1910-я параллель: Охотники на попаданцев - Игорь Валерьевич Осипов

в бесшумных тапочках, и на улице, где только и слышен лай собак, найти ее по звуку — дохлый номер. И псины шелудивые воют со всех сторон. Не метаться же по всему городу на каждый выброс гавканья в собачий чат.

А Третьяк достал из внутреннего кармана что-то едва заметно поблёскивающее.

— Что это?

— Огниво.

Сашка секунду стоял, замерший без каких бы то ни было мыслей, а потом хотел выругаться, но смолчал. И хорошо, что вокруг темно, так как на лице у парня было отражено огромное желание придушить своего компаньона.

Третьяк же с силой ударил кремнём по железке, высекая искры. Сашка набрал воздуха в грудь, чтоб смачно выругаться, но после очередного удара искра не погасла, а осталась дрожать на кончике слегка заострённого камня, становясь всё ярче и ярче.

— Светочь, — пояснил сын Могуты, — сие есть дух огня, и прячется в камени. Сей камень аз есмь нашёл давным-давно. Камень есть ручной, и дух есть ручной.

Сашка глядел на потустороннего светлячка, разинув рот. Он в первый раз видел настоящего духа. Ведь, та хрень, что сожрала трактор вместе с трактористом, и пёс Огнемилы — не в счёт. То монстры, а вот такой эфирный светлячок — диковинка.

— Круто, — протянул Никитин, а Третьяк усмехнулся, и ответил, поднимая огниво над головой, чтоб дальше осветить дорогу.

— Аз токмо мелких духов могу звати. Конезица Огнемила тако духа за день приручит, и духов поболее приручит, и всяк дух ея любит.

Сашка улыбнулся тому, как этот шаман-заклинатель первого уровня, несмотря на восхваление хозяйки, гордо напыжился, словно он уже апнулся до хай левела и всю легендарку нашёл.

— Окей, — торопливо произнёс Никитин, выискивая взглядом ведьмочку, так как та ушла совсем далеко, и надо ее догонять во всю прыть — Третьяк, свети вперёд!

Улица хоть и освещалась огнивом, но все равно не больше, чем фонариком с лампочкой накаливания. Неподалёку послышался стук копыт и грохот колес по брусчатке, а потом показалась небольшая бричка с неспешно бредущей лошадью. Извозчик уронил голову на грудь и храпел на всю округу. Наверное, был в стельку пьян.

Сашка в очередной раз выругался, так как хотел уже спросить у этого мужика, не видел ли он чего, но у такого алкаша нихрена не узнаешь.

— Туды! — показал пальцем, воскликнул Третьяк, а там в самом деле мелькнуло что-то похоже на белое привидение.

Они рванули вперёд, но скоро сбавили шаг. Настя, до сих пор находясь в трансе, стояла перед большим деревянным бараком, в каком обычно обитают работники железных дорог или иной артели. Барак был двухэтажный, серый, с закрытыми на ночь ставнями на окнах.

Саша хотел позвать ведьмочку, но в этот момент Третьяк оглянулся и потянул Никитина за рукав, и лицо у него было такое,словно он призрака увидел.

Сашка проследил за его взглядом и увидел глухонемую попаданку, идущую в трёх метрах позади них, причём одетую в одну только ночнушку.

— Да какого хрены эта шизофреничка здесь делает⁈ — вырвалось у него.

— Юродивая? — спросил Третьяк.

— Ага, — буркнул Никитин. — Из-за топота наших сапог ни хрена не услышали ее. Она-то босиком.

Сашка протёр лицо ладонью, выругался сквозь зубы, а потом скинул с себя шинель и подойдя к девчонке нацепил на неё свою одёжу.

— Вот какого хрена ты за нами увязалась? Вот какого хрена эти дебилы тебя выпустили. Я, блин, шефу кляузу напишу, он их там всех вывернет наизнанку!

Он ещё раз процедил проклятия, а потом пошёл к находящейся в трансе Иголкиной, потянув Белоснежку за собой, бурча, что ему только такого геморроя в жизни не хватало, и что на кой хрен он решил проявить такую дурную инициативу.

— Настюха, — осторожно позвал девушку Никитин, когда подошли совсем близко, но та только подняла руку с вытянутым указательным пальцем. — Ну, нахрена мне такое шоу экстрасенсов? — выругался Сашка. — И почему в этой усадьбе все шизанутые, и один я нормальный? Их там что, по справке от психиатра подбирали? А может мне подключиться к этой долбанной ноосфере, как к вайфаю?

В доме послышалось шевеление в виде скрипов и топота шагов нескольких человек.

— Всё, валим отсюда.

Никитин, державший за руку немую попаданку, попытался схватить ещё и Настю, но в этот момент немая прижала к голове руки и упала на колени, выскользнув из Сашкиных пальцев.

— Да вы сговорились, что ли? Третьяк, держи эту, а я Настю на плече понесу. Убираться надо, пока шум не подняли. А, да к чёрту вас, гаси свет.

Никитин подцепил поперёк тела Белоснежку, закинув на плечо, а потом схватил за вытянутую руку Настю и поволок обоих в потёмках, но не домой, а к чтоб спрятаться за другой похожий барак.

Когда присели у деревянной стены замерли и прислушались. Неподалёку скрипнула дверь, и лязгнул затвор. Этот звук вообще сложно с чем-либо спутать.

Сашка осторожно опустил рядом с собой светленькую и достал из-за пазухи револьвер, угадав по едва заметным движениям Третьяка, что тот достал из петли топорик. Ну и правильно, с такой ношей сильно не побегаешь, поэтому придётся только надеяться, что искать не будут. Но звуки шагов не прекращались и наоборот приближались.

— Отползаем, — прошептал Никитин и потянул своих спутников. И если Настя сейчас была, как безвольная кукла-лунатик, то светленькая сжалась в клубок на земле и по-прежнему прижимала ладони к голове.

Сашка попытался поднять девушку, но та дёрнулась и неожиданно для всех произнесла ровным и неживым голосом:

— Нейрокэш. Загрузка. Ждать.

— Охренеть, заговорила, — прошептал парень. — Ты что, типа к вайфаю подключилась? Ай, да ладно.

Он стиснул револьвер. Не факт, что Настя привела к нужному месту, и не факт, что это иномировые сектанты, а не обычные сторожа. Никитин протёр лицо рукой. Вот что можно в такой момент делать? Убить невиновного? Ждать, пока стрелять не начнут? А шаги-то приближаются, и на руках две девичьи тушки.

— Сейчас бы чем-нибудь ослепить их, — пробурчал Сашка, — да в табло кулаком зарядить.

Не успел он произнести это, как Третьяк достал из мешочка какую-то склянку и бросил из-за угла, и вместе со звоном бьющего стекла улицу озарила яркая бело-голубая вспышка, как от дуговой сварки, вычертив резкие тени на заборах, деревьях, стенах домов и плохенькой брусчатке. Никитин не стал спрашивать у полуросича, откуда взялась такая фиговина, все