — пляж предсказуемо был пуст.

— Господи, что же делать? — заметалась Зуева. — Они там не просидят несколько часов, замерзнут или упадут и утонут… Так, быстро, Верка, ты большая, вода пока не достанет…

И, как была, в халате и сланцах, пошла к бедолагам на всей возможной скорости.

Сланцы загребали воду, мешая идти быстрее, а тяжелый от воды халат путался в ногах, но женщина смогла и дойти, и взять на руки дрожащих от страха мальчонку с мопсом и повернуть назад.

Берег приближался, но медленнее, чем прилив. Вера стискивала зубы, чтобы самой не начать орать благим матом, поскольку вода доставала ей уже по грудь.

— Ничего, парень, еще немного и мы на берегу — хрипела она от напряжения, преодолевая сопротивление воды, но упорно двигалась вперед. Темнота, спустившаяся резко, как бывает на юге, дезориентировала женщину: ей казалось, она идет уже несколько часов. Но вот, наконец, под ногами почувствовался подъем, и через десяток шагов море осталось позади.

Мопс вырвался из рук, спрыгнул на гальку и затявкал. Зуева осела вместе с ношей на землю и выпустила пацанчика из объятий.

— Ступай, герой, к родителям… — пробормотала она, отдуваясь. — Иди, вон, фонари горят! А я полежу чуток... — уже себе сказала спасительница, глядя, как резво удаляются в темноте неблагодарные мальки…

Она действительно легла навзничь на гальке головой в сторону моря, не имея сил шевельнуться и тяжело дыша, забыв о приливе, не достигшем еще своего максимума, и отключилась от усталости и перенапряжения: не по плечу оказалась нагрузка для непривыкшей к подобным эскападам и страдающей избыточным весом пенсионерки …

* * *

Её, вернее, её тело нашли утром первые купальщики. Труп отдыхающей из близлежащего пансионата был доставлен в городской морг, где определена причина смерти — утопление.

— Захлебнулась во время прилива. Как ещё в глубь не утащило, вовсе бы не нашли быстро — накрывая препарированный