Городничий Нижнего - Ольга Дубровская

ребята как раз усаживались назад, оживлённо переговариваясь. Пять человек – три девушки, два парня. Каждому – не больше двадцати. Да, не самые приятные люди, но это же не повод – вот так…

Новиков ощутил острый приступ вины и отвращения к самому себе за то, что сделал. Он подскочил на месте и, словно вдруг очнувшись от наваждения, рванул обратно к машине – со всех сил, наперерез, как тогда на перекрёстке, спасая пацана.

Всё смешалось. Долбящий бас аудиосистемы. Шум. Обрывки голосов. Бег на пределе в замедленном мире.

Перед мысленным взором Юры промелькнули картинки внезапно накатившего видения – вот спорткар Погребнюка врезается в ограждения моста и вылетает за них, с громким плеском входит в воду и идёт ко дну, вот пятеро ребят борются за свои жизни – кричат, пытаются разблокировать двери, жадно хватают ртом воздух, но кислород в лёгких быстро кончается, их глаза стекленеют, и они один за другим оседают на дорогие кожаные сиденья.

– Нет! Стойте! – что было силы заорал Юра, в считаные доли секунд оказавшись перед капотом машины, и, положив на него ладони, загородил собой путь.

– Новиков, побойся бога, ты что, бессмертный? – раздражённо выкрикнул Вадим, приглушив магнитолу и высовываясь из окна.

– Ты не понимаешь! Нельзя ехать, я вам тормоза испортил только что!

– Только что? Ну да, круто, а я – Илон Маск!

– Долго объяснять. Пожалуйста! Вызови аварийку, мастера, пусть проверят!

До ушей Юры донесся возбуждённый голос Миланы: «Очевидно же, он обдолбанный, глянь на его глаза!»

В следующее мгновение из машины резво выскочил Лисов.

– Вшторило тебя не по-детски, я смотрю. – Он небрежно схватил Юру за отворот куртки и угрожающе занёс кулак. – Чем ты так закинулся, удод?

– Сам ты удод! – возмутился Юра и с силой рванул куртку на себя, на адреналине высвобождаясь из стального захвата. – Я же спасти вас пытаюсь!

– Себя лучше спасай, супермен хренов! – Лисов снова замахнулся и на этот раз не стал сдерживаться – ударил.

Юра скривился от боли, хватаясь за челюсть. Во рту разлился привкус железа, перед глазами заплясали радужные шары. В тот же миг взревел мотор, и Лисов, оттолкнув Юру с пути, бегом запрыгнул обратно в машину. Спорткар сорвался с места, словно цепной пёс, которому внезапно предоставили свободу.

Остановившись у обочины, Новиков несколько долгих секунд смотрел, как машина стремительно набирает скорость, продвигаясь вдоль по узкой улице по направлению к Казанскому съезду.

Чем он мог помочь сейчас? Срастить обратно детали? Нет, сделать это он не смог бы, даже если бы машина стояла рядом, а не удалялась от него на высокой скорости. Как известно, ломать – не строить.

Броситься вдогонку? Конечно, Юра научился ускоряться, но не до такой же степени! В голове за доли секунд проносились сотни мыслей, десятки вариантов, но ни один из них не содержал в себе такого нужного сейчас решения, единственно верного, при котором всё бы закончилось хорошо.

«Я должен… должен им помочь», – повторял про себя Юра, лихорадочно озираясь в поисках такси или хоть какой-то попутки. Внезапно он осознал, что ему нужно, и бросился к ближайшей припаркованной у обочины машине, на ходу представляя, как виртуальный ключ входит в замочную скважину, приводит в действие нехитрый механизм. Уже на бегу он услышал, как щёлкнул и разблокировался центральный замок, но в тот же миг взвизгнула и завыла сигнализация.

Вот чёрт! Юра загнанно оглянулся по сторонам, но не остановился – слишком много жизней стояло на кону. Он бежал к орущей машине, в панике пытаясь высвободить ещё немного Силы и вывести из строя сигнализацию.

Рёв байка он сначала не заметил в пылу событий, да и приблизился тот слишком быстро. Это был мощный стальной рычащий «зверь», а на нём – крепко сбитый незнакомец в красной кожанке с шипами на плечах, без шлема, с патлатой бородой и длинными выгоревшими на солнце волосами.

Байк притормозил около Юры.

– Прыгай, ещё можем их догнать, – без лишних приветствий рявкнул водитель, кивая себе за спину, и Юра как мог быстро забрался на мотоцикл.

– Вы… всё знаете, да? Поможете?

– Держись крепче, Городничий, – вместо ответа прорычал байкер, и они молнией рванули вслед за спорткаром.

Уверенно лавируя в потоке машин, серебристый мотоцикл мчался так быстро, что у Юры несколько раз перед глазами проскакивала вся его короткая жизнь. Он успел попрощаться с ней и готов был уже на всё, если только это поможет спасти пятерых человек. Только вот что нужно сделать? Даже если они догонят их, что дальше? Этого Юра не знал.

Ветер нещадно бил в лицо, да ещё и растрёпанные волосы байкера то и дело хлестали по щекам, но сейчас Юру это мало заботило. Дрожащими пальцами он держался за кожанку впереди сидящего и всеми силами пытался не вылететь на очередном повороте, умудряясь ещё каким-то чудом выглядывать из-за плеча водителя, чтобы отыскать в общем потоке ядовито-жёлтый автомобиль. Наконец ему это удалось. Вытянув руку в нужном направлении и сильно рискуя грохнуться с байка на полной скорости, Юра прокричал:

– Вон они! Давай ближе!

Байкера не нужно было просить дважды. Он с готовностью поддал газу, продолжая преследовать машину. Расстояние между ними сокращалось, но не так быстро, как хотелось бы. Погребнюк водил дерзко и агрессивно, не обращая внимания на такие условности, как правила дорожного движения, и даже в городской черте выжимая из автомобиля все возможные резервы скорости. А они у машины были внушительные. Юра успел увидеть, что спорткар миновал без остановок несколько светофоров с горящим красным, в некоторых местах выскакивая на встречку и с лёгкостью обходя основную массу автомобилистов.

«Интересно, заметил ли он хоть что-то?» – мучительно соображал Юра, пытаясь понять, что можно сделать и как помочь. Мотоцикл тоже значительно превышал допустимую скорость, но на светофорах им удивительным образом везло – везде проскакивали на зелёный и за весь путь тоже ни разу не затормозили.

Счёт времени шёл на секунды. Наконец мотоцикл поравнялся со спорткаром с левой стороны, и Юра, изловчившись, взглянул на водителя через боковое стекло. Погребнюк повернул голову, и их взгляды встретились. В глазах Вадима Юра увидел страх, смешанный со злостью.

«Значит, уже понял», – пронеслась мысль.

Погребнюк приоткрыл окно и начал что-то кричать. За рёвом двигателя и свистом ветра разобрать отдельные слова не представлялось возможным, но общий посыл был ясен: судя по выражению лица, изо рта Вадима сыпались ругательства и угрозы. Милана постоянно тараторила что-то и яростно жестикулировала, видимо пытаясь призвать парня смотреть на дорогу и сохранять спокойствие.

Боковым