Последняя первая любовь 21 века - Ппан Ким

Суён, смотревшая на Мёнвон во все глаза, вдруг прыснула от смеха.

– Смешно тебе? – нахмурилась Мёнвон.

Подруга, вытирая слёзы в уголках глаз, кивнула.

– Похоже, в этот раз тебе придётся извиняться.

Мёнвон обречённо опустила плечи. Только и делаем, что обмениваемся извинениями. Ну и дурацкая ситуация. Вдруг издалека донёсся чей-то голос. Подняв голову, она увидела Яну.

– Эй, вы забыли кое-что! – крикнул он, помахивая телефоном Суён.

Когда парень подошёл ближе, Мёнвон снова почувствовала, как лицо предательски начинает краснеть. Её взгляд невольно скользнул к его уху. Между извинениями и побегом она выбрала второе.

– Суён, мне пора. До завтра! – выпалила она и, не оглядываясь, сорвалась с места.

– Ки Мёнвон! – крикнула ей вслед Суён, но подруга даже не обернулась.

Ветер растрепал волосы, и ухо защекотало от их прикосновения. Мёнвон скривилась и прикусила губу, едва сдерживая слёзы.

✯

– Если продолжишь есть столько карри, у тебя зубы пожелтеют, – сказала Мёнвон, глядя на подругу, которая уплетала лапшу с соусом карри.

Суён шумно втянула очередную порцию, пожевала, а затем постучала палочками по чашке с чёрной лапшой, которую ела Мёнвон.

– Смотрите, кто говорит! Сама каждый день чачжанмён[9] ешь, – парировала она.

Подруги сидели в углу комнаты отдыха при библиотеке и ели заварной рамён. Помещение было небольшим и обычно тихим, поэтому находиться здесь с незнакомыми людьми становилось неловко. Когда дверь неожиданно распахнулась, девочки машинально обернулись. Кто-то заглянул внутрь, но, заметив, что тут занято, молча закрыл дверь и ушёл.

– Кстати, про Яну. У него ведь нет телефона.

Мёнвон повернулась к подруге:

– А ты откуда знаешь?

– Я спросила. Помнишь тот день, когда мы ели куриные шашлычки? Ты тогда ушла первой.

Мёнвон закусила губу, вспоминая тот день.

– Ну, мы немного поговорили. Не скажу, что отлично друг друга понимали, но он забавный. У него есть какое-то… своеобразное очарование. Я решила взять у него номер, а он ответил, что здесь у него связи нет. Что значит «здесь»? А где-то в другом месте есть? Я спросила, не из-за границы ли он. Ответил, что нет. Похоже, у него непростая история. Помнишь, он говорил, что его друг умер? Мне кажется, это был его единственный близкий человек. Но, конечно, это всего лишь моё предположение. Просто, когда я на него смотрю, мне кажется, будто вижу себя прежнюю – у него внутри абсолютная пустота. Хотелось хоть как-то ему помочь, поэтому я предложила послушать музыку. А он, прикинь, сказал, что ни музыку не слушает, ни телевизор не смотрит! Как так-то? И тут я…

Суён не успела договорить – в кармане завибрировал телефон.

– Мама звонит. Наверное, уже приехала, – сказала она, взглянув на экран.

Судя по свободолюбивому характеру Суён, можно было бы предположить, что и дома у неё такая же непринуждённая атмосфера. Но всё было наоборот: в семье царили строгие порядки и консервативные взгляды. Она рассказывала, что увлеклась хеви-металом, потому что дома ей было трудно дышать и так она пыталась сбросить напряжение.

Закончив убираться в комнате отдыха, девочки собрали рюкзаки и вышли из читального зала. Спускаясь на лифте, они обсуждали, какую песню выбрать для предстоящего концерта. Когда двери открылись и они вышли на улицу, неподалёку стояла знакомая машина.

– Ты домой? Может, попросить маму подвезти тебя?

– Не, не надо. Давай иди уже.

– Как всегда, отказываешься… Ладно, будь осторожна. До завтра!

– Ага, пока.

Суён побежала к машине, припаркованной у входа, и быстро села внутрь. Чёрный блестящий автомобиль плавно выехал на дорогу.

Хотя Суён никогда не хвасталась своим достатком, Мёнвон прекрасно чувствовала, насколько её семья богата. Она не знала точной стоимости их автомобиля, но машина, на которой ездили родители Суён, выглядела дорогой и роскошной – наверняка стоила немалых денег. Когда выходили новые гаджеты или модели телефонов, Суён уже на следующий день ходила с одним из них. Наверняка у них и дом огромный… От этих мыслей у Мёнвон невольно пересохло в горле.

Порывшись в рюкзаке, она достала CD-плеер, надела наушники и включила музыку. Из динамиков зазвучал её любимый дебютный альбом The Vines. Подхватив ритм, Мёнвон негромко напевала себе под нос, пока шла к автобусной остановке.

Стоило ей подойти, как тут же подъехал автобус. К счастью, в салоне оставалось одно свободное место, и Мёнвон подумала, что день сегодня действительно удачный. Она опустилась на сиденье, раскрыла помеченный текстовыделителем английский словарик и лениво начала перелистывать страницы, пока веки сами собой не стали слипаться. Вскоре её голова бессильно склонилась к окну.

Когда Мёнвон очнулась, снаружи уже сгущалась тьма. Автобус стоял на парковке без единого пассажира, с погашенным светом. Вот это да… Где это я?! К счастью, дверь была открыта, и Мёнвон смогла выйти. Вокруг теснились ряды припаркованных автобусов – похоже, это была конечная остановка. Чёрные силуэты городских автобусов, выстроившихся в ряд, выглядели зловеще, а за ними темнела гора, отчего становилось ещё страшнее.

– Да как же так… – чуть не плача, Мёнвон двинулась вперёд.

Она не могла просто стоять и ждать автобус, который отправится неизвестно когда. Осмотревшись, она не увидела ни души.

– Нет, ну как можно было уйти, не разбудив пассажира? Разве он меня не видел? Не мог не заметить! – пробормотала Мёнвон, ругая водителя, который бросил её одну.

Она хотела выйти на более освещённую улицу, туда, где ходят люди.

Конечная остановка находилась у подножия горы, и дорога шла под уклон. Фонари стояли далеко друг от друга, и большую часть пространства окутывала тьма. Мёнвон обеими руками вцепилась в лямки рюкзака и шагала осторожно, то и дело косясь по сторонам. Если бы прямо сейчас перед ней появился хоть кто-то, она, не раздумывая, завопила бы: «Спасите-помогите!»

Справа тянулась проволочная изгородь, слева начинался лес. Вспомнив бабушкины слова о том, что, если запеть на рассвете, приползут змеи, она даже не решалась напевать, сосредоточившись только на том, чтобы скорее выйти на широкую дорогу. И тут со стороны леса раздался треск, будто кто-то наступил на ветку.

Мёнвон замерла. Её взгляд тут же метнулся в сторону звука. Она нервно сглотнула, ощущая, как страх сковывает тело. И снова – хрясь! «Чёрт, как же страшно!» – пронеслось у неё в голове.

– Ну, что бы это ни было… только появись, и тебе конец, – пробормотала она себе под нос, скорее, для храбрости.

Наклонившись, Мёнвон подняла с земли камень, похожий на обломок кирпича, – хоть какое-то оружие. Сжав его в руке, она осторожно двинулась дальше, не спуская глаз с леса. Как вдруг из-за деревьев выскочил человек.

– А-а-а! –