Искупление - Стивен Бакстер

Стивен Бакстер

Ксили: Искупление

Ксили — 13

Перевод: © Фурзиков Николай Порфирьевич

Origin: http://samlib.ru/f/furzikow_n_p/baxter_xeelee-redemption.shtml

Создан: 04/03/2024, изменен: 15/03/2024, 909k

Роман: Переводы

Моей матери, Саре Мэрион Бакстер (1929–2018)

ОДИН

В моей семье всегда хватало инженеров.

Джордж Пул, 2005 г. н. э. (год новой эры)

1

Он был последним человеком.

Он был вне времени и пространства. Обширные квантовые функции, охватывающие Вселенную, скользили мимо него подобно огромной бурной реке, и его глаза были наполнены серым светом, на фоне которого все явления кажутся тенями.

Время текло незаметно.

А потом, миллионы лет спустя после вторжения кваксов, миллионы лет спустя после его собственного спуска в червоточины и глубину времен… Там был ящик, дрейфующий в пространстве, кубический, с прозрачными стенками.

Из-за невозможного угла в ящик вошел человек. На нем был потрепанный скафандр старомодного дизайна.

Он изумленно смотрел на звезды, яркие, переполненные, молодые. Взрывающиеся. Расширенное сознание Майкла Пула зашевелилось.

Что-то изменилось.

История возобновилась.

2

Время с момента старта кораблей: 6 лет 219 дней

Земная дата: 4106 г. н. э.

Джофиэл Пул родился в момент сомнений.

Хотя в тот момент его даже не звали Джофиэлом.

Через секунду после своего создания Пул знал, где он находится. И он знал, с разумной степенью точности в ряде временных шкал, когда он был. Его проблема заключалась в том, что всего на мгновение он не был уверен, кто он такой.

Настоящий или нет.

Но, по крайней мере, он мог определить это. Пул посмотрел на свою правую руку. Перевернул ее, согнул пальцы. А затем махнул рукой в сторону кресла, стоящего рядом с ним. Рука прошла сквозь материал кресла, пальцы на мгновение распались на цепочки блоков пикселей, прежде чем застыть с острой болью. Протоколы согласованности, разработанные отчасти для защиты прав самих искусственных людей, требовали, чтобы виртуалы жили в человеческом мире, насколько это возможно. Если вы находились в вакууме, то носили герметичный скафандр с запасом воздуха. Конечно, можно было схитрить, например, махнув рукой по твердому предмету. Но если сделать так, это причинит боль.

— В любом случае, я виртуал, — сказал он. — Одноразовая копия шаблона, Майкла Пула, созданная для разовой цели, затем синхронизируемая обратно и утилизируемая. — Повезло.

Позже он задастся вопросом, было ли у него в этот момент какое-то предчувствие относительно его собственной грядущей сложной судьбы. Включая встречу с еще одной копией самого себя до конца дня.

На данный момент все, что он чувствовал, было смутным замешательством.

Он огляделся.

Он стоял в небольшом представительском номере-люксе на вершине большой полусферы, жилого купола ВЕС-корабля. Находясь на высоте четырехсот метров над уровнем основания. Посмотрев вниз, он увидел свой — или, скорее, Майкла Пула — корабль в сложном поперечном разрезе, экипаж в ярко-красных или синих комбинезонах (синий для виртуалов, таких, как он сам), занятых своей работой, своей игрой, своей жизнью. Это был космический корабль, машина, интегрирующая технологии и людей. Над его головой, за пределами купола, был четырехгранный каркас электрически-голубого цвета, слабо светящийся в космическом вакууме. Это был интерфейс, вход в сеть червоточин, которая соединяла этот корабль, "Коши", с двумя другими кораблями этого небольшого флота.

Интерфейс был практически всем, что было видно за пределами купола. Небо потемнело, звезды скрылись из-за огромной скорости ВЕС-корабля, из-за искажения пространства и времени, которое поглотило звездный свет: теория относительности в действии.

Интуитивно было трудно понять последствия длительного космического полета. Ускоряясь при стандартной силе тяжести, примерно через год вы приближались к скорости света. Если после этого вы продолжали прикладывать тягу, вы просто еще сильнее давили на этот нерушимый барьер, ваша энергия выливалась в увеличение массы-энергии и меньше в прирост скорости, эффект расширения заставлял время и пространство изгибаться, как расплавленное стекло…

Более чем через шесть лет после того, как "Коши" покинул Солнечную систему, после шести лет работы мощного ВЕС-привода при постоянном ускорении, он двигался со скоростью, настолько близкой к световой, что, если смотреть с Земли, пространственно-временные очертания корабля были сильно искажены. За каждый день, прошедший для Пула, на холодной Земле проходило больше года. Другими словами, шесть лет, прожитых Пулом до сих пор, были эквивалентны четырем столетиям на Земле. Со временем это несоответствие будет увеличиваться.

И, кроме того, "Коши" так сильно разгонялся до скорости света, что звездные поля, через которые он пролетал, нельзя было разглядеть как следует. Пул мчался в звездный свет — как будто он бежал под дождем, капли хлестали его по лицу. Итак, теперь все, что Пул видел из звездного света, было туманно-серым пятном прямо перед кораблем, за границей червоточины. В остальном — темнота. Так должно было продолжаться еще двенадцать или более лет по корабельному времени, после чего корабль, наконец, замедлит ход, и небо ядра Галактики развернется вокруг них всех.

Но, по крайней мере, "Коши" был не один.

Пул увидел в темноте две спички, видимые невооруженным глазом корабли-компаньоны шли в ногу: "Гэа", "Айленд". Как и "Коши", каждый представлял собой светящийся купол, венчающий тонкий хребет длиной около трех километров, ведущий к глыбе льда облака Оорта и сверкающей искре ВЕС-двигателя, яркой в релятивистской темноте. И каждый был увенчан собственным аккуратным тетраэдром цвета электрик. Физически эта тройка держалась на безопасном расстоянии друг от друга. Перемещение экипажа и припасов между кораблями осуществлялось только через червоточины.

Стройные, излучающие ВЕС-энергию, корабли выглядели как оружие, подумал Пул: копья, наконечники которых были сделаны из экзотического материала. Что ж, это было оружие. Люди собрались не ради исследования центра Галактики.

За пределами жилого купола — ничего, кроме этих других кораблей. Внутри — люди. Пятьдесят из них на "Коши", плюс еще больше на его спутниках. Толпа людей, все деловито передвигаются в соответствии со своими обязанностями или расписанием досуга — предположительно, две трети экипажа, в то время как другая треть, свободная от дежурства вахта, спала в затемненных помещениях. Все это было заключено в едва заметный узор встроенной в стены и полы технологии, которая поддерживала их жизнь в этой пустоте, — ярко освещенные гидропонные баки, ряды спальных отсеков, массивные системы, в которых циркулировали и обновлялись воздух и вода.

Майклу Пулу — оригиналу, шаблону этой виртуальной копии — сейчас субъективно было больше пятидесяти лет; ему было сорок четыре, когда флотилия покинула холодную Землю. Несмотря на