Вечные Пески. Том 10 - Лео Сухов

Лео Сухов

Вечные Пески Том 10

Глава 220

В письме было всё то же, что царский стражник передал на словах, но чуть подробнее. Нам действительно предлагали остановиться в «Венценосном». Как выяснилось, царь отчего-то меня считал почётным гостем своего города.

Если учесть, что из всего города он разве что дворец мог контролировать, выглядело… Скажем так, неоднозначно. С другой стороны, я понимал, что его величество вряд ли целыми днями скучает во дворце. Его осведомлённость о количестве заказов, размещённых на меня в Братстве, многое говорила.

Платить за комнаты и ужины в «Венценосном» не требовалось. Всё оплачивалось из Царской Казны. Что, между прочим, наверняка составляло серьёзную сумму. Самые дешёвые комнаты в Ас-Арахамане обошлись бы от одной серебряной водянки в день. И это была бы каморка, куда с трудом влезали кровать и жаровня.

Судя по намёкам в письме, в «Венценосном» даже моих охранников ждали комнаты побольше размером. Ну а что там выделили для меня, Ситраниса и Гвела, ещё предстояло узнать. Однако, судя всё по тем же намёкам, в таких покоях не стыдно было бы заночевать и представителям старших семей.

И да, за мной начали охоту. После прочтения я больше в этом не сомневался. Убийцы Братства не смогли расправиться со мной сразу, а теперь возжелали моей крови ещё сильнее. Хотя, опять же по намёкам в письме, эта проблема была решаема. Просто решение зависело не только от его величества. Так что аудиенция у царя обещала быть сложной.

Кроме того, в письме было предупреждение о том, что не следует безоговорочно доверять семье Аравантис. Мол, в том доме, где одни мне благоволят, другие будут совсем не рады. Но об этом меня и Мариатидис предупреждал.

А интереснее всего было предостережение не посещать пока храмы, особенно пантеон девяти. Иначе вырастет и число недоброжелателей, и количество моих «охранников». Но поскольку воинов среди них не будет, то, вероятно, мне такая охрана не понравится.

Об этом я как-то не думал. И, тем не менее, прочитав письмо, сразу припомнил, что у жреца из Танлавара возникла на меня слишком острая реакция. А если здесь будет такая же, тогда да, туговато мне придётся. Семьям это определённо не понравится. Ты можешь быть и героем, и спасителем человечества, но никто не захочет делиться с тобой властью. Добровольно, конечно же…

— Ты ведь не думаешь и впрямь остановиться в «Венценосном»? — хмуро спросил Ситранис, вырвав меня из мыслей.

— А у тебя есть доводы против? — спросил я.

Свои мысленные контраргументы я перебрал. И сам же опроверг: не слишком-то они были серьёзные.

— Начну с самого главного, брат… Семьи могут воспринять твоё заселение в «Венценосный», как сигнал, что ты на стороне царя!.. — с мрачным видом сообщил мне Ситранис.

— Экхм… И как моё заселение в гостевой дом об этом говорит? — спокойно уточнил я. — Мои торги, например, организовывает семья Аравантис. Но это же не значит, что я целиком и полностью на их стороне. Вон, аристократам в Келаане наше сотрудничество с Аравантис не мешало предлагать мне выступить против «надежды человечества».

— Не-не, тут вопрос серьёзней, брат! — закусив удила, сразу же начал спорить Сатранис. — Одно дело — крутить шашни с какой-то семьёй, а совсем другое — показать приверженность трону! Война царя и семей не прекращается уже давно, и царская династия проигрывает, но её по-прежнему побаиваются. Поэтому чьи-то контакты с царём воспринимаются очень болезненно.

— Но при этом никто не позвал нас в свои гостевые дома и резиденции… — я глубокомысленно покачал головой. — А пять семей и вовсе меня Братству заказали.

— Ну, знаешь ли… Моё предложение погостить в особняке моей семьи в силе! — с усмешкой напомнил Ситранис.

— Насколько я понимаю, столичный особняк у вас невелик, — ответил я. — А нас здесь в сумме почти три десятка. Да и убийцы эти… Получается, если они придут, твоя семья окажется под ударом. Это будет неправильно. Да?

— Есть такое… — не стал отрицать очевидное Ситранис. — А чем тебя не устраивает идея самим комнаты снять?

— Тем, что на комнаты придётся тратить кучу денег, — ответил я. — И при этом по ночам всё равно будут приходить убийцы. А значит, мы подставим и гостевые дома, и их хозяев среди семей. Ну а сейчас мне предлагают помощь в этом вопросе. И, какая бы она ни была, отказываться я не хочу.

— Моя семья, между прочим, тоже могла бы помочь! — ворчливо заметил регой.

— А захочет? — спросил я.

— Ну-у… — Ситранис замялся.

— Дай догадаюсь: ты с ними ещё не обсуждал? — уточнил я.

— Нет, — отвернувшись к окошку, признался регой.

— Выходит, они даже могут не знать, что младший сын приехал в столицу, ещё и в компании какого-то всеми ненавидимого наёмника, — добавил я. — Слушай, твои родственники — не сомневаюсь, хорошие люди…

— Они — младшая семья. Какие хорошие люди? О чём ты? — удивился Ситранис, сразу отлипнув от окошка.

— Ладно, но тебя они наверняка любят. Однако ты — это родственник. А я — иух провинциальный, — объяснил я. — Поэтому я не уверен, что меня рады будут видеть гостем в вашем доме. Особенно, если прибыть без предупреждения.

— И тебя совершенно не волнует, что семьи… Да практически все семьи отнесутся к заселению в «Венценосный» одинаково плохо? — обеспокоенно уточнил Ситранис.

— Да они и меня и так любят на целых пять заказов… — широко ухмыльнулся я. — К тому же, я вижу свою задачу не в том, что сблизиться с какой-то семьёй. А, наоборот, чтобы избежать слишком тесного сближения с кем-либо. Зачем мне это, брат? Я собираюсь переждать войну с демонами, а потом свалить из Междуречья. И, желательно, настолько далеко, насколько вообще возможно.

— Ну хорошо… А если царь решит от тебя избавиться? — сверкнул глазами из-под нахмуренных бровей Ситранис. — Тебе не кажется, что на своей земле это легче сделать?

— Мне кажется, если честно, что в пределах городских стен Ас-Арахаманы избавиться от меня одинаково легко в любой точке, — прояснил я свою позицию. — А с учётом того, что желающих и так с лихвой хватает, есть основания полагать, что человек, предупредивший меня об этом, хотя бы не сразу убивать меня собирается.

— Хм… — Ситранис задумался и, кажется, не нашёл, что возразить.

— Меня больше волнует, что царь вообще решил со мной пообщаться. И что он наглядно, без малейшей скрытности, всем это демонстрирует, — заметил я. — Наверняка крутит интриги, в которые захочет меня