Мой истинный олень - Эвелина Шегай

главу семейства из себя: недостаточно глубоко кланялась, не расплывалась в почтительной улыбке, смотрела прямо в глаза и нередко позволяла себе сказать что-либо перечащее его словам.

Однако Аяка любила маму, поэтому старалась лишний раз не пересекаться с отцом, чтобы она не нервничала, наблюдая за их спорами. В некоторых вопросах, как они ни старались, но не могли найти понимания друг у друга. Слишком велика пропасть в мировоззрении у женщины, живущей для других, и женщины, живущей для себя.

— Надолго он приехал? — Аяка подхватила сумочку и направилась в сторону выхода.

Мама неопределённо пожала плечами, не переставая натягивать на губы отточенную всё тем же правильным воспитанием улыбку.

— Я жутко голодная, пойдёмте перекусим в одном ресторанчике неподалёку. И вы мне во всех подробностях расскажите, как ваши дела.

8 глава: Лунный свет

При выборе между выложить круглую сумму на экспертизу перед подачей заявления в суд и попыткой договориться мирным путём она была достаточно наивной, чтобы испытать удачу со вторым вариантом. Но потому как их встретили в «Лунном свете», можно было с уверенностью утверждать, что ничем хорошим для них это приключение не закончится.

Как только они вошли в чужое ателье, холл которого выглядел как типичный бутик, их встретили настороженным взором. В этом полупустом помещении использовались дорогие отделочные материалы. Тёмно-серая мраморная плитка, на идеально ровных стенах чуть более светлая серая краска с крупным шиммером в составе. С высоких потолков свисали десятки дизайнерских пузатых лампочек, намеренно освещающие помещение приятным тускловатым жёлтым светом. Каждая стоила не меньше пяти тысяч юнов. И расход электричества с таким количеством наверняка дикий.

— Вам позвать администратора? — лениво уточнила полусонная девица за стойкой продавца. Она потёрла глаз и зевнула, не предприняв и скромной попытки прикрыть широко распахнувшийся рот, полный мелких зубов.

— Да, позовите, пожалуйста, — сдержанно улыбнулась Аяка.

— Тут несколько камер, не пытайтесь что-либо свистнуть, — бросила она прежде чем покинуть торговый зал.

— Вот же офигевшая малявка, — едва не задохнулась от возмущения Ёсико.

— Не стоит. Таких сотрудников берут не от хорошей жизни.

Дорогая обстановка вокруг намекала, что тот, кто арендовал это помещение, мог себе позволить разрабатывать собственные дизайны или реализовывать оригинальные изделия. Однако, очевидно, он преследовал иную цель: навредить бизнесу Аяки. Вот только кому она успела так сильно перейти дорогу?

Дверь за стойкой повторно открылась и к ним в зал вышла длинная, болезненно худая женщина в чёрной шёлковой блузке и обтягивающих штанах на гипервысокой талии, подчёркивающих насколько тощие у неё бёдра. Широко посаженные раскосые глаза и пухловатые губы в какой-то степени украшал агрессивный макияж. А вот её длинные и прямые волосы всё так же портила совершенно нелепая куцая чёлка. Прошло почти девяносто лет, а Хэбино Каори нисколько не изменилась.

— Долго же вы шли, госпожа Ито, — высокомерно выплюнула она.

— Значит, вы тут администратор? — усмехнулась Аяка, постепенно начиная понимать, что происходит. Откуда и из-за чего на её голову посыпались проблемы.

— Неверно. Я — хозяйка.

Учитывая финансовое положение семьи Хэбино в Нихаку, она могла бы стать хозяйкой не то чтобы какой-то мелкой и невзрачной мастерской, намеренно шьющей подделки скверного качества, ей по зубам было развернуть полноценную сеть роскошных ателье премиум класса. Однако она предпочитала размениваться на мелкую месть. Видимо, у неё, как обычно, уйма свободного времени и дефицит интеллектуальной нагрузки.

— Госпожа Хэбино, вы же понимаете, что у нас есть все основания для того, чтобы подать на вас в суд?

— Можете попробовать, — отмахнулась змеюка, скользнула по взбешённой Ёсико равнодушным взглядом, а вот по Шикаяме уже прошлась куда более пристальным, оценивающим. После чего снова сконцентрировала своё внимание на Аяке. — У меня есть чем защититься.

— Должно быть это мой скетчбук, что вы украли перед выпускным.

— Не понимаю, о чём вы говорите, — неприятно улыбнулась она, продолжая смотреть ей в глаза.

— Приходите к нам на досуге, если захотите узнать, как выглядит качественное, оригинальное изделие от уважающего себя бренда.

Хэбино вскинула руку, манерно указала пальцем, украшенным длинным ярко-алым матовым ногтем с чёрными декоративными полосками, на дверь позади них и сладко пролепетала:

— Выход там.

— Да с радостью! Рядом с такими вонючками дышать нечем, — задиристо фыркнула подруга и, подхватив Аяку под руку, потянула к выходу. — Пошли быстрее, пока тут не задохнулись в миазмах этой вонючки.

Шикаяма ничего не сказал, но вытащил из кармана тканевый платок и прижал тот к носу.

— Пошли вон отсюда, жалкие придурки, пока я охрану не позвала! — истошно кричала им в спины Хэбино. Что у неё с нервами? Завелась из-за какого-то по-детски дурацкого оскорбления.

И даже когда за ними закрылась входная дверь, из ателье продолжили доноситься её глухие вопли.

На улице моросил мелкий, противный дождик, а не по-весеннему холодный ветер продувал до костей, поэтому пришлось пробежаться до широкой крытой аллеи, где они уже не спеша, прогулочным шагом двинулись в общей толпе в сторону метро.

— Это ещё что за стерва? — первым делом спросила Ёсико.

— Мы учились в одном университете, но на разных специальностях. У неё было что-то связанное с маркетингом. Я, честно говоря, особо Хэбино Каори не интересовалась. А до одного случая и не догадывалась, что мы, оказывается, во многих вещах вроде как соревновались.

— Например, чьё платье красивее?

— Ну, можно и так сказать, но с одной оговоркой: я сама шила себе одежду и носила то, что нравится, не особо оглядываясь по сторонам. Мода в бытовом смысле меня никогда не занимала. Я предпочитала популярным в том или ином сезоне вещам те, которые хорошо садились лично на мою фигуру.

— Дай угадаю, ты была популярна в университете?

— Меня не интересовало ничего кроме учёбы.

— Ещё бы! Сто пудов была из тех холодных штучек а-ля «Снежная принцесска».

— Поддерживаю, — скупо прокомментировал рядом идущий и греющий уши Шикаяма.

— Ваш типаж? — с озорным видом поддела его Ёсико и тут же переключилась обратно на Аяку: — Столько лет прошло, и она до сих пор на тебя зуб точит? Что ты ей сделала?

— Да