Газлайтер - Григорий Володин

Евгений заметно расслабляется, и на его лице появляется едва уловимая улыбка.

— Фух, спасибо, граф, — говорит он с искренним облегчением. — Мы действительно не подозревали о его намерениях.

— Разрыв отношений с префектом сильно ударит по вам? — уточняю я, вспомнив, что Морозовы имеют большие торговые интересы в Риме.

Евгений мрачно кивает, потерев шею рукой.

— Да, префект — один из наших ключевых партнёров в Риме… Вернее, был им. Его связи в Средиземноморье позволяли нам быстро получать разрешения, лицензии и доступ к элите.

Мда, моё уважение к Морозовым только укрепилось. Князь Юрий, не колеблясь, пошёл на конфликт с Луцием, едва я представил доказательства его коварной ловушки. И это несмотря на то, что разрыв с таким партнёром грозит не только серьёзными экономическими потерями, но и значительным ослаблением политического влияния в Риме — влияние, от которого напрямую зависит положение Морозовских в высших кругах влиятельной южной империи.

— Понимаю, — киваю я. — Кстати, в этом году мы снизим для вас цену на мясо более чем на сорок процентов. Попросите юристов князя связаться с моими для оформления дополнительных соглашений.

На лице Евгения появляется широкая улыбка, его глаза искрятся благодарностью.

— Это действительно отличная новость, Данила Степанович! — восклицает он, но я мягко перебиваю его:

— Евгений Станиславович, наедине можете обращаться ко мне, как раньше, — усмехаюсь я. — Мы же знаем друг друга не первый день.

Огромный оборотень немного смущается, но затем весело кивает.

— Огромное тебе спасибо, Данила! — говорит он, крепко пожимая мне руку.

Я лишь киваю в ответ, внутренне успокоенный. Похоже, я смог им достойно компенсировать римские потери. Ну и славно. Морозовы всегда отличались надёжностью и стойкостью, их имя известно далеко за пределами России, а влияние в аристократических кругах остаётся стабильным и весомым.

Таких союзников еще искать и искать. Князь Юрий — честнейший человек, да и всегда готов прийти на помощь, стоит только свистнуть. Именно поэтому их верность особенно важна, и её стоит поддерживать — щедро, но обдуманно.

Отхожу от Борзова и набираю номер Красного Влада. Начальник главного силового ведомства быстро берёт трубку.

— Владислав Владимирович, — начинаю я без лишних церемоний, — римская операция завершена, пленных передадут в Охранку в течение дня.

На том конце слышится короткое молчание, затем спокойный, но довольный голос:

— Пленные? Отлично. Нам они действительно понадобятся. Спасибо, Данила.

— Всегда пожалуйста, — кратко отвечаю. — И, кстати, префект Луций удрал. Его не было в усадьбе.

— Вот как? — видимо, у Владислава не было такой информации. — Мы займемся его розыском, конечно. Но ты, наверно, сам понимаешь, что скорее всего он в Риме.

— Да, понимаю. Спасибо за содействие, Владислав Владимирович, — и заканчиваю разговор.

Передав пленных, я чётко дал понять, что готов взаимодействовать с Охранкой и открыт к сотрудничеству, несмотря на прежние недоразумения. Да, экспедиторы с Гепарой серьёзно накосячили, но у меня нет особого выбора: в Царстве просто нет другой такой структуры, а Красный Влад занимает слишком близкое место рядом с Царём. Его влияние неоспоримо, и это приходится учитывать.

Ко мне подходят Айра и Светка, держась рядом, что выглядит для них необычно — обычно они не как кошка с собакой. В их глазах читается лёгкий азарт и усталость после боя.

— Даня, а у меня больше убитых, — с хвастливой ноткой заявляет Светка, не скрывая самодовольной улыбки.

— Всего на одного, — спокойно парирует Айра, закатывая глаза.

Я лишь усмехаюсь.

— Принцесса Айра, благодарю вас за помощь моему роду, — говорю с подчёркнутой вежливостью, как полагается в таких случаях.

Айра смущённо краснеет, неожиданно для себя самой.

— Ой, да ладно, — пробормотала она, теряясь с ответом. — Не стоит…. И вообще я это сделала только для себя! Мне же нужно пройти Степь. Попрактиковалась, вот.

— Ваши причины не так важны, — отмахиваюсь, не желая вдаваться в детали. — Важен сам поступок. Ну, а теперь пора домой.

Мы подходим к джипу, и обе девушки без лишних слов усаживаются на заднее сиденье. Внутри уже сидит Камила, выглядящая немного уставшей. Я незаметно передаю ей часть своей энергии, и она благодарно кивает, её взгляд становится чуть более осмысленным.

За кузовом раздаётся протяжное «фака» и глухой хлопок двери. Змейка решила перебраться в другую машину. Это вполне в её духе: порой Матери выводка необходимо продемонстрировать собственную независимость.

Я устраиваюсь на переднем сиденье, даю знак водителю, и колонна сразу же трогается с места. Мы направляемся домой, оставив позади дымящиеся руины усадьбы. По дороге анализирую последние воспоминания Гая. Что ж, Луция, правда, нет в Царстве. Печалька.

Когда мы наконец прибываем домой, нас встречает тёплый свет гостиной. Все домашние — Лакомка, Лена и сестра Катя — не спали и явно ждали нашего возвращения. Лакомка уже успела переодеться в лёгкий халат, сквозь который соблазнительно проглядывает откровенная розовая ночнушка. Одна из моих любимых. Вид Лакомки в ней всегда побуждал меня к определенным поступательным действиям.

Катя смотрит на меня с явным вопросом в глазах. Я сразу перехожу к делу:

— Луций удрал, — сообщаю спокойно, но в голосе всё же скользит легкая досада. — Да, именно удрал. Как трусливая мышь. Он не просто покинул усадьбу, которую мы захватили, а успел выскользнуть из страны, когда мы зачищали остатки его людей. В Царстве его больше нет и уже не будет никогда, — я добавляю, глядя в глаза сестре: — А если он вдруг вздумает вернуться, Охранка моментально его схватит. У них уже есть приказ от Владислава Владимировича.

Катя благодарно улыбается, её глаза теплеют:

— Спасибо, брат, ты такой смелый…

Катя не успевает договорить. И из стены внезапно выныривает Змейка, как обычно эффектно и без предупреждения. С самодовольным оскалом хищница буквально всовывает Кате в руки нечто вонючее и мокрое.

— Башшшка обидчччика, фака! Кушшшай, систр мазака! Месть, рр! — с энтузиазмом шипит Змейка, наслаждаясь произведённым эффектом. Её змеиные волосы извиваются, как будто аплодируют.

Катя бледнеет, уставившись на кровавый трофей, который оказался ничем иным, как отсечённой головой двойника Луция. Глаза её расширяются до размеров блюдец, а в дрогнувших руках голова качается, словно намереваясь заговорить.

— Брр… братик… — прерывающимся голосом выдавливает сестра.

Змейка, очень довольная, ухмыляется